Сколько стоит любовь - Слава Доронина

Александр

Мне всегда не хватало рядом такого тихого и уравновешенного человека, как Тася. В ней одновременно были скрыты нежность и озорство, страстность и покладистость, мягкость и крутой нрав. С ней я становился лучше. А сейчас, после правды, что вскрылась, как больной нарыв, наши чувства находились под большой угрозой, как и общее будущее, на которое я решился и о котором с недавних пор мечтал. Словно кто-то извне перечеркнул все красным крестом.

Я сидел за столом, сцепив руки в замок и смотрел перед собой, осмысливая все, что узнал от Наташи и Глеба.

— Я не согласен, ты понимаешь, что ты мне предлагаешь? — поднял глаза к мужскому лицу.

Глеб якобы "вернулся" утром из командировки. А на самом деле никуда не уезжал и все это время был в городе!

— Это ты не понимаешь! Мы уже давно расписались с твоей сестрой. Еще полтора месяца назад. Улик у нас никаких нет на Золотову. Только лишь подслушанный случайно Наташей разговор…

— Или ты думал, я просто так с ней любезничаю? — Наташа присела напротив, а я перевёл на неё разочарованный взгляд.

Они вдвоем накинулись на меня, когда я после звонка Ребровскому приехал домой на взводе и собирался ехать к отцу, чтобы тот остудил пыл своего компаньона и перекрыл ему кислород. Но Наташа перехватила меня в гостиной, а Глеб подключился получасом позднее, и вот уже почти час мы сидели на кухне, и я находился в ошеломленном состоянии от их сумасбродных идей и планов, какие они предлагали. Теперь я понимал, что Наташа с Глебом обвели меня вокруг пальца, как наивного глупца. Пока я жил в Австрии и пытался отгородить сестру от лишних переживаний и волнений, эти двое с размахом взялись за пассию отца.

— Ты, Саша, забыл, что я твоя сестра и иначе бы поступить просто не смогла, узнав часть правды. Да и зачем тебя было срывать раньше времени в Москву? Ты такой горячий и вспыльчивый, все карты нам спутал бы. Не дай Бог, глупостей каких наворотил… А ты бы мог! — Наташа повысила голос. Но глупости совершала сейчас она.

— Тасей я рисковать не буду! — твердо заявил я, сцепив руки в замок.

— С Тасей ничего не случится! Но без её помощи нам не закончить это все. Это просто удача, что она появилась на твоём горизонте…

— Уму непостижимо! — я покачал головой, смотря в лицо сестры. — Я ведь всего два года не был в Москве, когда ты превратилась в такую расчетливую стерву?

— Сейчас не время думать о маленьких успехах! — Наташа скривила лицо и поднялась.

— Тася, возможно, беременна, а ты предлагаешь мне вот так взять и сделать из неё наживку. Ей чужды эти деньги! Она совсем другой человек…

— Дело не в деньгах, — выдохнула Наташа. — Пока Ребровский и Леночка думают, что все просчитали, мы сделаем ход на опережение! Но они еще буквально день не должны догадываться о том, что их тоже ждет западня. Отец ведь в курсе всех ее похождений и нашего плана. Я, как только обо всем узнала, молчать не стала и устроила ему разнос…

— Твоя беременность липовая? — спросил я. Именно об этом я и подумал в эту минуту. Если и помолвка, и грядущая свадьба оказались всего лишь для отвода глаз. — Вы специально это сделали, чтобы подстегнуть Лену к действиям?

— Лена не намерена делить деньги на еще одного нового члена семьи, то есть Глеба, и зашевелилась, словно змея, которую ковырнули палкой. В спешке наследила и допустила ошибки. Правда, известие о том письме мамы едва не спутало наши карты… Я не планировала попадать в больницу и делать из своего положения новость. Едва не вскрылось, что мы уже состоим с Глебом в браке. Но, кажется, она ничего не заподозрила… — Наташка поджала губы и подошла ко мне, опустив руки мне на плечи.

— Говоришь, отец в курсе? — слабо верилось… Я вспомнил нашу недавнюю встречу у него в офисе и ухмыльнулся, сбросив ее руки.

— Он в курсе, кто такая Лена! Я не смогла спокойно сидеть сложа руки. Я доказала ему, что его благоверная изменяет ему у него под носом с его компаньоном.

Если он был в курсе, то зачем сказал мне в прошлый раз столько громких и неприятных слов? Ждал Лену? Знал, что та появится с минуты на минуту в офисе и потому не хотел терять лица? Я ощущал себя несколько странно, словно меня все это время держали за дурака. Но известие о том, что эта мразь подстроила еще и аварию, в которой погибла мать и пострадала Наташа, прибавляло злости и решимости прямо сию секунду устроить вендетту. Без всяких планов. И если бы не Тася, находящаяся у них в руках, так бы и поступил, не задумываясь о последствиях!

— В общем, я позвонил Валерию Петровичу, — вмешался Глеб. — В случае чего, он придет Тасе на выручку, последние несколько дней он приглядывал за девчонками, — кивнул в сторону Наташи. — Лена что-то говорила о похищении, мы сразу предположили, что они замахнулись на Тасю. Ребровский настроен на шантаж. Они через неё хотят заставить тебя отказаться от своей доли наследства. На Наташу и отца у них другие планы.

— Ты говорил, что есть прослушка, этого разве недостаточно?

— Недостаточно! — вмешалась Наташа. — Я хочу, чтобы Золотова сгнила со своим Ребровским в тюрьме. Два подонка! Хочу жить и не бояться, что она учинит какие-нибудь новые козни мне или моим детям. Или твоим. Такие люди должны сидеть за решеткой, а еще лучше, на цепи!

— Ладно, допустим, Валерий Петрович будет рядом с Тасей… Что потом?

— Ты соглашаешься на все условия Ребровского. Без самодеятельности! Наташа и отец завтра утром поедут на обследование в больницу, они договорились еще на прошлой неделе. Лена, естественно, обо всем в курсе. Меня в городе якобы нет, ты занят поисками девушки, и остаётся устранить Наташу и ее отца. В планах у этих тварей убрать обоих. Забрать твою часть акций, перевести деньги на счёта за рубеж и укатить в розовый закат.

— А Тася… её роль какая? С чего вы вообще решили, что они оставят её в живых?

— А вас с ней ждала примерно та же участь, что и Наташу с отцом. Об этом я точно не знаю. Лена придумала идеальный план, но просчиталась, когда попалась на телефонном разговоре, и я надеюсь, у нас получится её обхитрить и схватить за задницу, чтобы она уже не смогла отвертеться.

— Почему с Тасей и со мной нельзя было поговорить заранее? — в голове не укладывалось, что я так мог ошибаться в близких людях.

— Лишние эмоции нам ни к чему. И для правдоподобности… — голос Наташи стал тише, а я прожег ее недовольным взглядом.

— Она, возможно, беременна, — повторил я смотря ей в лицо. — Ты бы ведь не хотела потерять своего ребенка?