Замуж по приказу - Нари Орлан

Пистолет Афины пригодился. Бас держал Командира на мушке в то время, как он вел машину. Летели мы поначалу со скоростью километров триста в час, пока не оторвались от киллеров. Мартин бывший гонщик, что ли? Я с меланхоличной отрешенностью наблюдала, как за окном смазались в одну сплошную серую полосу бело-черные просторы. Любая бешеная скорость казалась безопаснее того времени, как приходилось бегом удирать через лес от мужиков с винтовками.

— Опусти уже это, — скривился Командир, — снотворное меня не пугает.

— А лучше бы пугало. Когда тело в отключке, ты не сможешь помешать мне оторвать тебе голову и кинуть ее вон в ту речку, — кровожадно усмехнулся Бас. Говорил с такой уверенностью, будто вправду собирался это сделать. Мне стало жутко. Он продолжил: — И лучше тебе признаться, зачем ты позвонил в Апексориум. Струсил, когда тебе доложили, что я выломал бронестекло в камере?

— Ты за кого меня принимаешь? Да я лучше сдохну, чем попрошу у Апексориума помощи. Все, что я сделал, это вчера приказал Снежане передать туда запрос, чтобы они поискали отца Дианы.

— Что ты, мразь, сделал?!

Я едва не оглохла от рокота в голосе Баса. Благо, наблюдала за ними с задних сидений.

— Кажется, отец у Дианы выдающаяся личность, — невозмутимо изрек Мартин и посмотрел на меня через зеркало заднего вида. — Раз они решили нарушить мирное соглашение…

— Заткнись! Еще слово — и я действительно прибью тебя.

— Ты забыл, что в Лагере находится Герман? Он и минуты не проживет, если ты меня убьешь.

Меня прибивать вряд ли будут, поэтому я не сдержалась:

— Бас, ты ведь знаешь моего отца? Почему ты сразу ничего не сказал?

Я ошиблась — Бас направил на меня пистолет со снотворным и с непроницаемым лицом выстрелил. Прошив плотную куртку, игла с капсулой вонзилась в плечо. Я скривилась от острой боли и выдернула эту гадость, но было поздно — темное тяжелое одеяло навалилось сверху и утопило во сне.

Долго я пробивалась наружу из тьмы бессознательности. Бас гад. Совести хоть капля есть? Стоило мне показать ему немного своих чувств, и снова ведет себя по-скотски! Не дождется больше от меня ничего!

Неужели я надеялась, что он изменится? Все, что он умеет хорошего — временно прикидываться заботливым мужем.

Очнулась я злая, аж блок на даре затрещал. Правда, меня чуть смягчило то, что лежала на постели под теплым одеялом. В камине тихо потрескивали дрова, сбоку пререкались приглушенные голоса.

— Я механик, а не подрыватель. Но это даже лучше. Нам ведь не надо Апексориум стирать с лица земли.

— Как ты тогда подорвал вертолет и дом?

— Чистая механика. Я не создаю взрыв из ничего. Через изменение будущего я могу управлять механизмами… Давай объясню.

Зашелестел грифель карандаша о поверхность. Я протерла глаза и повернулась: Бас и Мартин сидели за столом, склонившись над листом бумаги. Командир быстро что-то чиркал на ней.

— Видишь? Если знать внутренности вертолета, то вот это подвинуть сюда, это открыть, а здесь достаточно искры… Ее можно получить отсюда.

В замешательстве я откинула одеяло и потянулась. О, где моя промокшая одежда, пропитавшаяся кровью? Похоже, меня переодели в чью-то шелковую пижаму.

— И что? — Бас сложил руки на груди и откинулся на спинку деревянного стула. — Что ты хочешь взамен?

— Инструкции. Обнародовать знания из книги.

— Нет. Ты не понимаешь, твою мать, что будет! Кто проследит за каждым ресемитором, который “ушел на пенсию”, чтобы он не проболтался? Где ресемиторы будут растить детей? Под землей? Это, по-твоему, нормальное детство взаперти?! — Бас повысил голос и обеспокоенно бросил взгляд в мою сторону.

Только заметил, что я уже не сплю, поднялся и подошел ко мне. Пистолет Афины лежал на столе, и Мартин даже не дернулся, чтобы его схватить. Передумали друг друга убивать?

— Диана, ты в порядке?

Бас присел рядом на постель и осторожно принялся ощупывать мое бедро. От пулевого ранения не осталось следа, и прикосновения пальцев Баса разгоняли под кожей огонь. Из мыслей быстро уплывало то, о чем я хотела поговорить, о чем ругаться — все прогоняла такая желанная близость. Я бы сию секунду прильнула к Басу, но стыд защипал щеки — Мартин внимательно исподлобья наблюдал за нами. В голове звучали его слова: “…публично выпорол плетью по голым ягодицам. Что вас обоих немало возбудило, так как вы занялись сексом прямо в клубе, не особо скрываясь от любопытных взглядов”. Это его взгляд был любопытным?

— Не болит? — спросил Бас, надавливая сильнее.

— Тут болит! — заявила я, указывая пальцем в плечо, куда ужалило снотворное. Бас сощурился и оттянул вырез моей футболки так, чтобы увидеть место укола. Кожа, как назло, оказалась идеально гладкой, без синячка. — Все равно болит! Зачем ты меня усыпил?