Победа для Гладиатора - Алекс Чер

Чёртов Алекс Берг!

С мыслями о нём проходит бессонная ночь. С мыслями о нём прибегаю утром на работу. В новом лифчике. Ну, правда, не выкидывать же!

Переодеваюсь, выхожу в зал к своим «пампушкам».

- Победина, - Гремлин встречает меня лично, как английскую королеву. Отводит в сторонку, безжалостно стиснув запястье. - А ты зря при параде. Иди-ка, милая, пиши заявление. Ты у меня больше не работаешь.

- Как не работаю? - оглядываюсь на болтающих между собой «спортсменок». Невольно отмечаю, что в канун праздника пришли немногие. Но ведь пришли!

- Спроси ещё почему? - Павел Андреевич обдаёт меня запахом своего тошнотного освежителя и криво ухмыляется.

- Почему? - гордо вскидываю подбородок.

Гремлин холодно смотрит в глаза и переходит на официоз:

- Потому что это мой клуб, Победина. А мы с тобой как-то не сработались. Как-то не справилась ты с поставленной руководством задачей. Поэтому идите, Виктория, в бухгалтерию. Получите расчёт, и чтобы уже сегодня я вас здесь не видел.

Провожаю глазами его бычью шею. Какой дурак назвал его Гремлином? Обидели маленькое злобное мифическое существо. Козёл этот Громилов, с большой буквы К.

- Спасибо за отличный подарок ко дню рождения, - нарочито кланяюсь я в пояс его удаляющейся спине в деловом костюме.

Просто замечательное окончание старого года. Иду переодеваться и собирать свои вещи - сбрасывать наеденные за праздники килограммы мои «пампушки» будут уже без меня.

Ида Сергеевна, главный бухгалтер «Олимпикуса», смотрит на меня с нескрываемым торжеством.

Девушка в соку под тридцать. Кроваво-красные губищи, грудь на полметра вперёд, крутые бёдра, тонкая талия, красивые ноги - всё, казалось бы, при ней, кроме одного: Ида сохнет по Гремлину. А он-то ей в руки и не даётся.

Едва я устроилась в фитнес-клуб, Лариса, старожил и тренер по бодибилдингу, напрямик заявила:

- Не дай тебе боже перейти дорогу нашей прекрасной Иде – сожрёт и не подавится.

Я молча удивилась, но спрашивать ни о чём не посмела. Девчонке после института, имеющей в запасе только скромный год работы в школе учителем физкультуры, не пристало задавать неудобные вопросы на новом месте.

- Трахал он её, - доверительно выдохнула мне в лицо информацию Лариса, - но недолго. И она никак не может смириться, что ему не нужна. Иногда у баб, прости господи, кукушку перемыкает, и хоть с разбега об стену башкой - ничто не помогает. Ей всё кажется, что однажды Пал Андреич упадёт у её ног и предложит жениться. А он, прости господи, ни одной юбки не пропускает. Так что ты с ним осторожнее. Я предупредила. А кто предупреждён, тот вооружён!

Лариска по-боевому подняла жилистую руку вверх и потрясла нехилым кулаком в яростном жесте «Но пасаран!».

Предупреждению я вняла, но мне это не помогло: не только для того меня, видимо, нанял Гремлин, чтобы переводить таявшие сантиметры на талиях моих подопечных в кругленькие цифры чистой прибыли на своём счету.

Поначалу подкатывал мягко, ненавязчиво. Но в последнее время церемониться перестал: то за задницу норовил подержаться, то зажать в уголке, если зазеваюсь. Вчерашняя сцена в раздевалке стала погребальным аккордом моей недолгой полугодовой карьеры фитнес-тренера.

И вот я стою перед злорадствующей Идой и с тоской думаю, за что мне это всё и что делать дальше.

В голове карусель после бессонной ночи. В глаза как песком насыпали.

- Получи, милочка, и распишись! - голос Иды приторно сладенький, но хочется скривиться, как от кислоты. Растерянно пересчитываю купюры.