Дом утех «Соблазн» - Конни Дженс

На моем животе лежали руки… лапы… в общем-то, пока я видела почти человеческие руки, покрытые янтарно-золотой чешуей, и длинные, острые когти. Мужчина оказался драконом… значит, девушка — оборотень.

Дракон заметил мой взгляд. И, будто дразня, провел когтем по нежной коже живота. Через тонкую ткань тоги я ощущала, насколько он твердый и острый. И если он захочет — то сможет просто вонзить когти в меня, и они легко погрузятся в плоть.

— Нельзя… обращаться, — выдавила я, чувствуя, что его глаза, словно сладкая и опасная трясина, затягивают меня.

— Я совсем немного, крошка, — его голос с хрипотцой вибрацией отозвался у меня внутри, — не полностью. Не переживай…

И когти зацепили ткань, с треском разрывая ее.

Я ахнула от неожиданности, когда розовые лоскутки разлетелись в стороны, упав на простыню. Дракон бескомпромиссно развел мне ноги, открывая своему взору то, что не было скрыто даже нижним бельем, а рука сатира легла на грудь и чуть сжала, погладив.

— Влажная, — констатировал дракон, и я ощутила, как он прикоснулся костяшками руки между моих ног, размазывая смазку, и едва не задохнулась от этого, выгнувшись. — Достаточно влажная.

Я понимала, к чему он это говорит, и звук расстегиваемой ширинки подтвердил мои подозрения. Но то, что вытворял сатир с моей грудью, покрывая жесткими поцелуями шею, и прикусывая кожу, заставило меня расслабиться и лишь с затаенным страхом ожидать.

Дракон взмахнул рукой, будто стряхивая с нее что-то невидимое, и чешуя вместе с когтями тут же исчезла. Она словно переместилась на другую сторону, заняв добрую половину груди, шеи и лица. Вернувшейся в человеческое состояние ладонью он коснулся моего предательски пульсирующего лона. Нагло провел пальцами промеж складок, причмокнул и двумя пальцами сжал мой клитор. Я взвизгнула, и мой рот вновь был накрыт губами сатира.

— Не кричи, а то сяду на твое лицо, — захихикала их подружка. — Рано еще для криков.

Не успела я опомниться, как в мою тугую щелку беспринципной змеей стал входить драконий член, а его гордый обладатель утробно зарычал, будто у него двести лет секса не было.

Девушка пробежала своими пальчиками по моему животику и задержала их промеж моих ног, прямо над входящим в меня членом. Сатир оставил мои губы в покое, чуть отодвинулся и приподнял мою голову:

— Хочешь посмотреть, солнышко?

Да не особо-то, но деваться некуда! Я сглотнула, не зная, куда девать глаза, а они все-таки привели меня туда, где царствовал разврат Вошедший в меня дракон сделал паузу выдохнув и смахнув испарину со лба.

— Словно космос покорил, — осклабился он, довольный своим прорывом, и начал медленные, но уверенные толчки.

Девушка тем временем массировала средоточие моего бутона — набухшее и катастрофически чувствительное к любому прикосновению.

— Тебе нравится? — хитро полюбопытствовал сатир, рукой блуждая по бугоркам моей груди. — По лицу вижу, что нравится.

А я думала, у меня на лице изображен страх во всех его красках.

Сатир дотянулся до столика, вынул из коктейльного бокала оливку на веточке и стал водить ею по моей коже. Мурашки рассеянным строем бежали вслед за ней, выводя витиеватые узоры на моем теле. А потом, когда дракон, закинув мои ноги на свои плечи, сквозь дикий рык долбил меня так, что кровать ходуном ходила, сатир засунул оливку мне в рот. Ненавижу оливки! Но я была так возбуждена, что проглотила ее едва ли не с веточкой, зато с косточкой. Хорошо, что не подавилась и не преставилась в разгар оргии. Мало того, что смерть весьма нелепая, так еще и лишила бы госпожу Марту дорогих клиентов. Только я могу доставить хлопоты и проблемы, даже окочурившись.

Сатир взял меня за пальчики и положил мою ладонь на свой каменный ствол.

— Он жаждет твоей ласки, девочка. — горячо шепнул он мне в ухо. — И отлично впишется в твой ротик.

Девушка снова хихикнула и, не прекращая интенсивно массировать мой клитор, хлебнула вина прямо из горлышка бутылки.

Дракон ловким движением перевернул меня на живот и поставил на четвереньки. Сатир сел напротив меня, выставив свой член прямо перед моим лицом.

— Детка, ты только посмотри, какой упругий у нее анус, — страстно прошипел дракон, пальцем водя вокруг в ужасе сокращающейся дырочки.

— О-о-о, это же твоя страсть, мой огненный дикарь, — засмеялась девушка. — Позволь мне подготовить ее для тебя.

Я расслышала, как они стали сосаться за моей спиной, и выдохнула: может, передумают продолжать и развлекутся без меня. Мне все-таки еще сатиру отсосать надо! А кто знает, когда он кончит? Через две минуты или через два часа? Не очень-то хочется потом неделю ходить с открытым ртом.

— Лизни-ка, — ухмыльнулся сатир, указывая на серебрящуюся капельку на головке его члена.

Я подалась вперед, кончиком языка осторожно подхватила пряную смазку и томно моргнула.

— Вкусно?

— Ничего вкуснее не пробовала. — выдавила я.

— Сегодня ты и не такого напробуешься, — угрожающе предупредил он, положил свою ладонь на мой затылок и резко вошел в мой рот.

Моя глотка не была готова к такому повороту событий, и от нехватки воздуха в первую секунду у меня потекли слезы. Сатир откинул голову назад и застонал, закатив глаза. Какой же он страшно красивый, зараза! Больше же мне не, о чем думать. Например, о своей заднице, в которой уже елозил чей-то язык. О том, что ее вылизывает девушка, я поняла, только когда сатир вытащил свой член и дал мне отдышаться.

Она языком и пальцем смазывала мой анус своей слюной, а чуть позже начала тем же языком проникать внутрь. У меня аж мизинцы на ногах онемели от ранее неизвестных ощущений.

— Не останавливайся, пиявочка, ты нам нравишься! — Сатир снова принялся трахать мой рот, а дракон уже надрачивал свой член в предвкушении нового развлечения.

Кое-как высвободив свой рот, я умоляюще произнесла:

— А может анально в другой раз?

— Мне нравится покорность в твоих глазах, — коварно улыбнулся сатир. — Но совсем не нравится твоя скованность. Поверь, останешься так счастлива, что добавки попросишь. — Он склонился к моему лицу: — К тому же радуйся, что первым войдет он.

Если бы это делал я, ты охрипла бы от крика. — Он лизнул мою щеку и игриво подмигнул.

Девушка по шире расставила мои ноги, вогнула спину, надавив на поясницу и шепнула мне на ухо:

— Расслабься, ягодка, мы только приоткроем ворота, вторжением займется он, — она кивнула на сатира.

Расслабишься тут! Ну хотя бы сатир не стал совать в мой рот член. Откусила бы, когда зубы стискивала. Хотя надо признать, ожидала худшего. Дракончик оказался ласков. Крайне медленно вошел в мой анус, трепетно относясь к моей почти-невинности. Боль постепенно угасала, и на ее смену приходили более приятные спазмы. Дракон ускорялся, царапая мои ягодицы, рыча и расшатывая кровать, будто намереваясь разбить ее к концу приема.