На предельной скорости - Джессика Ли

Я дёргаю её за плечо, и наши взгляды бьются в агонии.

— Мне плевать, что ты говоришь. Если не можешь привлечь парня, твои проблемы. Не лезь в мою жизнь! — грубо толкаю Карли, чтобы показать, что настроена серьёзно. — Ты такая жалкая Доусон. Думаешь, Хантер польстится на твою упругую задницу? Нет. Такие поверхностные дуры, никому не нужны! Пока!

Возвращаю заднюю панель своему Айфону и иду к двери.

— Ты считаешь Палмеру что-то нужно от тебя, кроме секса? — ее мерзкий смех догоняет меня у выхода из туалета. — Он до сих пор любит Стейси, а ты всего лишь удовлетворяешь его физиологические потребности. Спроси у своего брата, они ведь лучшие друзья, не так ли?

— Иди на хрен, Доусон!!!

Тяну на себя дверную ручку и выхожу. Сердце щемит от переизбытка эмоций. Пора уносить ноги, пока, болтовня с Карли не переросла в реальную схватку.

***

Скромное платье свободного кроя, цвета пыльной розы, оттеняет собранные в хвост волосы. Клара вручает мне блюдо с персиковым пирогом, едва покидаем салон ее золотистого «Фольксвагена Артеона»

— Не волнуйся, обыкновенный семейный ужин. Тебе понравится. — женщина поглаживает меня по спине и подмечает, мой нежный образ.

Своевольный взгляд запечатляет чудесный пляж с фантастическим видом на залив. На пороге особняка в длинном сарафане, нас встречает хозяйка дома. Из гостиной высовывается мистер Палмер, держа в руке бутылку вина. За ним попятам следует Вивиан. Мне кажется, или девочка становится краше с каждым днем?

— Проходите, мы уже заждались вас. — заключает Эштон и затягивает нас в глубину уютного логова

Алан заходит в балконную дверь с улицы, и я на секунду замираю.

— Иди, поздоровайся, — Клара подталкивает меня плечом. — А я спрошу, нужна ли Эштон помощь.

План бабушки мне нравится, и я осторожно пересекаю расстояние от прихожей, мимо дивана до точки прямо перед Аланом. Парень ведет бровями в сторону отца и склоняется, чтобы поцеловать меня, но я отворачиваю голову. Не хочу выглядеть недостойно и вульгарно. «Что?» возникает в глазах Алана, я провожу рукой по его щеке и также молча, отвечаю «все в порядке».

— Оу, вы прям как Ромео и Джульетта! — тянет Вивиан, усаживаясь за обеденный стол

— Ты читала Шекспира? — отстраняюсь от ее брата и сажусь на стул рядом с ней

— Да, я много читаю. А Алан говорит, что у меня мозги превратятся в желе! — девочка кривит гримасу, скосив глаза к переносице

Мой смешок, разряжает атмосферу.

— Я умираю с голода! — произносит мистер Палмер. — Давайте ужинать.

— Так, все к столу! — Эштон собирает семью и сама присаживается около мужа. — Еда на любой вкус. Скай, как ты относишься к рыбе?

— Отлично! Мы с папой рыбачили в летнем домике, а потом поджигали гриль и… — при упоминании Сентиннел парка, Алан улыбается. Мы сидим напротив друг друга, и он касается меня босой ногой. — Она получалась очень вкусной.

— А сейчас, вы с отцом часто проводите время? — интересуется Эйден

— Он умер. — коротко бравирую я

— Прости, мы с Эштон не знали. — мужчина чувствует вину, но я быстро исправляю положение

— Все хорошо. Керри Санрайз со мной в своих песнях.

— Ой, расскажи-расскажи!!! — верещит Вивиан, жуя кусок говядины под острым соусом

— Вив, уймись. — препятствует Алан, глядя на сестру

— Ничего. Мне приятно вспоминать о нем, — обвожу взглядом каждого члена этой семьи. Им так повезло, даже страшно подумать, что кого-то из них может не стать. Дедушка Эдвард вынул одно звено, но цепь не распалась. Они сила и поддержка. — Мой папа…

История о детстве затягивается на двадцать минут. Клара печально кивает, когда я рассказываю об аварии и своем ощущении в ту секунду. Мне хочется, вскрикнуть «насколько возможно будьте ближе. Мир такой хрупкий!». Крошка с небесными глазами всхлипывает слева от меня, и я обнимаю девочку.

— Перестань, а то я больше ничего не расскажу.

— Ладно, — Вивиан трет нос. — А десерт будет? Что принесла бабуля?

На наших лицах растягиваются улыбки. Эштон толкает Алана, чтобы он принес пирог и лопатку. Парень слушается мать и вскоре персиковый аромат, заставляет Вивиан взяться за тарелку.

— А музыка, продвижения есть? — спрашивает мистер Палмер, забирая свою порцию после дочери

— Группу Скай заметил известный продюсер. — Алан опережает меня на доли секунд и вручает мне самый фруктовый кусочек пирога, как я люблю.

— Да, вроде бы, мы его зацепили. Посмотрим, к чему все это приведет. — сухо дергаю плечом, а Вивиан ворует персики наглым образом и даже не скрывает своего преступления. — Эй!

Хохот девочки вызывает во мне желание отомстить, и я бросаю в нее взбитые сливки, коими украшено творение Клары.

— Война! — кричит Эштон

Я вмиг оказываюсь под липкими ударами, наслаждаясь происходящим, как ребенок. Белый крем свисает со лба, а я продолжаю бой. Алан смеется, когда мне прилетает от Клары. Пока, Эштон отвлекается на мужа, что с головы до ног уделан пирогом, я впечатываю в нее смачный кусок, покрытый толстым слоем сливок. Сладкая битва длится до «первой крови». Глава семейства поскальзывается и падает, утягивая за собой жену. Я и Алан помогаем им подняться, а Клара тем временем занимает ванну и Вивиан первой встает в очередь.

— Убирать будем вместе. — сквозь смех говорит Эштон

— Конечно, я же устроила погром. — не раздумывая соглашаюсь помочь с уборкой

— Тогда мужчин отправим в душ на втором этаже, а сами займемся делом. — рука миссис Палмер, смахивает с макушки сына сморщенный фрукт

— А может, мы с Аланом окунемся в океан? — сходу предлагаю отличный выход, собирая посуду со стола

Все трое переглядываются, и Эштон отправляет мужа одного подальше от этого поля сражения.

— Думаю, кое-что из моей одежды тебе подойдет. — башня из фарфора дрожит на весу, пока женщина несет ее на кухню.

Я убеждаюсь, что на нас не обращают внимания и говорю Алану:

— Надо поговорить.

— Я уже это понял. — он принимает от меня остатки посуды и идет к матери, что загружает посудомоечную машину.

Мое нетерпение вырисовывается в резких движениях на корточках, когда я собираю песочное тесто. У меня столько мыслей, что я взорвусь от них, как заряженная пушка. Вивиан подгоняет бабушку, громко крича под дверью ванной комнаты. Что еще больше разжигает во мне суетливость.

— Оставь, я сейчас всё приведу в наилучший вид. — Эштон протягивает мне шорты и футболку. — Держи, они сохранились со времен бурной молодости.

— Спасибо, Алан, ты идешь? — голос выдает нервозность. — Я скоро превращусь в фигурку на торте, от количества сахара на своей коже.