(Не)строго бизнес - Алекс Джиллиан

Он не особо любит такие мероприятия, я знаю, но у меня созрел маленький и коварный план, который бы сделал этот поход в театр самым незабываемым в его жизни. Я знаю слабости Адриана: секс в общественном месте его заводит до предела, и я догадываюсь, что самые яркие ощущения он испытывает, когда мы трахаемся в машине или парке…один раз был в примерочной. Вишенкой на его сегодняшнем именинном торте станет массаж, который я планирую осуществить прямо под столом во время шоу. Естественно, не только руками, но и языком с его членом во рту. У меня низ живота наполняется горячей истомой, когда я представляю, как прячусь под столом, расстегиваю ширинку, достаю его плоть и провожу по твердости Адриана кончиком языка и беру до основания, прекрасно чувствуя, как тяжело ему будет сдерживать эмоции в столь людном месте. И он не будет…будет смотреть на меня, сверху-вниз. Будет видеть, как ублажаю его ртом и называть своей плохой девочкой.

Я совершенно обезумела. Он развратил меня, испортил. Раскрыл, обнажил. Я окончательно убедилась в том, что ханжа и «тургеневская девушка» умирает в любой женщине, как только в её жизни появляется тот самый мужчина. Ко всем моим желаниям уже не причастен контракт, и даже расчет и женская манипуляция стоят на втором плане. Я просто хочу его.

Запреты стираются, рамки ломаются, критическое мышление отсутствует. Хочу и все. До одури, до мурашек. До трясучки.

Подписывая тот контракт, я чертовски боялась того, что он сделает меня своей рабыней, и мне придется терпеть унижения и даже его побои…но все оказалось иначе и даже сложнее.

Адриан – абсолютно здоровый, психически уравновешенный и шикарный мужчина, в которого можно не только влюбиться по уши, но и полюбить всеми фибрами души. Было бы легче, если бы он был долбаным психом, которого я бы посадила за решетку и забыла бы навсегда.

Все-эти контракты, желание привязать и клеймить, действительно из чувства одиночества и жажды внимания. Я готова простить ему то, что он купил мое тело, привязал к себе силой в самом начале…

Если мы начнем все заново.

Если он признает, что я для него – гораздо больше, чем девочка по контракту.

Если он покажет словом и делом, что я для него – особенная.

В отеле «Плаза», где я сняла самый скромный из категории номеров, я переодеваюсь в маленькое красное платье из шелка. Соски видны через тонкую ткань, в глубоком декольте собрана моя грудь среднего размера … открыта шея, ключицы, длинные ноги, утопающие в потрясающих лодочках от Джими Чу, которые подарил он. Все, как босс любит. Лишь сверху вновь тренч накидываю, чтобы таксиста не напугать своим развратным видом.

Смотрю в окно и прячу в воротнике пальто игривую полуулыбку, предвкушая насыщенный эмоциями и приятностями вечер. Хочу скорее увидеть лицо Адриана, когда он увидит меня на пороге своей квартиры, и глядя на спешащих ньюйоркцев, вывески элитных и роскошных магазинов на пятой авеню, постепенно загорающиеся огни на рекламных баннерах, до сих пор не могу поверить, что буквально телепортировалась из Москвы в Нью-Йорк. Впервые, этот шумный и суетливый город не доставляет мне дискомфорта, наверное, потому что я знаю, зачем я здесь. И чувствую, даже на расстоянии, что Адриан хочет меня видеть. Он будет в приятном шоке, я уверена…без сомнений.

– Вы к кому в гости, мисс? – приветливо улыбается пожилой консьерж в униформе, прежде чем выдать мне пропуск к лифтам. Насколько я понимаю, мне нужно на пятидесятый этаж небоскреба «Кристалл». Адриан, как и в Москве, предпочитает пентхаус в высокой башне с красивым видом. Очевидно, любит ощущать себя «сверху», даже когда дело касается жилья.

Сердце стучит с перебоями, пока я наношу помаду цвета пыльной розы на губы, улыбаясь своему отражению в лифте. Я выгляжу сногсшибательно, даже после тяжелого перелета и виной тому – соблазнительный, чувственный блеск в глазах, предвкушение близости и эротических приключений в театре.

Наконец, я подхожу к квартире Адриана и глубоко выдохнув, нажимаю на звонок. Представляю, как накинусь на него с руками и ногами, как только он откроет мне дверь. Пусть он будет сразу раздет, не будем тратить время до мюзикла…

– Ого, у вас на редкость быстрая курьерская доставка, – женский голос, следующий за дверным щелчком, парализует меня. Словно ушат ледяной воды на меня обрушили или водопад целый. Я не успеваю осознать, что происходит, просто начинаю задыхаться от запаха сигаретного дыма и густого кольца, выпущенного мне прямо в лицо.

Не знаю, как бы описать все, что я чувствую сейчас… нет, пол не просто уходит из-под моих ног. Я чувствую, как падаю сквозь него, на пятьдесят этажей вниз. Стремительно, молниеносно и без парашюта.

А всё потому, что вместо Адриана…

Меня встречает роскошная блондинка с тонкой сигареткой в руке.

Эпитет «сучка» напрашивается на язык, как только я понимаю, что на плечи этой дряни накинута белая шубка из натурального меха. Весь её образ светской львицы вызывает в моем желудке рвотный позыв, потому что подсознательно я уже сложила дважды два и понимаю, что она здесь забыла и кто она…

Это отвратительная, но красивая женщина. Немолодая, несмотря на то, что выглядит хорошо, и недальновидные мужчины наверняка дают ей не больше тридцати. Её возраст выдает лишь взгляд, хотя на лице нет ни единой глубокой морщинки. Про таких говорят – «дорогая, утонченная, рафинированная». Вылитая Шарлиз Терон из рекламы духов «Диор»!

Я не слепая и умею признать, что другая женщина чертовски красива.

Но я её ненавижу. Да у меня руки горят от желания сломать её длинные ногти, хотя я прекрасно понимаю, что стоит поберечь свои силы для Батлера.

Подонок, ублюдок. Мразь. Бабник, кобель. Особенная я, …конечно. Размечталась, Эмили.

Беглым взглядом окидываю эту «мамочку» с ног до головы и сразу определяю, что под шубкой у женщины явно ничего нет. Она абсолютно обнажена и находится в квартире моего мужчины, моего Адриана…черные чулки и туфли на высоком каблуке не в счет. Эта дрянь г-о-л-а-я. И довольная. Удовлетворенная.

– Ах, судя по выражению лица, ты Кристина, – поправляет себя блондинка, вновь вдохнув никотин. – Думала, что нам с Адри принесли ужин, – у меня чуть сердце не останавливается от её небрежных, но таких убийственных фраз. – Сама знаешь, если Адриан и готов сделать перерыв в секс-марафоне, то только на еду. Проходи, не стесняйся, детка, – обворожительно улыбается мне эта светловолосая стерва, и я естественно прохожу внутрь, для того, чтобы выяснить, какого черта здесь происходит, и кто такая «Кристина» за которую меня приняли, мать его.

Батлер, я убью тебя и сдеру кожу со всех гадюк из твоего гарема…

Моя злость и ярость мгновенно испаряется, как только я попадаю в обстановку минималистичного интерьера, мало чем отличающегося от квартиры Адриана в Москве.

На смену разрушительной злости приходит оглушительная боль. Парализующая, удушливая, сковывающая легкие стальными цепями.