Его невольница - Ульяна Громова

Ольга показалась мне слегка высокомерной и холодной, держалась отстранённо и претендовала на статус леди и стервы одновременно. Она зачехлилась в стильное прямое омаровое с голубой отделкой платье выше колен и собрала высокий хвост. Чем-то она напоминала щуку. Может быть, длинным лицом и макияжем, и всей фигурой — высокой и слегка худощавой.

А я решила, что в красивое переоденусь в гостинице, и сидела в льняных персиковых брюках и цвета какао футболке с круглым в меру глубоким вырезом. На фоне коллег прилепила себе ярлык — простушка. Не было во мне сказочной красоты и великосветской помпезности. Я просто старшая сестра тире мама для Юльки. Этим всё сказано.

— Слушай, Валь, не помню, чтобы говорили название гостиницы… — нахмурилась Светлана.

— Сказали, нас встретят и отвезут в Ризе, наверное, как раз в гостиницу.

Соседка разглядывала красочный проспект с видами города: побережье серпом, горы с красивыми пейзажами, небольшие чайные плантации террасами на склонах, белые дома и лососевые крыши…

— Я была на собеседовании в другой турфирме, так вот они не в гостиницах селят экскурсоводов, а доплачивают за жильё.

— Но мы же пока в стажировочную едем. Поселят в каком-нибудь недорогом хостеле… — пожала я плечами.

— Наверное, да… — Светлана задумалась, покусала губу и спросила: — А ты знала, что у «Энгнимы» есть ещё бюро зарубежных знакомств для женщин?

— Почему бы и нет? Тем более связи с заграницей уже налажены, — я улыбнулась.

— Не знаю… ладно, не в рабство же нас продадут.

— Ну да, тогда бы вывозили точно не с комфортом.

Самолёт уже вознёсся над облаками, и смотреть в иллюминатор стало не на что. Я отказалась от предложенной стюардом еды и прикрыла глаза.

Едва открыла их в следующий раз, попросили пристегнуть ремни — чартер в рай подходил к концу. И к началу — моя новая жизнь!

Нас на самом деле встретили — молчаливый турок лет сорока держал табличку с нашими именами и неплохо говорил по-русски. Он проводил нас к серебристому пикапу, закинул чемоданы в кузовок и сел за руль. На переднем сиденье сидел ещё один турок, он повернулся к нам, окинул быстрым взглядом с ног до головы и, кажется, остался доволен. А мне показалось, что по телу прокатился ёж, проколов каждую пору кожи нечистыми иглами.

Из международного аэропорта в Трабзоне мы ехали по трассе, повторявшей линию побережья, и уже через полтора часа свернули с неё в горную местность. Светлана нервно покусывала губу, Ольга тоже натянулась струной, когда черта города осталась позади, а за окнами авто раскинулись ряды чайных кустов.

— Куда мы едем?! — не выдержала она.

— Скоро увидите, — бросил, не поворачиваясь, водитель. — Пять минут — и мы на месте.

Девушки немного расслабились. А я, разглядывая красоты заморской страны, даже не успела слишком разволноваться.

Но ровно до тех пор, пока мы не въехали за охраняемые вооружёнными турками ворота какого-то заброшенного производства. Света всхлипнула и сжалась, Ольга задёргала ручку дверцы джипа и возмутилась:

— Какого чёрта? Что это вообще такое? Куда вы меня привезли?!

— Заткнись, — коротко бросил уже нелюбезный водитель и остановился в полутора метрах от железной ошарпанной двери. — По одной заходите внутрь.

— Даже не подумаю! — крикнула Ольга и тут же осеклась, когда на неё тяжело и похотливо посмотрел второй мужчина.

Светлана вышла первая. Ольга слово держала и не выходила. Но недолго — когда мы со сказочной красавицей вошли в двери, её втолкнули следом.

Огромное, по-видимому, складское помещение какого-то завода. Грязные большие окна за решётками, бетонный пол и… четыре ряда клеток с девушками. Я впала в ступор. Разум отказывался принимать очевидное.

Мечта, прощай.

Добро пожаловать в преисподнюю…

* * *

Турция, Ризе

— Живи сегодняшним днём. Если будешь делать, что я скажу, и придерживаться нашего соглашения, это будет в твою пользу.

— Я могу отказаться?

Не могла не задать этот вопрос — мне нужен контрольный выстрел в голову, чтобы убить надежду на побег и обрести другую — что Кемран сдержит свою часть соглашения, никем не подтверждённого, и поможет мне добраться домой. Как — я не представляла.

— Можешь, — ответил спокойно.

А то, что он не сказал, я снова прочитала в повисшей тишине.

Я едва сдерживалась, чтобы не ёрзать, взгляд то и дело ковылял к двери. Казалось, стоит за неё выйти — всё изменится, ослабнет сковывавшее волю влияние этого парня, воздух, наконец, наполнит лёгкие. А день станет ярче и светлее. В комнате Кемрана очень светло, здесь всё от отделки до корпуса ноутбука и плазменного экрана в оттенках белого, но не оставляло чувство, что вокруг него сгущается атмосфера и клубится нечто опасное и послушное лишь ему. Наверное, я научилась чувствовать ауру. Или у него она такая мощная, что не ощутить её нереально. Но она, как смог, и потому рядом с Кемраном находиться неуютно.



— И что теперь? Не сидеть же мне здесь вечно…

— Через полчаса всё решится, — ответил он, достал телефон и отправил кому-то сообщение. — Продиктуй, что конкретно нужно для подготовки экскурсии…

* * *

Полчаса — это целая жизнь.

Я это поняла два раза. Сначала, когда они тянулись бесконечно долго, а разговаривать с Кемраном было не о чем, и я бесконечно крутила в голове воспоминания о том, как устраивалась на эту работу, почему не увидела подвоха. Второй раз — когда в комнату постучали. Я сначала обмерла, потом подскочила, чтобы спрятаться в спальне, но Кемран пригвоздил к банкетке коротким «Сиди». Меня бросило в дрожь, когда он разрешил кому-то войти.

И я чуть не лишилась разума, когда на пороге показался Толга — мой надзиратель и преследователь.

Недолго музыка играла. Недолго фраер танцевал.

— Мир вашему дому, уважаемый господин, — рассыпалась в подобострастии особь, весьма приближённая к Энверу.

Я посмотрела на Кемрана — вот, значит, какая помощь. Он ответил спокойным взглядом и едва дрогнувшим уголком губ. Бесчувственный мерзавец! Встала, нагло взяла из вазы персик, окатила хозяина надменным взглядом и вцепилась в сладкий бок фрукта зубами. Вырвала кусок и выплюнула в Кемрана с ненавистью.

Мне уже нечего терять. Через пятнадцать минут меня растерзает толпа ненасытных вонючих мужланов.

Кемран даже не шевельнулся, а мне хотелось многое ему сказать. Но все мои претензии просто смешны. Он запросто пропустил в выборе блюд для меня и закуску, и горячее, сразу остановился на крепком десерте. Насколько надо быть глупой, чтобы поверить дьявол знает кому?!

Я быстрым шагом пересекла комнату, шибанула двумя руками в плечи стоявшего на пороге Толгу и пошла по лестнице вниз. Внутри всё сжималось от страха, меня трясло от злого возбуждения и решимости толпе скотов живой не даваться. Я дышать перестану, но не позволю им тронуть меня!