Притворись моей - Александра Салиева

Надеюсь, вся эта беспомощность в моём голосе – лишь плод моего воображения. Ведь всё не настолько плохо? Слышала, эта малышка со мной может и все триста семьдесят пять в час, а то и выше, если за рулём не любитель. Пикап, каким бы он ни был, охренительным и огромным, точно ни на что такое не способен. Я бы сама смогла с подобным справиться – было бы вообще чудесно.

– Телефон где? – новый грохот.

На этот раз хлопнувшей двери.

– На панели. На громкой.

– Не трогай его больше. Не выключайся, – судя по шумному выдоху и тому, что я слышу дополнительно, спускается по лестнице. – Руки на руле. Обе. Так?

– Так, – соглашается покорно.

– Скорость?

– Сто тридцать, – смещаю внимание на приборы и возвращаю обратно строго перед собой.

– Ещё прибавить можешь? – уже мрачно.

– Тут дорога петляет. Скоро новые повороты будут, так что наоборот, ещё сбавить придётся, – сомневаюсь в своих возможностях. – Километров десять где-то осталось, чтобы обратно в город въехать.

Не уверена, что это мне поможет. Но всё равно говорю.

– Хорошо. Ты молодец, – хлопает очередная дверь, шум городской улицы и чужие голоса, а дальнейшее предназначается явно не мне: – Ключи давай!

В ответ слышится что-то маловнятное и неуверенное, не разбираю, но точно мужское, что-то про то, что хозяин какой-то там машины вот-вот вернётся, поэтому он не может, да и вообще нельзя.

– Да пох*р!

Снова шум захлопнувшейся двери. И рёв мотора.

– Глеб… Ты… ты что… чужую тачку угнал? – откровенно фигею, представив такую перспективу.

– Не угнал, – в полнейшем спокойствии произносит Филатов, вопреки всему слышимому мной. – Позаимствовал. Она резвая. В самый раз сейчас, – немного отстранённое, вместе с какими-то непонятными мне щелчками. – Я скоро буду, Дюймовочка. На Северную выедешь с объездной, верно?

– Верно, – фигею дальше.

И это моя ошибка. Отвлекаюсь. А пикап… Он догоняет. Лёгкий толчок, скрежет железа – соприкосновение едва ли секундное, но всё равно ощутимое. Снова давлю педаль газа, подумывая о том, что маты – самое подходящее в настоящей ситуации, тоже пора начинать материться, хоть какое-то облегчение.

– Варя?!

– Я в порядке. Да. Всё нормально.

Кого из нас двоих убеждаю?

Самой бы определиться!

Поворот…

Ещё один. Второй. Третий. И ещё один.

Скорость не сбавляю. Хотя едва справляюсь. Но на сгибе траектории тоже не сбавляю, помню, так только сложнее будет.

– Варя, не молчи!

Требовательное. Беспокойное. И одновременно: твёрдое, уверенное. Топит холод в моей груди.

– Не молчу, – не знаю, что сказать. – Сам не молчи.

Пикап отстаёт от силы метров на сто. То и дело рвётся сократить это жалкое расстояние. Приближается. Опять отстаёт. Вновь догоняет. Чаще всего после поворотов. Но я не сдаюсь. Остановиться совсем – гораздо более пугающая перспектива.

– Хм… – задумывается Глеб. – Говоришь, ещё и болтать будем? На дорогу лучше смотри. Внимательней, пожалуйста.

Должно быть, у меня со слухом всё столь же печально, как и с нервной и сердечно-сосудистой системой, потому что…

– Пожалуйста? Серьёзно, Глеб? Ты меня пугаешь, ты в курсе?

– Да, давай, погруби и подерзи мне ещё, – усмехается собеседник. – Как найду тебя, посмотрим, какая ты и дальше такая же смелая и разговорчивая будешь.

– Я всегда смелая. И разговорчивая, – не соглашаюсь с ним. – А ты просто заносчивый ворчун, поэтому не понимаешь, какое тебе сокровище досталось, – добавляю издевательски.

Пикап остаёт ещё на сто метров, так что могу позволить себе чуть-чуть расслабиться. Дальше прямая. Смело добавляю циферок на скоростном режиме, без особого напряга.

– И тут ты не права, – отрицает Глеб. – Я очень даже понимаю. Буквально с первой нашей с тобой встречи оценил, какое ты у меня сокровище.

На встречную издёвку не очень похоже. Хотя именно ею она и должна быть. В теории. Верно же? Правда, в его голосе я различаю лишь странно-приятное тепло, и, кажется… нежность?

– Филатов, ты там сам не въедь никуда, – проговариваю с насмешкой. – У тебя самого с ориентирами точно всё нормально?

– Угу, нормально у меня с ориентирами. А у тебя – с талантом бесить меня на пустом месте, тоже, смотрю, всё до сих пор в порядке. Язва!

– Я тоже тебя очень-очень люблю, да-да, – хмыкаю беззаботно.

Безусловно, ничего подобного на самом деле я не имею в виду. Вот только последующая пауза затягивается.

– Скажешь мне это ещё раз, когда рядом буду, – нарушает нашу тишину Глеб первым, – не по телефону.

И столько предвкушения я разбираю…

– Не. И не надейся. Только после тебя, – улыбаюсь непонятно чему, в очередной раз сместив взгляд к зеркалу заднего вида.

Пикап не видно. Объездная тем временем сужается, разметка и знаки свидетельствуют о съезде, ведущем на городские улицы.

– Я почти доехала, – предупреждаю.

– И мне недалеко осталось, – отзывается Глеб, выдерживает небольшую паузу, а последующее звучит с вкрадчивой осторожностью: – Варя… – на этом всё обрывается.

Потому что мой телефон позорно вырубается!

Из-за севшей батареи.

– Дерьмо, – вздыхаю обречённо, сворачивая на съезд.

Пикап так и не показывается. Позволяю себе сбавить скорость почти в три раза. Обогнав несколько грузовиков, преодолеваю оставшуюся часть объездной уже спокойно, подумывая о том, что, кажется, всё окончательно обходится, и можно было бы порыться в сумке в поисках портативного аккумулятора для своего гаджета, чтобы вернуть связь с Глебом. Не сразу решаюсь. Только когда показываются первые высотки, а я вынуждена остановить автомобиль перед красным сигналом светофора. И это моя вторая за сегодняшний день ошибка. Возможно, я упускаю из виду появление злосчастного пикапа с психом-водителем из-за тех самых грузовиков, что позади. А может он просто умело прячется и выжидает, раз теперь в курсе, что в скорости ему со мной не состязаться. В любом случае, рассуждать уже бессмысленно. Пикап выворачивает, подрывается прямо по встречной аккурат в тот момент, когда я подсоединяю кабель-провод к разъёму телефона. И слишком поздно реагирую. Да и светофор до сих пор красный.

Скрежет железа на этот раз куда громче…

Как и сильнее толчок, которым Bugatti Veyron сносит вправо.

Ремень тоже не спасает. Ведь я отстёгиваю его ещё в тот момент, когда тянусь к сумке и её содержимому.

Не запоминаю, обо что именно я ударяюсь плечом и головой. Мир перед глазами плывёт и меркнет в считанные мгновения. В сознании усваивается лишь резкое торможение ещё одной машины. Ярко-красный Ferrari – слишком приметный, чтобы не заметить.