Не возвращайся - Ульяна Соболева

— Мы все нервничаем. Все. Поверьте. И всем нам тяжело.

— Вы… вы знали моего мужа лично? — спросила я, чувствуя, как катятся слезы по щекам.

— Лично не знал. Но я поднял дело, ознакомился. И я помню, как занимался им и семь лет назад. Вы сильно перенервничали, вы просто в шоке, и это нормально. Завтра утром здесь будет психолог и врач. Мы все решим. Я обещаю. Давайте, сделайте глоток.

К моим губам поднесли стакан, и я судорожно глотнула. Потом прикрыла глаза, представляя лицо… этого Сергея, и снова дернулась всем телом. От неузнавания.

— Посидите здесь, хорошо. Попейте воды и отдохните. Успокойтесь немного.

Они оставили меня одну в холодном кабинете, а сами пошли к нему. Я слышала, как доносятся голоса и обрывки фраз, даже смех.

— Шок… так бывает. Держись, дружище.

— Держусь. И не в таком дерьме держался. Узнает, куда денется.

— Конечно, узнает. Вот в гостиницу вас отвезем, и напомнишь, как положено.

От ужаса перехватило дыхание, и я впилась в стакан. Нет, нет. Ни в какую гостиницу я с этим человеком не поеду. Мне нужно уехать. Нужно срочно бежать отсюда. Какие-то деньги мне дала с собой Ларка. Я вызову такси и помчусь на автовокзал. Там есть ночной автобус обратно в мой город. Я ни секунды не останусь здесь.

Вскочила со стула и бросилась к двери, но на пороге возник генерал с какой-то папкой в руке.

— Екатерина Олеговна, давайте немного успокоимся, а? Давайте будем рассуждать трезво и включим благоразумие. Вы же понимаете, что его проверяли, идентифицировали, брали отпечатки пальцев. Что никто не привезет чужого человека и не назовет просто так вашим мужем.

Я быстро кивала и чувствовала, что вот-вот сорвусь в истерику.

— Вот смотрите — личное дело майора Огнева. Давайте, пройдемте к столу.

Он взял меня под локоть и провел вперед. Развязал тесемки папки и открыл ее. Первое, что я увидела, это титульный лист с маленькой фотографией в углу. И… на ней был этот человек. Который назвал себя моим мужем и… говорил, как он. Человек, который находился в той комнате за стеной. Человек с голосом, пробравшимся в самое сердце, и с чужим лицом.

— Вот видите. Папка старая. Я взял ее из архива. Здесь стоят даты и печати. Здесь и биоматериал, и отпечатки. Здесь все.

Я продолжала кивать, потом вдруг мне пришла в голову мысль, и я выхватила сотовый из кармана, быстро набрала номер.

— Сейчас… сейчас вы увидите, что я права. И он… он не Сергей. — заверила в истерике я, едва удерживая мобильный в сильно трясущихся руках, в трубке слышались гудки, пока не ответила сонная Лариса.

— Да…

— Лара!

— Ой, как быстро ты позвонила. Ну что там?

— Лар! Лара!

— Что случилось? Ты чего?

— Лар. Открой ящик нижний в столе. В письменном. Там альбом. Найди фото Сергея, сфотографируй на сотовый и пришли мне. Сейчас. Сделай несколько снимков. Разных. Со свадьбы и еще какие-то.

— Кать, ты чего? Все плохо?

— Сделай это прямо сейчас! — буквально прокричала я.

— Хорошо — хорошо. Я сейчас сфотокаю. Ты только так не нервничай.

— Тошка…

— Он спит. Все хорошо с ним. Я сейчас все сделаю.

Я отключила телефон и осела на стул, выдыхая и чувствуя, что скоро наступит облегчение. Ларка пришлет фото, они увидят, что это не Сергей, и мы все разберемся в этом недоразумении.

Генерал говорил по внутреннему телефону, чуть прикрыв трубку.

— Та не знаю. Тут… есть некоторые проблемы. Нет, она не готова говорить с прессой. С утра точно нет. — бросил на меня взгляд с явным укором и снова отвернулся. — Ты придержи ребят своих, чтоб не налетели, как стервятники. Пусть снимают, но вопросы не задают.

Я тронула лицо руками, вытерла слезы. Дышать было все так же трудно, но я надеялась, что совсем скоро все разрешится. Пару минут.

— Ну что? Вы как?

— Чуть полегче… сейчас моя подруга пришлет фотографии с нашего семейного альбома, и вы увидите, что я права.

Как раз пиликнул сотовый, и я, не глядя, сотрясаясь, включила его и протянула генералу.

— Вот. Смотрите сами. Вы же видите. ЭТО НЕ ОН!

Генерал шумно выдохнул и нервно провел ладонью по подбородку. Пролистал несколько фотографий и бросил сотовый на стол. Он отошел к окну и снова закурил.

— Вы все же возьмите себя в руки, Катя. Человек отсидел семь лет в плену. Чего с ним там только не делали. Он ехал домой. К себе домой! К своей жене! К своему сыну! И уж точно не заслужил вот такого! Вы бы… вы бы хоть немного притворились, что рады… а не придумывали все это.

Я взяла телефон, развернула к себе и чуть не закричала… со свадебной фотографии на меня смотрел… ЭТОТ НЕ МОЙ СЕРГЕЙ… и со второй тоже, и с третьей. Везде был ОН.