Любовь, которой не было - Ая Кучер

Ник особо не объясняет, что за работу нашел для меня. Говорит о долгосрочном контракте и шикарной оплате. Толкает в душ, хотя и самому бы не мешало освежиться. И нетерпеливо выстукивает пальцами по столу, пока я сушу волосы и наношу дневной макияж.

– Кто устраивает собеседования так рано? – отбираю у мужчины кофе и выпиваю залпом. Завтракать времени нет. – Только шесть утра, Ник. До Порто полчаса езды. Нам правда нужно настолько рано выходить?

– Не настолько, но у них простаивают съемки. Что-то случилось с главной актрисой, срочно нужна замена. Я показал видео со съемкой на пляже и они в восторге.

– Подожди, актрисой? Ты меня на какие съемки отправляешь?

Умом я понимала, что никакие съемки не будут длиться несколько месяцев. Даже если нужна целая серия реклам. Однажды я участвовала в фильме, но была приглашенным хореографом.

Кто не может делать – учит.

Но тогда это было в родной России, без отъездов и переживаний, что надолго расстаюсь с Марком. Сейчас же разговор шел о работе в Португалии и практически переезде сюда.

Я люблю океан и архитектуру, но это слишком уже. Хотя все доводы затмевает озвученный гонорар.

– Уна, даже если не будет съемок, будешь получать фиксированную ставку, - такое впечатление, что Нику приплатили за уговоры. Хотя он никогда не брал комиссию за то, что подрабатывал моим агентов. – Целый год работы вместе, это же très cool! [1]

– Вместе? Ты не говорил, что будешь снимать меня.

От этого факта мне становится легче. Поэтому нахожу черное платье до колена с юбкой-полусолнцем. Не слишком строгое, не слишком развратное. Идеальное для собеседования, короткого танца и прогулке по городу после.

– Не факт, что я. Я вроде стажера. Новое направление работы, новые возможности. Но до главных съемок меня сразу не допустят. Но не переживай, промо снимать буду только я.

– Промо для чего?

– Не могу сказать. Подписал договор о неразглашении. Получишь работу и всё узнаешь.

– Я же не могу просто взять кота в мешке.

– Зачем засовывать кота в мешок? – Ник хмурится на поговорку. Не смотря на то, что он долгое время жил в Москве и довольно хорошо говорит по-русски, некоторые наши нюансы вводят его в ступор. – А. Просто доверься мне. Разве я когда-то тебя подставлял?

Ни разу. Киваю и бросаю в желтую сумку от Манго самое необходимое. Если Ник говорит, что работа того стоит, значит так и есть. В конце концов, я могу подписать о неразглашении, выслушать условия и отказаться.

Дорога к городу пролетает для меня незаметно. Не помню, как усаживаюсь в электричку и добираюсь до нужного офиса. В Порто нет высоток, всё старинно и лаконично. А офис «засекреченной» компании находится в небольшом двухэтажном здании.

На входе охранник просит документы и докладывает о моём прибытии. У меня есть время взбить волосы и вытереть капельки пота со лба. Солнце уже во всю жарит, а мне пришлось подниматься вверх по узкой улочке. К концу прогулки все мои прихорашивания дома потеряли смысл. Но матовые салфетки решают часть проблемы, а Ник рядом внушает уверенность.

– Назначено вам, - на ломанном английском объясняет охрана, пропуская только меня. – Одна.

– Я не пойду без Ника.

– Уна, иди, - мужчина сонные и ещё не отошел после веселой ночи. Подталкивает меня вперёд, в сторону лестницы. – Не спорь.

– Ник, не отправляй меня одну.

Чувствую себя напуганной школьницей перед экзаменами. Но на кастингах мы были вдвоём. Или я, хотя бы, знала условия. А тут мне могут пообещать совсем другое, не то, о чём договаривался Ник. Я же не знаю точной сумы и срока, условий. Этим занимался друг, видимо, во время своей пьянки. И мне нужен он, чтобы не лажать.

– Минуту, - мужчина о чём-то говорит по рации, а я стойко выдерживаю недовольный взгляд Ника. – Вперёд, потом направо. Двое.

Благодарно улыбаюсь и тащу за собой Ника. Тот даже не упирается. Только хватает со стойки бутылку води и прикладывает к голове. Коротко стонет, а потом опустошает в несколько глотков. Бедненький, представляю, насколько ему сейчас плохо. И вместо сна потащился со мной в город, чтобы дать работу.

Мне капельку жаль, что не отпускаю его. Совсем маленькую капельку. Приготовлю ему любимую запеканку и мужчина простит. Что-что, а подкупать едой я умею хорошо.

В переговорной нас встречают двое. Кастинг-менеджер и второй, чьей должности мне не называют. Потом оказывается, что это переводчик. Который знает русский и, видимо, находится тут ради меня. Мне даже неловко лишать его работы, когда легко перехожу на английский.

В детдоме было мало развлечений, а один из депутатов решил подарить нам целую коллекцию книг на английском. Пришлось учить, а после усиленно взялась за изучение, когда мама забрала к себе. Работа с Ником только улучшила моё произношение.

– Это о неразглашении.

Менеджер протягивает мне лист бумаги и терпеливо ждёт, пока я прочитаю. Возникает желание отправить фото тёте, та юрист и лучше меня понимает в подобном. Но текст кажется шаблонным и особо не вызывает вопросов. А у Ангелины беременность и перепады настроения.

– Это контракт.

Договор состоит из уймы страничек и становится страшно от мысли, сколько это всё нужно будет переводить. Но оказывается, что там два экземпляра и при этом он идёт двойной. На русском и английском сразу. Идеальная подготовка, я уже люблю эту компанию.

– А кастинга не будет? – Ник стонет от моего вопроса.

– Наш директор видел ваши работы, ему всё понравилось. Так что ты его уже его прошла. Осталось обсудить только условия.

На английском никогда не понятно, как к тебе обращаются. Но менеджер, представившийся Максом, держится расслабленно и дружелюбно. Поэтому решаю, что именно на «ты».

– Тут о пролонгации написано. Я не совсем поняла.

– Контракт на год, с обязательным продлением, если съемки не закончатся к тому времени. Если всё отснимут быстрее, чем за год, то ты получишь выплаты согласно договору.