На предельной скорости - Джессика Ли

Три дня я нахожусь в бреду. Покидаю комнату, только чтобы перекусить и выпить чего-нибудь не прокисшего из холодильника. Та расправа, чьей свидетельницей я стала, не выходит из мыслей. Я беспомощна и глупа. Алан легко вымещает все эмоции на Хантере, а я задыхаюсь от слез и понимаю, что возможно, никогда не обниму своего мальчика. Карли прекрасно справилась с поставленной задачей — стереть меня в порошок.

Дверь отворяется, и я вижу Хантера в компании Коннора. Они держатся друг за друга, чтоб не протаранить лицом паркет. А в следующую секунду, заходят Фред и Колумбия. Неужели сегодня уже четверг? Черт! Я протираю руками глаза и, скрутив волосы на левом плече, показываюсь из кухни. Мама в отчаянии. А Фред? Он пихает сыновей в гостиную и просит меня принести ледяной воды. Наполненный до краев графин, освежает парней в пьяном угаре.

— Не так бы я хотела вернуться домой. — мама кладет ладони на мои плечи. — Идем, на всем нужно поговорить.

Присоединившись к мужской троице, мама вопросительно смотрит на мужа, что бьет по щекам Коннора и Хантера.

— Такая картина каждый день, Скай? — спрашивает мужчина, борясь с гневом

— Что я вам должна сказать? Нет? — меня переполняет адреналин. — Я больше не стану молчать! Ваши сыновья только и делают, что напиваются до чертиков и трахают девчонок! В том числе меня!

— Скай… — выдыхает мама и ровняется с Фредом, что вспыхивает адским пламенем. — Успокойся, дорогой.

Я ударяю по стене, и гул вынуждает всех заткнуться.

— Хватит!!! То видео, правда. И вы, не вправе осуждать меня. Кто бросит дочь и уедет за тысячи километров! Кто?!

Колумбия делает шаг, но пальцы Фреда на ее запястье, тормозят женщину с вспыхнувшей ненавистью.

— Да, мама, в этом есть и твоя вина. Согласна, я плохая дочь, но ты…

Хантер поднимается с дивана и пинает овальный столик.

— Я люблю Скай!

Кулак Фреда, врезается в свежие раны, оставленные Аланом, и парень морщится от боли. Знаю, что он сутки провел в больнице после драки и ему наложили швы на носу. И ко всем увечьям, трещина на восьмом ребре справа. Я ни чуть не жалею Хантера и даже не сразу вникаю в смысл сказанной им фразы.

— Любишь? — отец растрясает его и резко пресекает попытку Коннора, одним мощным толчком под дых. — Любишь, твою мать!

Взгляд Фреда перемещается на меня.

— Ты лживая дрянь! Легла под моего сына и строишь из себя, правильную девочку!!!

— Что? — Колумбия часто моргает глазами. — То есть твой сынок, ангел во плоти?

— За своих детей, я знаю, а твоя дочь…шлюха!

Мужчина получает пощечину и слегка пошатывается, продолжая удерживать Хантера за джинсовую рубашку.

— Говори, сучонок! Что на самом деле здесь происходит?

Коннор помогает брату выбраться из лап отца, и они оба, ретируются на безопасное расстояние.

— Хочешь услышать истину, папуля? — скалится Хантер, растирая костяшки пальцев. — Я не думаю, что Колумбии придется по душе то, что я скажу.

— Что ты несешь! — ехидная гримаса искажает лицо Фреда. Мама находится посреди поля боя и не может понять, к какому отряду примкнуть:

— Хантер, прошу, будь честен со мной. Я относилась к вам, как к родным детям.

— Относилась? — уточняет Коннор и мрачнеет на глазах

— Наш отец трахался со Стейси Олдман. — бесчувственно выговаривает Хант.

— Скай? — мама ищет во мне поддержку и присаживается на край столика. — Он не лжет?

Несколько метров и я обнимаю мать, будто мы с ней вдвоем и вокруг никого.

— Прости меня. Хантер говорит правду.

Фред срывается и хватает меня за шею. От неожиданности, я заваливаюсь на спину.

— Ты грязная мерзкая шлюха!! Я вырву тебе твой язык!