В лапах зверя - Мария Зайцева

И попала туда одновременно с открывающейся калиткой для персонала. Похоже, кто-то из горничных или поваров приехал на работу.

Я скользнула мимо здоровающихся с охраной людей и умудрилась тормознуть уже отъезжающее такси.

И, лишь плюхнувшись на сиденье и попросив довезти до города, поняла, что денег у меня нет!

Ничего нет!

Но не успела я холодным потом покрыться, как водитель уточнил, куда именно в городе мне надо.

— Эм-м-м… Понимаете… Я выбежала… И даже денег… — начала я, уже готовясь к тому, что меня сейчас обматерят и высадят, но водитель пожал плечами удивленно:

— Новенькая, что ли? У вас тут абонемент, хозяин в конце недели оплачивает все поездки.

Ого…

— Новенькая, да, — выдохнула я с облегчением, — в торговому центру, пожалуйста.

Я назвала тот торговый, где был бутик Насти.

Тоже повинуясь наитию, совершенно не думая, что делать дальше.

Побег я реально не планировала, не совсем больная все же.

Но вот выдохнуть, хоть чуть-чуть провести время в одиночестве или с человеком, расположенным ко мне миролюбиво, очень сильно хотелось.

И вот я сижу здесь, пью невозможно вкусный напиток… И, кажется, опять втягиваю постороннего человека в свои проблемы.

Дура, не иначе.

И, самое главное, что делать дальше — непонятно.

— А у тебя совсем никого нет? — уточняет Настя.

— Мама… — неуверенно говорю я, — но она в другом городе…

— А она не примет тебя? Я помогу с деньгами на дорогу, если что…

— У меня документы все в доме остались… Да и… Нет, не примет.

— А отец?

— Отец далеко.

Я не посвящала Настю в особенности моего нахождения здесь, просто кратко сказала, что временно гощу в доме Сим-Сима, дальняя родственница его.

Настя не уточняла даже, просто кивнула и все.

Но мысль позвонить почему-то кажется мне привлекательной.

Я только сейчас осознаю, до какой степени устала, как сильно напряжена была все это время, находясь в чужом доме. И в таких обстоятельствах.

И мне очень-очень хочется услышать родной голос…

В бутик как раз заходят покупатели.

— Не вздумай никуда убегать, поняла? — коротко инструктирует меня Настя.

Я киваю.

— Пойду по торговому погуляю…

Выхожу из бутика и пару секунд смотрю на телефон.

Позвонить? Нет?

________________________________

Девочки, сегодня скидка 35% на мой нежный, один из самых популярных, самых чувственных романов КОШКА, ЖИВУЩАЯ НА КРЫШЕ (https:// /shrt/u72L). Кто любит веселые горячие противостояния соседей, перебранки через стенку, невероятно крутого героя, невероятно нежную героиню, вам сюда! Многие из вас впервые познакомились с моим творчеством именно с этой книги! И остались со мной)))) Заходите! В этой книге тоже есть буктрейлер.

Завтра, 23.03, будет скидка 35% на один из первых и самых жестких моих романов ИХ БЕЗУМИЕ (https:// /shrt/uGC1). Там очень, просто очень грубый парень, девочки. И нежная, но стойкая девочка, которая постепенно его приручит... Но до этого момента ей придется несладко... Кто не испугался, велкам!

Глава 65

— Мама, привет… — я сажусь на лавку в торговом центре, недалеко от бутика Насти.

— Лика? Ты, что ли? — голос мамы нервный и сухой.

— Да…

Я медлю, на глазах слезы выступают.

Потому что все равно родной. Потому что впервые за много-много лет иррационально хочется маме на ручки, просто уткнуться в ее плечо, поплакать. Хочется, чтоб пожалела. Выслушала.

Она так не делала никогда, кроме совсем уж раннего возраста, который я не помню. Но все же…

— Чего тебе? — прерывает мама мои слезливые надежды.

— Просто… Позвонила… Узнать, как дела… — растерянно бормочу я, разом растеряв все слова, что хотела сказать.

— Вспомнила про мать, значит? А чего так? Деньги понадобились? Так ты у своего ебаря возьми, который Анзорчика на больничную койку уложил!

— Ты о чем, мам? — удивляюсь я, уже, в принципе, все понимая.

Похоже, амнезия у отчима была кратковременной…

— О том, что ты — сучка малолетняя, хотела моего мужика увести! — сорвалась мама на визг, — а когда не получилось, не захотел он тебя, нашла того, кто отомстит! Дрянь! Для того я тебя растила?

Я слушаю ее вопли, не ощущая, как слезы льются по щекам.

И почему-то не могу положить трубку.

Давно надо, а я все не могу.

Слушаю, слушаю…

Мать что-то еще орет, про травмы отчима, из-за которых он стал инвалидом теперь, про проблемы с деньгами, про меня, сучку, про каких-то мужиков, искавших меня, наверно, из-за моего ебаря, с которым я в Саратов уехала.

— А я сказала, что ты в Саратове! Пусть ищут! — голос мамы звучал торжествующе, злобно, — потому что наказывать за такое надо! Поняла?

— Какие мужики искали? — я стараюсь, чтоб голос мой звучал не слезливо, не хочется, чтоб она знала, что я плачу.

— Не знаю! сказали, что полиция! А рожи уголовные! Как у твоего папаши, такие же!

Я торопливо кладу трубку, смотрю на нее с ужасом.

Боже, за всеми этими событиями, я совершенно забыла, какого черта делаю здесь, в этом городе!

Дура! Боже, какая дура!

И, словно соглашаясь со мной, телефон звонит снова.

Номер незнакомый, и я держу трубку на вытянутой руке, как ядовитую змею.

Не знаю, что делать: отвечать? Может, это Сандр с нового номера? Или Сава добрался до мобильного?

Наконец, решаюсь и беру трубку.

— Лика? — голос мужчины, незнакомый, с сухими служебными интонациями, — Сурминова?

— Вы ошиблись… — едва выдавливаю из себя слова.

— Ваш отец, Дмитрий Яковлевич Сурминов?

— Не понимаю…

— Анжелика, — прерывает меня мужчина настойчиво, — с вашим отцом случилось несчастье. Мы искали вас, чтоб сообщить.

— Но… — меня оглушают эти слова. Наверно, будь я в другой ситуации, не получи жуткого стресса от разговора с мамой, то нашла бы в себе силы включить голову, но сейчас все наваливается одновременно: гадкие слова мамы, моя растерянность, Сандр и его беременная жена, отец в опасности… И я с трудом могу мыслить. Только вспоминаю, словно за соломинку здравого смысла цепляюсь, — а дядя Сережа?

— Он погиб, — убивает меня собеседник, — ваш отец ранен. Он просил