Только моя - Екатерина Аверина

— Ненасытный…

Я упал на кровать, прикурил и прикрыл глаза. Хорошо. Просто охуительно хорошо. Яркие эмоции не отпускали. Надо бы прекратить все это. Я ведь люблю жену. Мне хорошо с ней. Но эта — другая. Она более яркая, открытая в постели. Она ничего не боится. А я все никак не научу этому Кейт. Мне не хватает драйва. Не хватает чего-то более жесткого. В голову пришла идея и тут же погасла, когда я ощутил прикосновения губ на своем члене.

— И это я ненасытный? — усмехнулся и погладил ее по голове. Сил пока не было совершенно, я еще не отошел от оргазма, но приятные, откровенные ласки Риты мне нравились.

Я пробыл у нее до позднего вечера. Мы распили две бутылки вина. На голодный желудок это знатно ударило по мозгам.

— Я должен ехать, — поцеловал Риту в сладкие губки.

— Снова не останешься?

— Нет. Меня ждут дома.

— Ну тебе же хорошо со мной…

— Рита! — Я разозлился, мы ведь договаривались, что эта тема закрыта. — Я люблю свою жену!

— Заметно, — обиделась она.

— Прекрати! Я ничего не обещал.

— Помню. Но вдруг…

— Без «вдруг»! Хочешь, я больше не приеду?

— Не хочу, — вцепилась она в меня двумя руками. — Поцелуй меня, — улыбнулась, но вышло натянуто.

Наклонился и поцеловал, глубоко, страстно.

— Пока, — выдохнул, отстраняясь и ушел.

Мне нужно домой. Меня там ждут.

«За эту связь придется дорого заплатить», — думал я, пока Рома вез меня домой. Стас занят сегодня, пришлось дергать его. Стаса с его подъебами сейчас не хватало. Этот знает все об изменах жене и как сделать так, чтобы она не узнала. Мне кажется, он уже может писать практическое пособие на эту тему.

Я ввалился в квартиру и увидел ее. Она мило что-то сооружала на тарелке у барной стойки. Такая домашняя, маленькая любимая девочка. У нас уже около недели ничего не было. Рита выжимала из меня все соки. Надо это заканчивать. Я подошел к любимой девочке и обнял ее сзади, вдыхая, уже ставший родным, запах.

— Что за повод? — вдруг спросила она с обидой.

— Встреча была… важная, — пришлось придумывать на ходу.

Я как-то не подумал, как объясню ей все это. Свое состояние и поздний приход, и что даже не позвонил.

— Где связь?

— Встреча была в ресторане. Мы выпили-то по чуть-чуть. Чего ты злишься?

— Ничего. — Она резко дернулась, пытаясь скинуть мои руки и отстраниться.

Наивная маленькая девочка! Но этот жест меня разозлил.

— Кейт, что происходит?

— Вот и я хотела бы понимать, что происходит! Пусти, мне неприятно.

Охренеть, неприятно ей значит. А что приятно? С Алексом по лесу шарахаться приятно? Я сильно разозлился и сжал ее так, что она охнула.

— Неприятно? Ты охренела?!

— Успокойся. Да, мне неприятно, что ты пришел в полночь, еще и нетрезвый. А должно нравится?

— Я ра-бо-тал! — попытался донести до нее я. Знаю, что ложь, но так взбесило это «неприятно».

— Я вижу. Пусти…

Я подхватил ее на руки и утащил в спальню. Она пыталась возмущаться по дороге, но мне уже было плевать. Я был зол, очень-очень зол.

— Дима, прекрати! Что с тобой творится последнее время?!

Донес до спальни и бросил на кровать. Она перевернулась и смотрит на меня с испугом.

Неприятно ей! Я покажу тебе, что такое неприятно!

Я разорвал на ней футболку, рубашку с себя попытался снять, но пуговицы сейчас так бесили. Просто рванул и они разлетелись по полу. Остатки одежды тут же полетели следом.

— Дима… Дима, ну хватит… Ты чего? — Она пытается остановить, но это бесполезно.

Меня нельзя злить, ты же знаешь, Кейти. Ты же знаешь…

Потерся возбужденным членом о ее попку. Такая сладкая, я так давно туда хочу. Удивился, что после такого бурного дня и алкоголя у меня встал, но это хорошо. Я проучу ее, чтобы запомнила! Чтобы думала, что говорить своему мужчине, мужу!

Я без подготовки и смазки ворвался в ее сексуальную попку. Узкая, напряженная. Черт! Ка же офигенно! Вот этого мне не хватает с ней. Возможности вытворять в постели что-то подобное. Рита дает мне все, что я хочу. Тут приходится быть аккуратным. Но не сегодня. Я двигался резко, глубоко и жадно. Я слышал, что она просила остановиться, но я так был ослеплен злостью и процессом, что просто не слушал. Хотел, чтобы поняла, как это — неприятно. И запомнила, что я для нее самый охуительный. Единственный и любимый и по-другому не будет! Я кончил, резко вышел из нее и, шатаясь, ушел в душ. Честно говоря, меня жутко мутило от выпитого алкоголя на голодный желудок. Прохладный душ помог немного оклематься, успокоиться и я вдруг осознал, что сделал. Твою ж мать! Пьяный гребаный придурок! Пару раз ударил кулаком о стену, не особо помогло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вышел из ванной, она лежала там, где я ее оставил. Только свернулась в комочек, максимально закрываясь от внешнего мира.

Такая маленькая… истерзанная… Бля… Какой же я идиот!

Она, похоже, даже не видит, что я вернулся. Нашел телефон, набрал Алекса и, быстро ему все объяснив, сбросил вызов. Лекции от него мне сейчас не нужны. Снова взглянул на своего котенка. За такое я долго буду вымаливать прощения. Взял на руки и переложил так, чтобы голова лежала на подушках. Она никак не отреагировала на этот жест. Внутри все бушевало от ненависти к себе.

Что же я сделал?! Гребаный придурок!

— Прости меня… Я… Я не знаю, что на меня нашло. Прости меня, кись.

А в ответ тишина. А чего я ожидал? Нужно поспать. Завтра я обязательно придумаю что-нибудь, сегодня просто нет сил.

День оказался сложным. Я не знал, как к ней подойти, что делать, что говорить. Цветы — это банальный жест, но пока это все, что пришло в голову. Я просил прощения, старался нежно ее касаться, чтобы показать, что меня не нужно бояться. Алекс злился, но лекарства принес и увел меня на разговор в мой же кабинет.

— Ты дебил? — вжал он меня в стену с такой силой, что я аж растерялся. — Ты что натворил, ублюдок! — он зло рычал прямо мне в лицо. — Мало того, что ты трахаешь какую-то левую бабу, ты решил угробить жену?!