Грей. Продолжение - Катерина Коротеева

Она улыбнулась мне самой искренней и счастливой улыбкой. Потянулась ко мне, чтобы поцеловать. Я обнял ее так крепко, как только мог и поцеловал ее в ответ, чтобы показать всю свою любовь. Это был самый сладкий поцелуй в моей жизни. Она любит меня. Я люблю ее. Сейчас все начало приобретать смысл.

Ана простонала мне в рот, и у меня от этого закружилась голова. Я так ее хочу, но не здесь.

— Ана, — хрипло прошептал я. — Я хочу тебя, но не здесь.

— Да, — страстно выдохнула мне в губы.

Я выключил душ, взял ее за руку, вывел из ванной и закутал в пушистый халат. Снял с крючка полотенце и опоясал свои бедра, потом взял полотенце поменьше и осторожно просушил ее волосы.

Как она смогла заставить меня это почувствовать, для меня остается загадкой, может она сможет вылечить меня? А вдруг и это возможно? Ее чистая любовь может быть способна на то, чтобы вдохнуть в меня новую жизнь и сделать меня лучше.

Потом, я обернул полотенце вокруг ее головы, получился тюрбан. Она так прекрасна. Я встал за ее спиной, и наши глаза встретились в зеркале. Ее глаза загорелись, будто ей пришла в голову идея.

— Можно я тоже поухаживаю за тобой?

Я осторожно кивнул, понятия не имел, что она задумала.

Ана взяла еще одно пушистое полотенце из большой стопки, рядом с туалетным столиком и, встав на цыпочки, принялась вытирать мои волосы. Я слегка наклонился, чтобы облегчить ей задачу. Мне нравилось, когда она заботилась обо мне. Я не смог скрыть идиотскую улыбку.

— Давно никто не вытирал мне голову. Очень давно, — пробормотал я, но потом понял, что до нее это вообще никто не делал. — Вообще-то, кажется, никто никогда не вытирал.

— Но уж Грейс-то наверняка ухаживала за тобой, когда ты был маленьким?

— Нет. Она с самого первого дня уважала мои границы, как бы трудно ей это ни было. Я был весьма самодостаточным ребенком, — спокойно ответил я.

— Что ж, я впечатлена, — шутливо произнесла она.

— Не сомневаюсь, мисс Стил. Или, может, это я впечатлен.

— Разумеется, мистер Грей, тут и сомневаться не приходится.

Посушив мои волосы, взяла еще одно полотенце и встала у меня за спиной. Наши взгляды в зеркале встретились.

Хочу, чтобы она сначала проговаривала то, что хочет сделать, я должен знать.

— Можно я кое-что попробую?

Я доверял ей. Она знала, что для меня не допустимо. Поэтому кивнул ей в знак согласия.

Осторожно, очень аккуратно она провела мягким полотенцем по моей левой руке, убирая влагу с кожи. Подняла взгляд и посмотрела на меня в зеркале. Я неотрывно смотрел на нее. Она наклонилась и поцеловала мое предплечье. Потом вытерла другую руку и тут же покрыла ее ниточкой поцелуев. Она такая нежная и аккуратная. Мне нравилось все, что она делала. Никогда не думал, что это так приятно. Я непроизвольно начал улыбаться. С большой осторожностью она вытерла мою спину, ниже той линии. Она хорошо запомнила границы.

— Всю спину, — спокойно сказал я, — полотенцем. — Я сделал резкий вдох и закрыл глаза, а она быстро обтерла меня, стараясь дотрагиваться до моей кожи только тканью.

Дело сделано; я с облегчением выдохнул, а она снова поцеловала меня в плечо.

Обхватив меня руками, она обтерла мой живот. Наши глаза снова встретились в зеркале.

— Держи, — сказала она, вручая мне маленькое полотенце.

Интересно зачем?

— Помнишь Джорджию? Ты заставил меня прикасаться ко мне твоими руками.