Пламя страсти - Сьюзен Джонсон

Глубокая грусть охватила Хэзарда. В этой комнате они с Венецией пережили первые дни любви, а теперь она была распахнута навстречу ветрам, лунному свету и случайно забредшим животным…

Внезапно лунный свет, свободно лившийся в разбитое окно, выхватил из темноты угол белого конверта. Хэзард схватил его почерневшей от земли и пороха рукой, оставляя черные отпечатки на бумаге, и подошел с письмом к двери. Конверт не был запечатан. Зубами он вытащил из него тонкий листок бумаги, бросил конверт, развернул послание и прочел:

«Хэзард,

Из меня получилась плохая заложница. Я тебе об этом говорила. Я возвращаюсь в Бостон.

Венеция».

Словно пораженный громом, Хэзард перечитал письмо еще раз, как будто это могло изменить смысл написанного. Но безжалостные слова никуда не пропадали. Они насмехались над ним, подчеркивая разницу между диким индейцем и прелестной молодой светской леди из Бостона… Хэзард сначала похолодел, а потом на него обрушилась горячая волна ярости, как только он вспомнил свое заточение в подземелье. Значит, дочке миллионера надоело играть в игры с индейцами, и она решила от него избавиться. Но Венеция могла просто-напросто убежать: он давно уже не запирал, уходя, дверь хижины. Зачем было пытаться убить его?

А впрочем, если подумать, то его смерть очень выгодна «Буль Майнинг». Ведь скоро у него появится наследник, на которого достаточно легко будет переписать участки. Никакой передачи собственности, никаких сложных документов вроде того, который его пытался заставить подписать Янси. Всего-навсего законно унаследованный кусочек земли, полный золота…

Хэзард потряс головой. Даже теперь ему казалось совершенно невозможным, что Венеция забеременела преднамеренно. Неужели она могла зайти так далеко в своем желании получить эту землю? Хэзард не хотел даже думать об этом. Однако он видел и не такое, когда дело касалось золота, и поэтому понимал, что такая возможность существует, пусть она и не укладывается у него в голове.

«Что ж, им не повезло», — мрачно подумал Хэзард, бросая письмо на землю и вдавливая его в пол каблуком. Ничего у них не выйдет. Как только его рука заживет, он снова откроет свой рудник. И на этот раз никому не удастся застать его врасплох!

Путешествие в Даймонд-сити заняло у него четыре часа, и он держался на ногах исключительно усилием воли. Вокруг борделя Розы больше не было никакой вооруженной охраны: разделавшись с противником, Янси отозвал своих псов. Когда спустя несколько минут Хэзард вошел в гостиную Розы, ему хватило сил только на то, чтобы добраться до ближайшего кресла. Он упал в него и потерял сознание. Там и нашла его Роза, вошедшая в свои апартаменты несколько минут спустя, — грязного, окровавленного, невероятно похудевшего, с изуродованной рукой в самодельном лубке. Голова его была неловко запрокинута назад, и Роза решила, что Хэзард мертв. Но тут она заметила, что он дышит, и ей сразу стало легче.

Итак, Янси Стрэхэн ошибся. Даже сотня отъявленных головорезов не смогла убить Хэзарда! Однако через мгновение сердце Розы снова упало. Что станет делать Хэзард, когда придет в себя и узнает, что Венеция Брэддок вернулась в Бостон?..

Но когда он проснулся очень поздно на следующее утро, вымытый, перевязанный, на хрустящих от крахмала чистых простынях, Роза все-таки решилась сказать ему об этом. Хэзард некоторое время молчал, а когда наконец заговорил, голос его прозвучал очень холодно и с привычной для него иронией:

— Я знаю. Но чего еще следовало ожидать от избалованной принцессы?