Рабыня Тёмного Лорда - Ольга Силаева

Когда Кира наконец остановила машину, она долго переводила дыхание. Ей повезло, что на скоростном шоссе не было светофоров, иначе она была бы обречена: даже несмотря на длинный свитер, было вполне заметно, что брюк на ней не было. Один чужой взгляд на свои голые бёдра она запомнила бы надолго.

Но Тёмный Лорд был прав: никто её не заметил.

Не спеша она разделась совсем, оставив лишь туфли на шпильках и ошейник, который всё равно не могла бы снять. Бриллиантовая капля на цепочке посверкивала в лучах утреннего солнца.

Кира ещё раз глубоко вздохнула и вышла из машины, едва заметив второй автомобиль, припаркованный чуть в отдалении.

Она помедлила. Нарушать приказы Тёмного Лорда не стоило, но вряд ли он обрадуется, узнав, что кто-то ещё видел её обнажённой.

Наконец она решительно взяла тонкий плащ с соседнего сиденья и быстро застегнулась. Вышла из автомобиля, хлопнув дверцей.

И чуть не попятилась, когда навстречу ей из дома появился Этьен Дюпри. Правая рука Тёмного Лорда.

Он поклонился ей, и когда они поравнялись на дорожке, Кира машинально протянула ему руку, и он склонился над её пальцами.

— Позволено ли мне будет сказать, что вы потрясающе выглядите?

Он улыбнулся, и Кира не удержалась от ответной улыбки.

— Без плаща я ещё красивее, — серьёзно сказала она.

— Не сомневаюсь, вы прекрасны в любом виде. — Этьен кивнул. — И я рад, что вы отбросили глупые предрассудки и доверились ему целиком.

— Я люблю его, — просто сказала Кира. И в этот миг, в это утро эти слова были правдой. Этьен поклонился.

— Хорошего дня, мисс Риаз.

Шум отъезжающей машины настиг её, когда Кира дошла до двери. Что ж, Этьен стал правой рукой Тёмного Лорда, и она не сомневалась, что он был стоящим союзником.

И у него была невеста. Красавица Элейн Хили, сестра нового главы Протектората. Удачный брак, наверняка задуманный не без влияния Тёмного Лорда.

Кира надеялась, что он окажется счастливым.

Она сбросила плащ и откинула его в сторону. И постучала в дверь.

Секунду спустя та отворилась.

Тёмный Лорд окинул её небрежным взглядом. Он был в чёрном, по своему обыкновению, и в руке у него дымилась чашка ароматного кофе.

— Завтрак? — предложила Кира.

Он засмеялся.

Сразу хватаете быка за рога? Идёмте.

Если бы она рассказала кому-нибудь, что вернувший себе память Тёмный Лорд будет делать ей гренки по утрам и с совершенно невозмутимым видом делить с ней воздушную рисовую кашу, все решили бы, что она сошла с ума. И дело будет вовсе не в вишнёвом варенье.

— Вы совсем другой, чем были в прошлом, — негромко сказала она. — Вы меняетесь. Тёмный Лорд приподнял бровь.

— Хотите сказать, что это ваших рук дело?

— Да, — просто сказала Кира.

Негромкий смех.

— Пожалуй, мне и впрямь стоит реже брать вас на выходные. Но, как ни странно, я не жалею. Кстати, я видел вас снаружи. — В его голосе зазвучали опасные нотки. — В плаще.

— Я… поступила правильно, милорд? — рискнула Кира.

— Пожалуй. Но не злоупотребляйте.

Кира отбросила длинные волосы с обнажённой груди. Он глядел на неё, откровенно любуясь.

— Сейчас вы пойдёте вниз, — хрипло сказал он. — И если вы только попробуете облизнуть эти яркие вишнёвые следы, я вас свяжу. И, возможно, буду долго щекотать вас тонкими кистями, обнажённую и беспомощную. Подмышки, ступни. я перепробую всё.

Кира соскользнула с табурета.

— Но я боюсь щекотки, милорд, — прошептала она, кладя руки ему на грудь. — Неужели вы будете настолько жестоки?

Он жадно коснулся её рта, притягивая к себе в поцелуе, вжимая в себя, заставляя с замиранием сердца чувствовать его возбуждение. Кира открылась ему, отвечая на поцелуй, и закрыла глаза.

Его губы спустились к ней на шею, откидывая волосы. Чувственно коснулись ошейника.

И он поднял её на руки.

— Скажите что-нибудь дерзкое, — прошептал он, гладя её голый живот ладонью. — Должен же я проявить к вам несправедливую жестокость хоть за что-нибудь.

— Я плохо вымыла за собой посуду, — сказала Кира шёпотом. — И убрала мокрые тарелки в шкаф вместо того, чтобы их вытереть.

Гладящая её рука сжала бедро.

Сойдёт.

Кира едва заметила, как он внёс её в подвал по узкой лестнице: у их поцелуев был вишнёвый вкус, и она не смогла бы оторваться от его губ даже под страхом самого ужасного наказания в этом же подвале. Впрочем, мысль была… соблазнительна.

Лишь когда за ней хлопнула дверь небольшой комнаты и Тёмный Лорд вздёрнул её руки над головой, чтобы приковать к рельсу, идущему под потолком, Кира начала осознавать, куда попала.

Зеркала. Все стены, пол и потолок покрывали зеркала, и у Киры закружилась голова: она дробилась в них под разными углами, отражалась, перемещалась, переливалась.

Кира не знала, где она. Она отражалась в разных нарядах: алое откровенное бельё с разрезами, строгое кофейное, серебристый корсаж без низа, чёрный пояс от чулок на талии…

Кира наконец поняла. Экраны. В стены были встроены не только зеркала, но и экраны, неотличимые от зеркал. Записи из прошлого.

И они показывали её. Только её.

— Вы записали свои игры со мной для моего удовольствия. — Кира вскинула лицо, глядя ему в глаза. — Не сказав мне.

Тёмный Лорд скрестил руки на груди.

— Возможно, я даже поделился ими с Этьеном. Откуда вам знать?

— Не поделились бы, — шевельнулись её губы. — Никогда.

Тёмный Лорд тихо засмеялся.

— Да, вы хорошо меня знаете. Тем более что Этьен станет главой Министерства, когда мой друг милорд Антейн решит наконец уйти в отставку. Вряд ли фигуре такого ранга пристало разглядывать обнажённых искусительниц вне супружеской спальни.

— А вы их разглядываете? Обнажённых искусительниц?

— Ну что вы, мисс Риаз. Разве я похож на человека, приковывающего в своём подвале беззащитных молодых девушек, предварительно заставив их раздеться передо мной? Разве я способен сделать с вами. вот это?

Он протянул руку, коснувшись её груди, и Кира задышала чаще.

— Хотите попробовать настоящее наслаждение? — тихо спросил он. — Зная, что запись останется моей навеки?

Его рука раздвинула её бёдра, скользнув внутрь, и Кира сглотнула.

— Да, — хрипло сказала она. — Хочу.

Тёмный Лорд повёл рукой, в которой на миг появился невесомый пульт. Зеркала вдруг сверкнули, и обнажённые девушки на экранах, её копии, её отражения — вернулись к жизни.