Моя вопреки - Алекса Адлер

− Ия Меора, позвольте поздравить вас с открытием вашего приюта, − киваю ошеломлённой заведующей. Та, от неожиданности, даже не сразу находится с ответом.

− Императрица, это такая честь для нас, − взволнованно сжимает пожилая женщина морщинистые руки перед собой. Кланяется низко, но без раболепия и с достоинством. — Для меня большая честь. Не знаю, как благодарить вас за протекцию и помощь в столь важном деле.

− Придерживайтесь тех же принципов, которыми вы заслужили свою репутацию, и большего мне не надо. Эти дети заслуживают, чтобы за их будущее боролись такие благородные ашары, как вы, − улыбаюсь ей.

Обвожу взглядом её больших и маленьких подопечных, со щемящим сердцем замечая, как улыбается мне черноглазый и черноволосый малыш на руках у такой же тёмненькой девочки-подростка, вовсю демонстрируя маленькие клычки. Такой милаха. Я впервые так близко вижу детей ашаров и покорена ими полностью, если честно. Наш с Са-оиром сын, наверное, будет в чём-то похож на этого карапуза.

− Если вам для приюта ещё что-то понадобится, разрешаю обращаться ко мне напрямую, − поднимаю взгляд на заведующую.

И вдруг над площадью раздаётся совсем неожиданный звук стремительно приближающихся шаттлов. А пространство начинает дрожать от вплеснувшейся в него атакующей разрушительной энергии. Реальность на миг будто выворачивается, всё застывает, подёргиваясь сизой пеленой… чтобы взорваться шквалом огня и градом обломков, когда на воздух взлетают имперские шаттлы. В толпе мгновенно начинается паника и давка.

Кто посмел? Что происходит? Сознание кроет диким шоком.

Детские визги бьют по ушам. Меня буквально швыряет на них ударной волной, в глазах темнеет, но Чотжар перехватывает под рёбра и, прижав к себе, закрывает своим телом вдобавок к защитному куполу. Ступеньки под нашими ногами крошатся и идут трещинами, угрожая падением и переломами.

− В здание! Немедленно! — командует мне на-агар, пытаясь меня в это самое здание уволочь. Остальные телохранители нас прикрывают.

− Дети. Нужно спасти детей, − мотаю головой, вынуждая его притормозить. Не могу бросить. Никак не могу. Не прощу себе. И на голых инстинктах раскидываю дрожащие руки в стороны, выбрасывая в пространство волну контролируемой силы, расширяя свой купол, накрывая им сбившихся в кучку испуганных и оглушённых малышей. — Дети, все за мной! Сейчас же!

Чотжар, скрипнув зубами, разворачивает над моей головой ещё какие-то щиты.

Ребятам повторять дважды не приходится. Тех, кто не может идти сам, тут же подхватывают старшие и учителя, и мы кучной кавалькадой, под защитой моих телохранителей, быстро забегаем в здание приюта.

И лишь там, под укрытием укреплённых стен, я позволяю себе уменьшить купол обратно. Слишком много сил он тянет.

− Моя императрица, вы целы! Слава Абсолюту, — неожиданно бросается ко мне невесть откуда взявшаяся рия Иошши. — Я так испугалась за вас.

Щит для неё не преграда, поскольку я сама дала своей соратнице право находиться рядом, и ашара уже почти хватает меня за плечи. Но передо мной вдруг вырастает худощавая фигурка паренька из приютских. Закрывая собой. Даже прежде чем это успевает сделать Чотжар, мрачной тенью метнувшийся вперёд.

− У неё под ногтями сонный яд. Я чую запах, − рычит мой неожиданный юный защитник подобно зверёнышу, угрожающе смотря на испуганно шарахнувшуюся от него Иошши. Сжимает кулаки, подаваясь вперёд, будто прыгнет сейчас.

− Что? Да как ты смеешь? — бледнеет рия.

Но повинуясь злому шипению Чотжара, её уже хватают под руки мои телохранители.

− Отпустите! Вы не имеете права! − пытается она вырваться, но эти вопли тонут в шуме и грохоте перестрелки на улице.

Кажется, там идёт настоящий бой.

Но меня это сейчас мало волнует. Я медленно оседаю на пол, чувствуя, что сил сегодня потратила слишком много.