Похититель поцелуев - Л. Дж. Шэн

– Что?

– Сейчас, Франческа.

Я машинально резко повернула влево, выехав из людного квартала, и понеслась на запад. Дорога была свободнее, и мне удалось набрать скорость, хотя я все равно боялась выжать газ на полную. Я понимала, чего пытался добиться Смити. Он хотел оторваться от них, но не знал, что именно преследованиями эти люди и зарабатывали себе на жизнь.

– Выезжай на шоссе! – прокричал он.

– Смити! – завопила я, и он тут же вытащил из кармана телефон и вытер со лба капли пота.

– Сосредоточься, Франческа.

– Ладно. Ладно.

Я еще раз резко свернула и выехала на шоссе, каждые несколько секунд проверяя в зеркале, сумела ли немного от них оторваться. От страха сердце готово было вырваться из груди, а тело полностью покрылось мурашками. Что они творят? Зачем преследуют меня? Но причина была ясна, как божий день. Я опозорила их семью, обручившись с Вулфом, когда должна была стать женой Анджело. Вдобавок ко всему мой муж только что поспособствовал аресту Анджело на пару ночей из-за его связи с мафией (и с бухгалтерской фирмой Майка Бандини, в которой, судя по всему, теперь проводило обыски налоговое управление).

Меня оглушил звук удара металла о металл, и «Кадиллак» резко дернулся вперед, когда они врезались в нас сзади. Со стороны двери исходил жар, и я почуяла запах горелой резины.

– Жми на педаль, милая. Надо от них оторваться! – прокричал Смити. Изо рта у него вылетела слюна, пока он дрожащими пальцами тыкал в телефон.

– Я пытаюсь!

Задыхаясь, я еще крепче вцепилась в руль. В груди грохотало, руки тряслись слишком сильно, а машина начала петлять между полосами. Дорога была относительно свободной, но другие машины сигналили и съезжали на обочину, пока я пыталась отделаться от солдат Бандини.

– Что случилось? – раздался в машине голос Вулфа. Смити связался с ним по блютузу. Я резко выдохнула. Приятно слышать его голос. Вулфа нет здесь, но я тут же почувствовала себя немного увереннее.

– Нас преследуют, – сказал Смити.

– Кто?

Облегчение мгновенно сменилось леденящим душу ужасом. Может, Вулф рад отделаться от меня. Он успешно довершит миссию мести моему отцу и не придется терпеть мое общество вечно.

– Не знаю, – признался Смити.

– Солдаты Бандини, – прокричала я, заглушая шум машин.

Повисло молчание, пока Вулф переваривал информацию.

– Отец Анджело? – уточнил он.

В воздухе прогремел очередной звук удара, когда они снова в нас врезались, и наша машина вылетела вперед на три фута. Я ударилась головой о руль, и у меня вырвался тихий стон.

– Франческа, где вы? – голос Вулфа стал напряженнее. Я огляделась, пытаясь найти знаки.

– На магистрали I-190, – ответил Смити и подхватил мою сумку с учебниками, лежащую у его ног, ища телефон. – Я позвоню в полицию.

– Не звони в полицию! – неожиданно заорал Вулф.

– Что? – хором завопили мы со Смити.

Парни Бандини снова нас догоняли. «Кадиллак» закряхтел и стал издавать ужасные звуки, а бампер заскрипел, волочась по асфальту. Это напомнило мне грохот машин в видеоигре GTA перед тем, как они взрывались. Во время летних каникул в Италии Анджело постоянно играл в эту игру вместе с братьями. Анджело всегда выигрывал.

– Я еду к вам. Двигайтесь к съезду Лоренс-авеню. – Я услышала, как Вулф берет ключи. Не помню, видела ли вообще, как он водит. Никогда. Либо его вез шофер, либо он просто сидел рядом, пока я во время уроков объезжала квартал.

– Я неважный водитель, – напомнила я, пытаясь сдерживать эмоции, потому что ему не стоит быть таким уверенным в моей способности вытащить нас отсюда живыми и невредимыми. Бешено вращая глазами, я судорожно стала искать глазами съезд, о котором он сказал.

– Ни хрена, ты отличный водитель, – сказал Вулф, и я услышала, как он мчит по пробкам, нарушая примерно две тысячи законов, судя по воплям и сигналам на заднем фоне. – Кроме того, если с тобой что-нибудь случится, я разнесу Синдикат в клочья и упеку за решетку всех мафиози в Чикаго до конца их дней, и все это знают.

– Думаю, причина в том, что я вышла за тебя, – пробормотала я и заморгала, чтобы слезы не мешали мне увидеть Лоренс-авеню.

Краем глаза я заметила, как Смити покачал головой. Сейчас не место и не время обсуждать эту тему.

– Ты не виновата, – сказал Вулф. – Я на одну ночь упек его сына в тюрьму, а его фирму обыскивают налоговики. Он хочет поквитаться со мной через тебя.

– Получается? – у меня дрожал голос.

Я услышала рев мотора «Ягуара» Вулфа. Он не ответил. Очередной удар в нашу машину. Я захлебнулась слезами.

– Они пытаются вытолкать нас с дороги! – заорал Смити и хлопнул рукой по приборной панели. – Можно, я достану пистолет?

– Не смей! – гаркнул Вулф. – Если хоть один волосок упадет с головы Франчески…

Едва он произнес эти слова, в ушах раздался громкий хлопок, и в ту же секунду выскочила подушка безопасности, в результате чего наши головы стукнулись о подголовник. В воздухе, как конфетти, разлетелся белый порошок. Шины «Кадиллака» завизжали, когда машина скатилась на обочину, и я почувствовала, как под нами что-то шипит. Я не могла пошевелиться. Не могла открыть рот. Даже простонать была не в силах. Нос словно вдавили в черепушку. Интересно, он сломан или нет? Я задумалась, что, если теперь мое лицо изуродовано, муж наконец-то потеряет ко мне интерес.

Это последнее, что пришло мне в голову перед тем, как я потеряла сознание.

* * *

– Франческа? Нем? Поговори со мной, – раздался требовательный голос Вулфа. Глаза накрыла темная пелена, когда мои глаза закрылись. Я хотела ответить ему, но не смогла, и услышала, как он хлопнул по рулю. – Да будь все проклято, черт их раздери. Я еду.

Я с трудом перевела взгляд на Смити. Его голова закачалась, когда подушка безопасности начала сдуваться, и он застонал от боли.

– Она в порядке, – прохрипел Смити. – Из носа и рта идет кровь. Глаз у нее тоже выглядит плохо.

– Какого хрена! – заорал Вулф.

Смити отстегнул свой ремень и потянулся отстегнуть и меня.

– Я могу?.. – начал было Смити, как вдруг Вулф взревел:

– Да. Вытаскивай оружие. И если они хоть на шаг приблизятся к ней, ей-богу, убей сволочей раньше, чем это сделаю я. Потому что я их не пощажу.

После этого я вырубилась. Меня накрыло тяжелой пеленой кошмарных сновидений, от которых стало очень жарко и душно. Я была в сознании и в отключке одновременно. Не знаю, сколько прошло времени. Помню лишь красно-синие огни полицейских машин, мерцающие перед закрытыми веками, и как Смити объяснял офицерам, что мы не видели нападавших и они уехали, не остановившись. На машине, разумеется, не было номерных знаков, но в нас наверняка въехали дети, мелкие хулиганы, которые хотели разгромить дорогую новую тачку. Потом я почувствовала, как Вулф обхватывает меня руками и несет в машину «Скорой помощи». Он положил меня на каталку и рявкнул, когда кто-то попытался до меня дотронуться.