Плохой парень - Екатерина Юдина

- Знала, что у Доминика есть девушка и все равно полезла в его постель? – с яростью прошипела она, пальцами вцепившись в мои волосы и дернув за них с такой силой, что, казалось, из моих глаз сейчас полетят искры от боли.

- Луиза, успокойся. Отпусти, - я попыталась вырваться, но добилась лишь того, что мы вдвоем рухнули на пол. Денев отпустила мои волосы, но так просто не успокоилась. Казалось, что у нее перед глазами все поплыло от гнева и в таком состоянии она вновь набросилась на меня.

- Да что не так с такими, как ты? – Луиза попыталась ударить меня. – Беспринципная с*ка. Прыгаешь в постель к парню, у которого есть девушка.

Я изо всех сил попыталась отстраниться от нее, но не получалось. Нечто подобное со мной происходило впервые, ведь я никогда в жизни толком в конфликтах не участвовала – в драках тем более. Из-за этого растерялась и Луиза слишком яростно нападала на меня, толком не давая сделать ни одного движения, но, когда она впилась ногтями в мое лицо, оставляя на щеке несколько царапин, я зашипела и толкнула ее локтем, попав в шею. Денев выругалась и опять схватила меня за волосы, а я ответила ей тем же.

То, что происходило, толком нельзя было назвать дракой. Скорее, нелепая возня на полу с желанием Луизы как-нибудь ударить меня, и с моей стороны – защититься. Оттолкнуть ее от себя, но, когда Денев опять схватила меня за волосы, я не выдержала и ударила ее, ощущая, как в груди все забурлило.

- Чего ты добивалась? – шипела Луиза. – Полезла к нему в постель рассчитывая на что-то? Для Доминика ты только однодневная шлюха. Таких, как ты у него было сотни. Он лишь попользовался тобой, - Денев резко оттолкнула меня от себя и, тяжело дыша, сказала: - Чтобы я тебя больше не видела около Доминика. Он мой. Пусть к нему лезут такие, как ты, но я первая девушка, с которой у него именно отношения, а не просто секс. Это многое значит. Я для него особенная…

Последние слова сказаны прерывисто и будто бы на изломе. Луиза держалась, а мне казалось, что вот-вот заплачет. Я смотрела на нее и понимала, что за той яростью, с которой она на меня набросилась, скрывалась боль, пробившая ее от того, что Денев увидела меня в спальне Моно. И мне самой почему-то стало больно, ведь сейчас я в Луизе увидела себя. Она точно любила Доминика. Возможно, ее чувства были такие же, как и у меня к нему. А ведь Моно согласился с ней встречаться и, раз она так спокойно вошла в его квартиру, у них все было серьезно, но за спиной Луизы Моно спал со мной. А, вдруг, однажды я окажусь на месте Денев? Вдруг, так же вернувшись в квартиру Доминика, увижу тут другую?

- У Доминика было много девушек? – спросила очень тихо.

- Больше, чем ты можешь представить, - Луиза криво улыбнулась, будто от боли и тыльной стороной ладони, вытерла глаза, пытаясь скрыть слезы. - Такие же доступные шлюхи, как и ты. Пользовался ими и трахал только с резинкой.

- Резинкой? – переспросила, прикусив губу.

- С презервативом. Он же и с тобой его использовал? Со шлюхами иначе никак. Мало ли что можно подцепить.

Я не очень много знала об интиме, но не думала, что про секс, во время которого используют презерватив, можно сказать что-то плохое. Это ведь просто контрацептив. Во всяком случае, я так думала, а сейчас, после слов Луизы, что-то кольнуло в груди. А вдруг Доминик считал меня грязной? И то, что он использовал со мной те же презервативы, что и с мимолетными девушками, наводило на мысль, что для него я такая же. Далеко не особенная. И что ему мешало вскоре заинтересоваться другой?

- И ты хочешь быть с Домиником, после того, как он спал со мной? – спросила, не имея намерения разозлить девушку, но именно это случилось.

- А ты этого добиваешься? – Луиза зашипела и мне показалось, что в этот момент опять хотела ударить меня. – Думала, что переспишь с ним и я оставлю его тебе? Черта с два. Ты лишь шлюха, а я его девушка. Знай свое место и проваливай отсюда.

Некоторое время я сидела молча и просто смотрела на Луизу. Почему-то при виде ее слез было действительно больно. Она испытывала любовь к Доминику, но ею была разбита. Интересно, если я уже вскоре окажусь на месте Денев, тоже буду цепляться за свои чувства? Буду так же выискивать какие-то моменты из наших взаимоотношений, чтобы произнести это проклятое «Я для него особенная»? А так ли это?

Доминик мне про себя ничего не рассказывал и держал на вытянутой руке. За исключением некоторых моментов относился лишь, как к девушке, которую хотел взять и сделал это в первый же день наших отношений. Не стал ждать несмотря на то, что я была девственницей.

В груди стало нестерпимо горько и, до боли прикусив кончик языка, я подняла фотографию, которую взяла из тумбочки и, положив ее в карман, поднялась на ноги.

- Я уйду. Тебе нужно поговорить с Домиником, - сказала, разворачиваясь и, немного прихрамывая, пошла к двери, чувствуя, что щеку обжигало. Наверное, Денев сильно поцарапала меня.

- Правильно. Проваливай, - сказала Луиза, тоже вставая на ноги.

Будучи в коридоре, я обулась и вышла на улицу, слыша, что Денев за мной с грохотом захлопнула дверь.

Я выглядела растрепанной и все еще прихрамывала, но вышла на тротуар и куда-то побрела. Пошла не к станции RER, а в глубь Шампиньи и, оказавшись около дома, в которой снимала квартиру, позвонила хозяйке жилья. Спросила были ли у нее запасные ключи. Она сказала, что да. Один комплект находился у соседки по лестничной площадке. Это была первая и единственная хорошая новость за этот день.

Я сходила за ключами и зашла в квартиру, закрыв дверь на замок. Выключила телефон и легла на кровать, закрывая глаза. В этот момент злилась на Доминика. Нам следовало сначала расстаться с теми, с кем у нас были отношения, а потом начинать наши. Или не начинать.

Я все еще боялась быть разбитой. Такой же, как Луиза, но, наверное, именно этого заслуживала, после того, что переспала с ее парнем. Все возвращается и Доминик тот дьявол, который собственноручно устраивал всем пытки за грехи. Кому-то физические. Кому-то – душевные.

Почему чувства это так больно?

Я качнула головой и открыла глаза, после чего достала из кармана тот снимок. Он вызывал у меня мурашки и холодок бегущий по ногам. А еще нотки страха, пробившего сознание. Почему?