С первого взгляда - Алекс Коваль

— Ты не сделаешь этого, Стельмах! — испуганно вцепилась в руки мужчины на своей талии.

— Проверим?

— Тема, нет… — но меня он явно не слышал, а только сильнее обхватил, прижав к себе и… оттолкнулся, негодяй.

— Артём, бли-и-и-и-н!!!

Так громко я не визжала давно. До надрыва голосовых связок. Сердце ухнуло в пятки, когда резиновая шайба заскользила вниз по накатанной высокой горе, постепенно набирая скорость и вышибая остатки жизни из моего напрочь пропитанного страхом тельца. Мимо с бешеной скоростью проносятся деревья, на периферии сознания отмечаю, что Стельмах бессовестным образом потешается и выдает что-то вроде “оглохну я от твоего визга”, но держит крепко. Даже очень. И в какой-то удивительный момент, словно выключателем щелкнули. Я просто начинаю ловить кайф от происходящего. Словно в омут с головой, внутри только проснулся азарт, щекочущиеся скоростью нервишки подзадоривают, адреналин в крови зашкаливает, и… горка заканчивается. Абсолютно бессовестным образом — бам, и мы тормозим.

— Это все что ли? — выдыхаю возмущенно.

— «Я не хочу, Артем! Нет, Артем! С ума сошел, Артем», — дразнится Стельмах, ухохатываясь, а мне реально мало.

— Еще хочу! — подскакиваю на ноги и тяну за собой Артема.

— Ну, нет, детка. Ты меня оглушила своим визгом и отдавила все, что там…

— Ой, да брось, пошли, говорю!

В общем, мы, как малые дети, весь час прокатались на горках, отбив себе всю пятую точку и набесившись до красных щек. В итоге вместо отдыха, пока дочурка смотрела сказку, мы с Артёмом умаялись и еле стояли на ногах. А когда пришли забирать свою егозу:

— Муся, идем на голки!!! — визжит Майя, натягивая шапку и хватая ледянку.

И все снова по кругу…

День пролетает совершенно незаметно. Перед отъездом домой устраиваемся в уютном кафе с кружечками горячего, дымящегося чая. Лица у всей нашей троицы раскрасневшиеся, взгляд безумный, волосы растрепанные, но мы счастливы до невозможности.

— Мы еще снеговика должны сделать, дядь Алтем.

— Точно? — забавляется мужчина, делая задумчивый вид, — вроде на снеговика мы не договаривались.

— Давай сейчас договолимся, — не растерялась мышка, чем вызвала очередную волну смеха. Наш маленький моторчик, девчушка-хохотушка.

— Тебе сказка-то понравилась? — щелкаю по носу свою юлу.

— Не, — морщится мышка, — голки мне больше понлавились. А давайте мы еще плиедем сюда завтра?

— Завтра дела с бабой прилетают и ждут тебя у себя в гостях.

— Во сколько? — вмиг слетает весь задор с лица Артём.

— Вроде как уже в восемь утра будут в городе.

Мужчина задумчиво кивает и отводит взгляд. Пока мышка отвлеклась на пробегающих мимо детей, я нахожу ладонь Артёма и накрываю своей.

— Может, пока не стоит… — начинаю неуверенно, в надежде отсрочить неизбежный разговор.

— Стоит, Лия.

На этом и все. Спорить и доказывать ему обратное, уже поняла — бесполезно. Наверное, он и прав. Чем раньше отец все узнает, тем раньше закончатся эти мучительные дни неведения и гадания. После кафе атмосфера нагнетается, и все так же весела в нашей компании только мышка. Щебечет всю дорогу до дома, а мы с Артёмом “плаваем” каждый в своих мыслях.

К дому подъезжаем уже в начале восьмого.

— Вас проводить до квартиры?

— Да нет, мы сами можем… не хочешь зайти? — давлю из себя напряженную улыбку.

— Устал очень. Укатали вы меня сегодня, девушки, — смеется Стельмах, — поеду до дома.

— А ты завтла к нам плиедешь?

— Мы завтра к деду с бабой поедем, малышка, забыла? — встреваю в их междусобойчик, со страхам ожидая завтрашний день.

— Ну, вот завтра вам будет не до гостей. Слушайся маму, хорошо?

— Холошо. Пока, дядь Алтем! — смачно чмокнув Артёма в щеку, Майя выскакивает из машины.

— До встречи? — приподнимаю уголки губ, снова ощущая неловкость, повисшую между нами. И так было почти все время, что рядом не крутилась Майя. Она была своеобразный отбойник между нами, смягчала углы и подавляла не самые приличные желания в обществе друг друга.

— Лия, — поддается чуть вперед мужчина.

— Что?

— Спасибо, — так тихо и искренне, что дыхание сбивается.

— За что?

Сердце выскакивает из груди, когда взгляд мужчины опускается на мои губы. Тяжело сглатываю ком в пересохшем горле.

— За шанс все исправить.

— Артём…

— Чем бы завтрашний разговор с твоим отцом не закончился, я не оставлю Майю…

Майю. Да, точно, Майю. Свою дочь. А я? Ну, что я? Просто мать его ребенка и не более. Стало обидно до боли и слез. Отворачиваюсь, прерывая этот немой разговор взглядами, и дергаю ручку двери.

— Тебе спасибо, Артем.

И выхожу, не давая ему возможности опомниться, а мне возможности, как последней нюне, разреветься перед ним. Подхватываю мышку за руку, увлекая в сторону подъезда, жутко желая оказаться дома. Родные стены греют.

— Дядь Алтем не уезжает, мусь… — оглядываясь, хохочет мышка.

— Уедет, Майя. Артём сегодня тоже устал.