Грей. Продолжение - Катерина Коротеева

Я начал жесткие, карающие движения. Она открылась вся и только для меня. Я входил в нее глубоко… очень глубоко… Она моя… а я ее… и нет больше ничего вокруг, только она, ее запах, который уносил меня к самой вершине наслаждения. Она сжала меня еще сильнее, по всей длине члена. Это настолько фантастическое ощущение, что я потерял себя в ней, крича ее имя. Она не отстала от меня и кончила, выкрикивая мое имя.

— Ох, Ана, — со стоном прошептал я и поцеловал в лоб. — Ты так мне нужна.

— И ты мне, Кристиан.

Я опустил ее, одернул ее юбку и застегнул пуговицы на блузке. Потом застегнул брюки и убрал в карман презерватив. Мне стало намного лучше. После этого набрал на панели комбинацию цифр, и лифт ожил.

— Тейлор наверняка удивляется, куда мы пропали, — прокомментировал я с сальной ухмылкой.

Думаю, он удивился, что мы до сих пор не в квартире, хотя ушли раньше него. Наверняка он догадался, что мы не просто так застряли в лифте. Ана торопливо пыталась пригладить свои волосы и поправить одежду.

— Нормально, — улыбнулся я.

Зачем скрывать то, чем мы тут занимались. Тейлор, скорее всего, видел в камеру. Надеюсь, что он не увлекся просмотром нашего пикантного уединения. И мне плевать, что он думает по этому поводу. Если я хочу трахать свою девушку в лифте, значит так и будет.

Когда дверцы лифта раздвинулись, Тейлор стоял возле него в ожидании нас.

— Проблемы с лифтом, — небрежно сказал я Тейлору, когда мы вышли из лифта.

Ана покраснела и поспешила в спальню, не глядя на него. Тейлор смотрел на нас с бесстрастным лицом, он точно знал… ну и что, да, я трахал ее в лифте… Теперь мне нужно сходить в кабинет Тейлора и удалить эту запись с камеры! Я еще раз взглянул на запись, скопировал ее себе на флешку и удалил с компьютера. Захотелось оставить это видео себе на память. Она тут такая раскованная, хорошо, что она не знала о скрытой камере.

Положив флешку в карман, пошел на кухню. Там во всю хлопотала миссис Джонс. Через пять минут пришла Ана. Мы присели за барную стойку, и Гейл поставила перед нами тарелки с ужином.

— Кушайте на здоровье, мистер Грей, Ана, — сказала она и оставила нас вдвоем.

Я достал из холодильника бутылку белого вина и, пока мы ели, рассказывал, как я усовершенствовал мобильный телефон на солнечной батарее. Мы как раз сегодня это обсуждали на совещании, и я был доволен результатом. Ана очень внимательно слушала, и мне нравилось, что ей интересно, чем я занимаюсь. Мне еще никогда не было так приятно об этом рассказывать.

С ней не только потрясающий секс, но еще интересно просто посидеть и поговорить, не так ли Грей?

Она действительно особенная женщина. Одна на миллион. Триллион. Нет, она уникальна. Такой, как она, больше нет. Я не прощу себе, если упущу ее.

Я рассказал о том, что у меня есть недвижимость в Аспене, Нью-Йорке и «Эскале». Больше я ничего не покупал. Мы доели, она собрала наши тарелки и отнесла в раковину. Ана постоянно забывала о том, что у меня есть домработница.

— Оставь. Гейл вымоет, — проговорил я. Теперь мы должны поговорить о том, что сегодня произошло. — Ну, мисс Стил, теперь у вас более или менее кроткий вид. Поговорим о сегодняшних событиях?

— По-моему, это ты выглядишь более кротким. Мне кажется, я делаю полезное дело, укрощая тебя.

— Меня? Укрощая? — я фыркнул с насмешкой. А потом подумал, что так и есть. Я не доминировал над ней в последние дни.

Что с тобой происходит, Грей? Как так получилось, что она тебя укрощает?

— Да. Пожалуй, ты права, Анастейша. — я вынужден с этим согласиться.

— Ты был прав насчет Джека, — спокойным голосом произнесла она.

Я почувствовал, как кровь леденела в жилах. Я знал, черт возьми. Знал, что он конченая мразь. Что он сделал, если она поняла, кто он есть на самом деле?

— Он приставал к тебе? — прорычал я и не узнал собственный голос.

Я убью его, если это так. Чувствую, что теряю самообладание и вот-вот взорвусь. Я знаю это ощущение, я могу сейчас легко потерять контроль, как раньше, когда был подростком.

Успокойся, Грей, тебе не пятнадцать лет, ты долго и упорно работал над тем, чтобы научиться контролировать свою ярость. Мне нужно сначала выяснить, что произошло. Я смотрел на Ану, а она отрицательно мотнула головой.

— Нет, и не будет, Кристиан. Сегодня я сказала ему, что я твоя девушка, и он отступил.

Почему она в этом так уверена?

— Точно? А то я уволю этого мудака, — грозно рыкнул я.

Мне плевать, что он может подать на меня в суд. Я избавлюсь от этого коня в считанные секунды.

— Ты должен мне позволить выигрывать собственные сражения. Ты ведь не можешь постоянно опекать меня. Это душит, Кристиан. Я никогда не добьюсь ничего в жизни, если ты будешь все время вмешиваться. Мне нужна некоторая свобода. Ведь я не вмешиваюсь в твои дела.

Мне вспомнился разговор с Флинном. Я должен прислушаться к ее мнению и должен учитывать ее чувства и желания.

— Я хочу лишь твоей безопасности, Анастейша. Если с тобой что-нибудь случится, то я… — я никогда себе этого не прощу.

— Знаю и понимаю, почему ты так стремишься защитить меня. И мне отчасти это нравится. Я знаю, что если ты мне понадобишься, то ты будешь рядом со мной, как и я — рядом с тобой. Но если мы хотим надеяться на совместное будущее, то ты должен доверять мне и доверять моим оценкам. Да, я иногда ошибаюсь — делаю что-то неправильно, но я должна учиться.

Она долго смотрела на меня, потом глубоко вздохнула, встала со своего стула, обошла вокруг стола и встала у меня между ног. Взяла мои руки и обвила их вокруг своей талии.

— Ты не должен вмешиваться в мою работу. Это неправильно. Я не хочу, чтобы ты появлялся как светлый рыцарь и спасал ситуацию. Понятно, что ты хочешь держать все под контролем, но не надо этого делать. Все равно это невозможно. Научись терпению. — Ох, поверь мне детка, я определенно темный рыцарь, мое воображение уже подкинуло пару кровожадных мыслей о том, что я хотел бы сделать с Хайдом. Она подняла руку и начала гладить меня по щеке. От этого нежного контакта, я почувствовал себя немного спокойней. — Если ты научишься терпению и дашь мне свободу действий, я перееду к тебе, — тихо добавила она, нежно поглаживая мое лицо и смотря мне прямо в глаза.

— Правда? — с надеждой в голосе прошептал я.

— Да.

— Но ты меня не знаешь. — Потому что, если ты узнаешь… если бы ты узнала всю правду обо мне, поверь мне, ты убежишь. От этой мысли, я почувствовал, как к горлу подкатил тошнотворный комок.

— Я уже неплохо знаю тебя, Кристиан. Теперь я ничего не испугаюсь, что бы ты ни рассказал о себе. — Ты действительно не понимаешь, о чем говоришь, моя маленькая. — Вот только если бы ты смог ослабить свой контроль надо мной, — умоляюще закончила она.