Эскорт для оборотня-инкуба - Айза Блэк

- Буду, - мне надо выпить. Немного успокоить нервы.

- Что?

- То же что и ты.

Он наливает мне виски, приносит стакан и садится около меня на корточки. Дым от его сигареты не раздражает. У него какой-то особый аромат, что щекочет нервные рецепторы. Оборотень очень странный, за ним хочется наблюдать. Хочется разгадать его секреты. Да и простое созерцание приносит эстетическое удовольствие. И это впервые в моей жизни. Я уже привыкла, что мир мужчин для меня – это равносильно ненависти, презрению, омерзению. Давно решила, что нормальные представители сильных мира сего практически вымерли. Остались только мрази и трусы. А вот какого сорта Лиам? Это мне еще предстоит выяснить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Делаю глоток виски. Обжигающая жидкость течет по горлу, и я смотрю в кристально-серые глаза, этот коктейль алкоголя и дивного сияния дарит чувство легкости, какого-то странного кайфа.

- Так что ты все-таки сделал? – делаю еще один глоток.

- Обесчестил его невесту, и на протяжении месяца имел ее под носом у Хантера, - я подавилась, закашлялась. Воздух мгновенно перестал поступать в легкие.

- Я не ослышалась? – выдыхаю, хрипло, еще не прокашлялась.

- Сомневаюсь, - улыбается так открыто, невинно. – Водички принести? – забота в голосе.

- Нет. Спасибо,- мотаю головой. – У такого, как Хантер была невеста? – в голове не вяжется образ монстра, решившего связать себя узам брака. – Или он нашел свою… как там у вас называют… истинную, - машинально делаю еще один глоток виски. – Нет. Не верю. Не может быть у него истинной.

- Верно, рассуждаешь. Невеста была выбрана Хантеру отцом для укрепления позиций стаи. Но мой братец воспылал к ней нешуточной страстью.

- Судя по тону твоего голоса, ты ни капли в этом не раскаиваешься, - глядя на его улыбку, помимо воли улыбаюсь в ответ. Этот инкуб на меня неправильно влияет!

- Неа, - затягивается, поднимается с пола, оставляя после себя облако дыма. Тушит сигарету в пепельнице. – Я же инкуб. Энергия секса – это моя жизнь.

- Но ты ведь мог найти другой объект для удовлетворения своей похоти?

- Мог, - усаживается напротив меня в кресле. Разваливается, закинув ногу на ногу. – Но она была слишком лакомой добычей.

Его эпитет в сторону неизвестной девушки – это как ушат ледяной воды. И подобных ощущений не должно быть. Это по меньшей мере глупо.

- Как все открылось?

- Банально, - усмехается. – Нас застукал Хантер. Мне долго удавалось прятать свой запах на ней. Она изображала непорочность. Я изначально знал, что все вскроется.

- И что он с ней сделал?

- Мой отец защитил ее и увез в неизвестном направлении. Так чтобы Хантер не мог дотянуться. Иначе он бы ее изувечил. А это привело бы к войне с восточными соседями, - он все рассказывает с таким милым голосом, словно это очень забавная и веселая история.

- А тебя изгнали из стаи?

- Нет.

- То есть ты натворил еще что-то похлеще?

- Ага, - одним плавным движением поднимается с кресла.

Подходит ко мне, наклоняется, упирая руки в подлокотники, его лицо на уровне с моим. Вблизи черты оборотня еще больше завораживают, какое-то дикое совершенство. Эти глаза с серебристой поволокой и темными вкраплениями, они движутся, меняются постоянно, завораживают. Приглашают познать их глубину, исследовать тайны. Но ведь на меня его магия не действует! Я должна быть спокойной? Тогда почему сердце бьется так, словно еще немного и оно разломает грудную клетку? Почему этот аромат экзотических трав заменяет мне кислород?

- Я тот еще паршивец, и предупреждал тебя об этом, - слова проходятся нежными касаниями по моему лицу, ласкают кожу, вызывают легкие покалывание.

Странный момент, оборотень не делает ничего особенного, а я ощущаю, что никогда не была ближе с мужчиной, чем сейчас. Страшно даже разорвать дивное волшебство момента. И нет у меня негатива к нему. Нет осуждения за дикий поступок. Мое поведение лишено любой логики.

- Так это из-за тебя Хантер превратился в бешеную сволочь? – отвечаю в тон ему, таким же шепотом.

- Неа, - облизывает губы, и я заворожено слежу за движениями его языка, - Он всегда таким был.