Двое. После - Алайна Салах

— Я просто рада тебя видеть, — я придвигаюсь ближе, кончиками пальцев дотрагиваюсь до его груди, скольжу к карману рубашки. Кожу приятно покалывает — так жалит жар его тела. — Вечер сегодня замечательный, а мы с тобой друзья.

Он ничего не отвечает. Наверное, как и я использует свое право не разговаривать.

Я перемещаю пальцы к его плечу, поглаживаю гладкую ткань рубашки, исследую до тех пор, пока не нахожу то, что искала. Неровность со взбугрившимися краями, которая когда-то могла отнять его у меня.

— Больше не болит? — шепчу, поднимая глаза. Колодцы гипнотизируют меня, утягивают на дно, маня ощутить драгоценную прохладу.

— Болит иногда.

Мне кажется, что я слышу стук его сердца — так близко мы стоим. Гулкое эхо ударов отдается в грудной клетке, терпкий запах обволакивает. Необыкновенный вечер, в котором мне все удается.

Но через мгновение магия рушится. Я с удивлением перевожу взгляд на свое запястье, которое нестерпимо жжет. Это потому что Булат его держит. 

— Ты пьяна? - и голос его хриплый, злой.

Я качаю головой. Ну как он мог забыть? Я вот все о нем помню.

— Я не люблю алкоголь, — говорю с легким укором. — Это всего лишь один коктейль.

Его глаза исследуют мое лицо. Я ему позволяю — я ведь делала тоже самое. Запястье по-прежнему пылает — он держит. Хочется его попросить, чтобы он никогда его не отпускал. Слишком хорошо.

Все вдруг резко меняется. Звуки музыки и голосов пробиваются сквозь сотканный вакуум, и мы больше не одни. Я на дне рождении, а в зале сидит Антон, который меня ждет. Здесь меня быть не должно.

— Я пойду, — я тяну руку из раскаленных тисков, отшагиваю. Улыбаться больше не хочется. Знакомое ноющий зуд крадется к ребрам, а я его боюсь. — Меня ждут друзья.

Разочарование, высотой соразмерное пятиэтажному дому, окатывает меня — Булат отпускает. Я прячу его в себе и, не попрощавшись, разворачиваюсь.

Ловлю взгляды со столов, но и им больше не улыбаюсь. Легкость прошла, появилась оглушенная растерянность.

— Собирался идти тебя искать, — Антон тянет меня за талию и охотно к нему льну, желая спрятаться в комфортное «После». Недопитый коктейль стоит на столе. Протяни руку — и веселье искрящимися брызгами вновь вольется в меня. Но я не тяну. Хватит.

Я старательно пытаюсь включиться в беседу: слежу за губами Ани, рассказывающей о своем дне рождении, когда кто-то нырнул в бассейн с бутылкой шампанского, и стараюсь настроиться на руку Антона, поглаживающую мое предплечье. Сжимаю и разжимаю пальцы. Все еще горят.

И когда я думаю, что мне удается влиться, над столом нависает тень. Он. Я знаю это еще до того, как взгляд успевает подняться к его помеченной чернилами шее.

Лица напротив оживляются: Стас, Егор, даже Кирилл, который неожиданно снова стал мне неприятным, по очереди тянут к нему руки. 

— Все сегодня здесь, да? — с энтузиазмом произносит Антон, вставая рядом с Булатом. — Уже полгорода не встретил, а тебя только сейчас увидел.

— Я поздно подошел, — отвечает Булат в своей лаконичной манере.

Я на него не смотрю, лишь задеваю стрелки его брюк боковым зрением. Что это было, там в вестибюле? Почему я все вечно порчу? Для чего касалась его и говорила всю эту чушь про дружбу? Мы с ним не друзья, и вряд когда-нибудь сможем дружить.

Аня задает мне какой-то вопрос. Благодарная за возможность отвлечься, я подаюсь вперед, переспрашиваю. Да, это платье от Etro. Да, шелк. В ЦУМе, кажется. Куплено на деньги мужчины, который только что подошел. Последнее вслух не говорю.

— А где Антон? — я оглядываю опустевшее пространство рядом столом. 

— Они с Булатом отошли, — подает голос Егор, собственнически закидывая руку на плечо Ани. — Рабочие моменты вроде перетереть.

Антон появляется за столом спустя минут пятнадцать. К этому времени я успела извести себя кучей вопросов и найти на них массу неприятных ответов. Один из них состоит в том, что Булат решил рассказать сыну делового партнера про то, какую недостойную спутницу он себе выбрал, в прошлом — его содержанку.

— Как? — Стас неопределенно кивает вглубь зала.

— Обсудили кое-что, — Антон обнимает меня одной рукой и быстро целует в волосы. — Кстати, в выходные с их компанией играю в покер. У них мужик один есть — входит в топ сто лучших мировых покеристов. Это не с Вильданом картинками перекидываться. Другой уровень. 

Парни начинают сыпать неизвестными игровыми терминами, а я разглядываю круглый отпечаток бокала на столе. Антон играет с Булатом в покер. Они с отцом строят ему гостиницу. Они общаются. Почему моему прошлому суждено так тесно сплестись с настоящим?

— Котенок, поднимайся, — Антон трогает мое колено. — Отвезу тебя домой.

У меня даже получается удивиться. Я и сама хочу отсюда уехать, но зная развлекательный энтузиазм Антона, была уверена, что он предпочтет остаться подольше.

— Ты устала, — поясняет он в ответ на мой вопросительный взгляд. — Этот коктейль быстро с ног валит. У тебя останусь, ладно? Ляжем пораньше.