Горец - Валентина Кострова

— Я много работал, Ален. Меня в родном городе видели по праздникам.

— И? Я помню, почему ты ее не забирал к себе, — строю откровенную дуру, уже зная правду, но мне важно, чтобы муж мне доверился.

— До свадьбы со мной, Милана с подружками встречалась с одним парнем. Классических встреч, к которым ты привыкла, не было, но в компании девушки могли пообщаться с парнями. Я должен был прислушаться к словам бабушки, но на всех махнул рукой, решив впервые пойти на поводу у отца, с надеждой, что у нас наладятся отношения.

— И ее родители поставили перед фактом?

— Да. Им Омар не особо нравился.

— Стой! — выставляю указательный палец, услышав смутно знакомое имя. — Омар? Я слышала это имя.

— Тот самый, который похитил тебя.

— Ему какая выгода? — никогда не мечтала участвовать в любовном треугольнике, но сейчас даже про себя порадовалась, что этот Омар все же по-своему поступил и похитил.

— После развода все надеялись, что я перебешусь и вернусь к жене. Тут же скандал был, благодаря моему отцу. Он никак не мог смириться, что я в открытую заявил о своих изменах. Омар думал, если я женюсь, то все перестанут ждать моего возвращения к Милане, и он спокойно женится на ней, так как она разведенка. К таким спрос не большой.

— Ну ладно, понятно, ты встал на пути влюбленной парочки. Они, ура товарищи, наконец-то, могут связать себя узами брака. При чем тут Хадя?

— Мы развелись, дочь осталась с Миланой.

— Но ты ее забрал…

— После развода Омар часто стал приходить в гости. Он неплохо ладил с Хадей, играл с ней, — отпивает кофе, прикусывает губу, опять опустив глаза на дно стакана. — Я как раз планировал приехать на пару дней.

— И? — стараюсь не давить своим любопытством, но нужна финальная нота этой исповеди.

— Я приехал. Почти сразу пошел к ней домой, соскучился по дочке, привез подарки, — вздыхает, залпом допивает свой кофе и берет кусок пирога. Ему явно не по себе, спокойно сидеть и рассказывать о прошлом не может. — Они просто забыли о ней.

— В смысле? — непонимающе хлопаю глазами. — Как можно забыть про ребенка?

— Да трахались они в это время, а перед этим Омар играл с ней в прятки, сказав, чтобы не вылезала из своего укрытия, пока он ее не найдет. Я не знаю, сколько Хадя просидела по времени в этом шкафу, но после этого она перестала разговаривать. Невролог из Москвы, когда приезжал, сказал, что у нее мутизм от стресса и испуга.

— Вот су… — прикусываю язык, представляя весь ужас Хади, когда никто так ее и не находит. Маленькому ребенку сказали сидеть, она и будет сидеть. Тем более малышка послушная, я сама убедилась, что просьбы взрослых выполняет без протеста.

— После этого я забрал Хадю без каких-либо объяснений нашим родственникам. Бабушка поняла все сразу и тут же смекнула, что измены то не мои, а Миланы, я пожалел ее.

— А если бы ты ее не прикрыл, что с ней было бы? Камнями закидали? Вот Омар пиздюк! Яйца ему оторвать мало!

— Ну, зубы я ему все же выбил за дочь.

— То и думала, чего у него такая улыбка ровная. Так ты развелся все же из-за ее измен? Она же не после развода стала тебе изменять…

— Я просто их застукал у нас дома. Приехал без предупреждения, как в анекдоте. Они любят друг друга, теперь вот к свадьбе готовятся.

— И флаг им в руки, уроды! А ты слишком лоялен к ним!!! — кулаком по столу от эмоций, аж тарелка подпрыгивает на месте. — А Милана… Что за мать! Забыть про ребенка, когда ей причиндалы любовник показал? Ни в какие ворота не лезет! Все, Давид, мы ее забираем к себе! Малышка просто не чувствует, что кому-то нужна. Мать с любовником кувыркалась, отец вообще в другом городе, сейчас женился.



— Я тебе все это рассказал не для того, чтобы мы тут же забрали Хадю в Сочи!

— А я тебе говорю, мы ее заберем! И никакие твои отмазки меня не переубедят! Ребенку нужна семья, уверенность, что ее любят! — резко встаю, натягиваю пальто. — Чего сидишь? Кого ждешь? Поехали, нас Хадя ждет!

— Ален, остановись! Не пори горячку, как обычно, — ловит мои руки и притягивает к себе, перед этим встав из-за стола. — Я рад, что ты не осталась равнодушной, но не надо сейчас резко менять жизнь Хади.

— А когда Давид? Когда? Когда я рожу тебе нашего общего ребенка? — изгибаю бровь, он хмурится. — У меня небольшая задержка, — на самом деле задержки нет, месячные пришли строго в свой назначенный день, но Давиду пока не стоит знать. Интересно, что сейчас выдаст.

— Это от того единственного раза, когда мы занимались сексом у меня в кабинете?

— Да. Но что такого? Мы же муж и жена, штамп в паспорте стоит, логично, что у нас появится ребенок. Или ты не хочешь? — судя по растерянному взгляду, он вообще не допускал мысль о нашем ребенке. Отбрасываю его руки в сторону. Задевает. Я думала, что мы семья, настоящая семья, с общими планами, целями и детьми. Пусть и не говорили пока об этом, но это казалось таким логичным.

— Ален…

— Я поняла, — трясу головой, часто моргаю, чтобы не расплакаться. — Мы просто еще не готовы к этому этапу. И расслабься, я не беременна, но секса пару дней не будет. Гости на красном автомобиле прикатили. Поехали? — уворачиваюсь от его рук. — Попроси запаковать пирог, он очень вкусный, — отворачиваюсь, стираю под глазами влагу.

Оставшуюся дорогу до дома бабушки Тамары едем молча. Даже радио не включаем. Я ни о чем не думаю, бессмысленно смотрю в окно. Не хочу ничего анализировать, иначе испорчу себе настроение на праздники и психану. Просто смириться с тем, что будущее у нас как погода в Лондоне, туманно, серо и дождливо.

— Что-то вы припозднились, дети мои! — бабушка Тамара меня обнимает, я обнимаю в ответ, поднимаю глаза. На крыльце стоит Хадя в курточке, прижимая к груди своего любимого зайца. Я ей еще похоже из этой серии купила: мягкий, с висячими ушками, на ощупь как плюшка.

— Привет, бабуль, — Давид чмокает бабушку в щеку, я иду вперед по тропинке. Малышка, поняв, что я иду к ней, широко улыбается и торопливо сбегает по ступенькам. Ускоряюсь, подхватываю Хадю, кружу и прижимаю к груди. Она крепко обнимает меня в ответ.

— Привет, мое солнышко! — зачесываю ее темные волосики рукой, тут же натянув на голову капюшон. — Я так по тебе скучала! — целую ее щечки, крепче стискиваю. Хадя тычется носиком, как котенок, прижимает губы к моей щеке. Я не слышу, но чувствую, как шевелятся ее губки. Не знаю, что именно она произносит, но сердце мое разрывается от радости, хочется тут же рассмеяться, подкинуть ее и заглянуть в карие глазки. Слышит она! И отвечает! Не спешу раскрывать, что узнала ее маленький секрет. Просто утыкаюсь лицом в макушку, направляясь в дом. Это пока будет наш общий маленький секретик.