Мой (не)выносимый сосед - Ана Сакру

– Братья – сестры? – хмурится дед, постукивая пальцами по столу.

– Нет, второй раз мама вышла замуж вот только год назад. Понятно, что никаких детей у них нет.

– Тебя поднимала, значит, – качает головой дед. Вздыхает, – Тяжело без мужчины…

Сашка только пожимает плечами на это.

– А ты нормальной семьи и не знал, – стучит пальцем по столу дед.

У Саши моментально каменеет челюсть, а серые глаза превращаются в чистый лед.

– Это намек на то, что я не способен создать свою что ли? – интересуется, выгибая светлую бровь.

– Просто говорю, что сложно ухаживать за женщиной, когда тебя самого женщина выхаживала. А Лизка у нас…Она такая…Принцесса. До бой-бабы не обтешешь, только зубы обломаешь. Я лишь к этому. Ты не злись, послушай старого человека. У меня уж глаз наметан, много повидал.

У Сашки желваки прокатываются и чуть краснеют скулы в попытке сдержаться и ровно слова деда воспринимать. Снова кладу ему руку на напряженное бедро, но он отталкивает.

– Дедуль, мне ничего особого не надо! – возмущаюсь я.

Но он только взгляд быстрый метает из-под кустистых бровей. Молчи.

– Я полностью согласен с вашей оценкой Лизы, но вы не правы насчет меня, – Сашка подается вперед через стол к деду, сцепляя пальцы в замок, – Никакая бой -баба мне не нужна. И я прекрасно понимаю, что такое заботиться о семье и женщине. На этот счет можете не переживать.

– Мне кажется, прекрасный тост, – вставляет свое слово Тимур и, подняв рюмку, подмигивает нам с Сашкой. Но никто его не поддерживает. Напряжение за столом растет как снежный ком, ощущаясь тягучим душным облаком. Тим пожимает плечами, мол не хотите как хотите, и гордо выпивает один.

Отец недобро зыркает на него и снова вперивает в Сашку пронизывающий насквозь взгляд.

– А вот, знаешь, Саш, за что больше всего переживаю. Откуда ты вообще взялся такой, если буквально неделю назад Кропоткин слезно просил у меня разрешения пригласить Лизу пожить у себя, а? Может объясните, ребят? А то я человек старых правил и немного такую скорость не понимаю. Или ты про то, что у дочки моей еще несколько суток назад кавалер другой был, не в курсе? Ну так давай я тебе расскажу…жених!

– Он в курсе, пап, – бормочу, краснея до корней волос. Господи, Арсений реально спрашивал об этом сначала у моего отца?! Ну и идиот…

– Я в курсе, – Сашка упрямо поджимает губы, и я вижу, как у него кончики ушей начинают краснеть. Плохой…очень плохой признак.

– Мы с Лизой познакомились еще летом на вступительных экзаменах. Но тогда возникло…недопонимание, и мы…расстались, – аккуратно подбирает Сашка слова, а я только киваю в подтверждение и все-таки беру в плен одну его руку.

Папа недобро косится на наши переплетённые ладони, но мне плевать, потому что у Сашки голос непроизвольно становится тверже. Все-таки такой допрос с пристрастием любому дастся тяжело.

– А потом я приехал на зимнюю сессию, – продолжает Сашка, глядя отцу в глаза, – И по счастливой случайности моей квартиранткой, о которой я даже не знал, оказалась Лиза.

– Помнишь, пап, я в августе квартиру меняла, так вот…– тихо вставляю я, улыбнувшись.

– Да, так вот…– повторяет Сашка, сглотнув, – Мы встретились снова. И в универе еще…Все прояснили, и…все хорошо.

Замолкает. Мои родственники тоже молчат, осмысливая.

– Так а что это за недопонимание такое, а? – хмурит брови дед.

– А я похоже понял какое, – вставляет отец сухо, – Я так недопониманий много видел…Лютик наш Лизу летом поимел и уехал в свой Домбай спокойно. А зимой – сюрприз! С перепугу про любовь и причесал. А эта балбеска слушать и рада. А потом может узнал, что не бесприданница, да? Так еще и жениться приехал по горячим следам.

У Сашки брови взмывают к линии роста волос.

– Что? – выдыхает он.

– А то, – стучит отец по столу, – Я все сижу и думаю, где я слышал твою фамилию. Она, знаешь, о-о-очень приметная. И вспомнил! "Панорама" твоя?!

– Да, – растерянно хмурится Сашка, не понимая к чему отец клонит.

– И ты хочешь мне сказать, что фамилия Керефов тебе ни о чем не говорит? – продолжает давить отец, нависая.

– А должна? – огрызается Саша в ответ.

– Да вроде как! Если ты с Прокопенко, выбив гранд у Ахметова, в декабре подал на инвестирование в "РЗК групп" на выкуп соседнего участка, чтобы там ресторан с банным комплексом поставить.

– О…Откуда вы знаете? – Сашка даже заикаться начал, – Это закрытая информация.

– Так может оттуда, что я учредитель инвестиционного фонда "РЗК групп", молодой человек? А вот и его основатель, – отец тычет пальцем в помрачневшего деда, – Рустам Зурабович Керефов. Никаких мыслей инициалы не навевают?

– Я-я…– Сашка откидывается на стуле, смотря на заведшегося отца совершенно пустым взглядом. То хмурит лоб, то разглаживает, пытаясь сложить два и два, – Я не оформлял сами заявки, Олег у нас этим занимается. Но там же главный Хайретдинов. Мы встречались…

Едва слышно это говорит, явно думая и вспоминая в этот момент.

– Ну да, директор -Хайретдинов. А учредителей ты вроде как и не смотрел, да? Прямо святая простота, – хмыкает отец с издевкой.

– Я…– Сашка обрывает сам себя и поджимает губы, уши у него горят, – Если я скажу, что нет, вы же мне все равно не поверите.

– Не поверю, уж прости. Не поверю, что, бросив Лизку летом, ты вдруг загорелся свадьбой зимой через неделю знакомства по большой и чистой. Скорее просто узнал, кто она. Я ведь прав?!

– Пап, это бред! – не выдерживаю я.

– Молчи, дуреха, – рявкает отец в ответ, – С тобой мы еще после поговорим!

– Это все какое-то идиотское совпадение, – отстраненно выдает Сашка, и неожиданно встает из-за стола, – Извините, я, похоже, наелся. Лиз, проводишь меня?

– Не провожу. Я с тобой!!!

Я подскакиваю с места и мертвой хваткой вцепляюсь в Сашкину руку, будто если отпущу, он просто растворится в воздухе. Сердечный ритм бешено тарабанит во всем теле, качая. Адреналин красной душной пеленой застилает глаза. Меня выжигает стыдом за себя, за эту ситуацию, за папу…Какой-то кошмарный сон!

– В смысле "с тобой"? – рычит отец, тоже приподнимаясь с места, – Ты не слышала, что я сейчас сказал про друга твоего?!

– Лучше бы не слышала! Ты настолько…Просто чудовищно не прав!!! – эмоции захлестывают, мысли путаются, роясь в голове, выхватываю их урывками, – Это всё совсем! Совсем не так! И вообще тебя послушать, так просто так меня и полюбить не за что…!!!Только из-за денег можно!

Подбородок начинает дрожать, голос – срываться, перед глазами из-за подступающих слез плывет хмурое папино лицо. Мне так обидно!

– Лисенок, я этого не говорил! – сипит отец, слегка опешив, – Но тут сама подумай, факты сложи, Лиз! Люди разные бывают!