Плен – не подчинение - Альмира Рай

— И что же? — спросила я, с опаской косясь на его «приношение». Я подперла дверь ванной и не собиралась приближаться к нему, он сам подходил, сгущая воздух между нами.

— То, чего ты хотела. Зелье от нежелательной беременности.

Мое сердце забилось чаще. Как он мог узнать? Покопался в моей голове или Лайфорд сказал?

Ну, покопаться в голове ему явно ничего не стоило, потому что в следующую секунду он произнес:

— Лайфорд передал. И не волнуйся, Девид нас не услышит, я поставил звуковую защиту. Мы как под куполом. Только ты и я. Думаю, нам многое стоит обсудить. У тебя наверняка миллион вопросов. И главный из них — действительно ли ты пара Лайфорда?

Он подошел совсем близко, откупорил колбу и протянул ее мне.

— Хочешь узнать ответ до или после того, как выпьешь это и убьешь растущий в тебе плод?

— Хочешь сказать, я уже беременна? — спросила я.

Клодий хмыкнул.

— Хочешь сказать, это изменит твое решение? Оставишь ребенка, Тарин?

Я даже не могла понять, он издевался или сострадал мне. Казалось, даже Клоду ясно, что ребенок метиса в этой долбаной стае как какое-то проклятие. Но почему тогда его слова так неприятно кольнули? «Убьешь растущий в тебе плод?»

Слишком жестоко.

Но разве не так же поступил со мной Лайфорд, предав, использовав, как приманку? А теперь он, что решил свои ошибки исправить? Ну уж нет, он точно не тот, кто будет принимать подобные решения. Он лишился этого права.

— Я хочу знать, — произнесла я, не отрывая глаз от черной жидкости. — Про нашу связь.

Выдержав паузу, Клодий медленно произнес:

— Лайфорд Хейл истинная пара тебе, Тарин. Ваши судьбы переплетены, вам предначертано быть. И сколько бы раз другие силы вас не разводили, вы всегда будете тянуться друг к другу.

Я подняла неверующий взгляд на колдуна. Он тоже врал? Также играл со мной? Я почему-то была уверена, что он заявит иначе, и это все так усложнит для нас с Лайфордом. Стало вдруг смешно. Колдун за нас, но от этого не легче, только тяжелее.

— И он послал тебя ко мне с этим? — спросила я сквозь горькую ухмылку. — Моя истинная пара? Чтобы убить нашего ребенка?!

Наклонившись ко мне, Клод с насмешкой протянул:

— Колдуна не посылают. Он сам приходит. Я лишь предлагаю тебе выбор, который ты так хотела. Которого тебя лишил Лайфорд.

Я покачала головой и если бы могла, отступила от него подальше.

— Ты врешь. По крайней мере, в чем-то точно врешь. Вы все. Никого из вас по-настоящему не заботят мои желания и мысли. Ты такой же, как и Лайф, как Харрисон. И я не верю больше ни единому слову, сказанному в этом проклятом месте.

— Значит, зелье ты пить не собираешься? — спросил Клод.

Я мотнула головой, и опустила голову, не в силах вынести его взгляд. От него все холодело и сжималось. Такое знакомое мерзкое чувство…

— Хочешь, покажу фокус? — спросил он и пугающе улыбнулся. Моя рука вдруг онемела, словно перестала быть частью моего тела. Опустив на нее взгляд, я ужаснулась, когда она начала подниматься, а пальцы тянуться к колбе.

— Нет! — прошептала я, пытаясь это остановить, но тело мне не подчинялось. В буквальном смысле. Ноги приросли к полу, спина и вторая рука — к двери. Я смотрела на Клода с ужасом, пока он управлял мной, как куклой.

— Не надо, — прошептала я. — Прекрати! Не делай этого. Лайфорд же не просил тебя. Он не хочет этого.

— А ты? — спросил Клод издевательски и передал мне зелье. Это было так жутко — не чувствовать пальцев, но видеть, как они подносят колбу к губам.

— И я. Я не хочу его убивать, — произнесла я. И с каждой секундой это осознание во мне лишь крепло. Когда стекло коснулось моих губ, я сцепила их, но и те онемели. И вскоре холодная жидкость все же потекла по горлу. Клод прожигал мне душу своим взглядом. Чудовище. Хуже всех их вместе взятых.

— Бедная несчастная Тарин, — протянул он издевательски, опять ковыряясь у меня в душе. — Я ведь уже знаю, какая ты упрямица. И какого черта, спрашивается, ты все еще не пробудила своего зверя? Это все усложняет. Мне придется вмешаться, раз уж ты приперлась сюда раньше времени.

«Воспоминания не прошли даром, правда?»

Его шепот в моей голове ударил как молния. ЭТО ОН! Он пытал меня! Он тот, кто вытаскивал самые жуткие воспоминания на поверхность, заставляя проживать их снова и снова. И он же обнулил мое сознание, подослал Лайфорду. Все он.

Увидев это осмысление в моих глазах, Клодий довольно улыбнулся.

— Пора отдохнуть, милая, — произнес он, и я пошла. Сама себе не принадлежа, дошла до кровати, упала на нее. Он перевернул меня на спину, укрыл одеялом и сел рядом. Он начал водить надо мной руками, словно читал мое тело.

— Хорошо, Тарин. А теперь все, как раньше. Засыпай, девочка. На этот раз я посмотрю твое будущее.

Я мысленно проклинала его, зная, что эти мои мысли он точно прочтет. Но мерзкий колдун лишь ухмылялся.

— Не все так, как я планировал, но кое-что с Лайфордом вы успели сделать правильно. И да, конечно, я тебя обманул, но в самом хорошем смысле. Зелье закрепит и усилит плод. А также ускорит и облегчит беременность. Нам очень нужен этот ребенок. Разве ты не хочешь узнать, для чего?

Я хотела вырвать его глаза, но только чтобы он не лез в мое будущее.

И все же сон утягивал меня.

Мы всего лишь пешки в игре ведьм и колдунов… Это верно. И так глупо. Кем они себя возомнили? Вершителями судеб, богами? Для них это всего лишь развлечение или все их действия руководствуются инстинктом самосохранения? В конце концов, чего добивается Клодий? А Блэр? Кто она?

Я вспомнила. Она появилась в особняке Вудворда почти сразу после смерти Марины. Такая надменная, высокомерная, немного похожа на свою сестру, но в то же время полная ее противоположность. Марина с черными волосами и хищными чертами лица, а Блэр беловолосая нежная красавица, впрочем, характер у нее стальной. Да к тому же она страшно болтливая. Бесстрашная, обезбашенная. Она дразнила Вудворда, говорила ему страшные вещи, и за это он отправил ее в клетку в подземелье, где сидел и Колтон. Знала ли ведьма уже тогда, что он ее пара? Не уверена, но она помогла ему сбежать. И после брат, подпитанный силой своей пары, убил Вудворда. Я не верила, что все закончилось. Кошмар не отпускал, и впускать новые лица в свою жизнь, принимать новые правила было трудно. Брат сказал, что дом нашего врага теперь наш. Разве не абсурдно? Мы, так долго искавшие свое место, нашли его в стенах, где нас пытали. Там нужно было жить, ходить теми коридорами, спать на тех кроватях, делать вид, что все наладилось. Брат смог. Я бы сказала, ему было не так уж трудно. В первую неделю он убил еще десятки оборотней, которые служили Вудворду и издевались над нами. Помечал своим запахом каждый угол, каждую стену. И у него была Блэр. Они грызлись, как собаки! Каждый божий день. На истинную пару они точно не походили, но искры так и летели, когда эти двое оказывались в одном помещении. А еще летели стены, уничтожалась мебель, трескались стекла. Я вспомнила все!