Опекун - Слава Доронина

Прохладный воздух ударил в нос, и я, глубоко вдохнув, поймала тонкую нить разума и ухватилась за неё, как за спасательный круг. Резко остановившись, я развернулась лицом к Марку. Дыхание перехватило, а в горле образовался комок…

Как же он был красив! Строгий костюм сидел безупречно, от мужчины пахло дорогим парфюмом, а затянутые поволокой глаза смотрели в упор. Сердце предательски сжалось, а голова закружилась от этого многообещающего взгляда…

Если бы в этот вечер я употребляла алкоголь, то наверняка сочла, что виной всему этому состоянию было не что иное, как спиртное. Но я не пила. Доносившаяся из ресторана музыка отвлекала от безумных мыслей накинуться на мужчину прямо посреди улицы и впиться поцелуем в губы… С силой сжав пальцы в кулак, я пыталась держать чувства под контролем и не допустить такого опрометчивого шага, когда за нами, возможно, пристально наблюдали.

Лучшим в этой ситуации было прервать зрительный контакт, развернуться и отойти на безопасное расстояние, а ещё лучше, сбежать с торжества домой. Ни слова не говоря, я развернулась, чтобы покинуть Марка, но его рука перехватила запястье, и я застыла на месте.

— Марк… — наши глаза снова встретились, и я поняла, что пропала. В глазах молодого мужчины горел огонь, а он имел разрушительное свойство охватывать пламенем всё вокруг, и я, попав в эпицентр стихии, ощутила одновременно эйфорию и боль. Калейдоскоп этих чувств чем-то был похож на яд: если в маленьких количествах он и был полезен для организма, то в больших же нёс смерть. Губы Марка нашли мои, и я, откинув сомнения и страхи, с жаром ответила на поцелуй, так, словно он был последним в моей жизни. К черту Оливию. К черту опасности. Если я умру сейчас, то это будет достойная смерть…

— Ты такая красивая… — шептал Марк в перерывах между поцелуями. Он сжал меня в крепком объятии, и я явственно ощутила, как мне не хватает его внутри. Если Марка не будет в моей жизни — моя мне уже была ни к чему. Мы скрылись в безлюдном и темном закутке. Голова кружилась от поцелуев, я дарила Марку нежность и всю себя, так, словно бы мы никогда больше могли не встретиться. Мне не хватало его, и сейчас я восполняла в памяти пробелы. Эта непреодолимая тяга между нами доводила до отчаянного безумия, но я ничего не могла с собой поделать и была готова отдаться ему прямо здесь, на улице, не заботясь о том, что эта сцена могла быть замечена.

Я знала, чувствовала, что Марк испытывал сейчас то же, что и я. Мне было жизненно необходимо дать волю желаниям, скинуть с себя оковы длительной разлуки. Моя спина врезалась во что-то твердое от натиска Марка, и я оказалась в импровизированной ловушке.

Пусть я буду падшей женщиной, тряпкой, да кем угодно. Рядом с Марком я не могла быть равнодушной и неживой. И не могла играть безразличие, когда испытывала прямо противоположные чувства. Пусть уж лучше я буду сожалеть о том, что случилось, чем потом корить себя за слабость и нерешительность. А тем более, если эта встреча и все его прикосновения происходили с нами в последний раз… мне бы хотелось оставить эти воспоминания навечно.

Расстегнув несколько пуговиц на рубашке Марка, я провела кончиками пальцев по оголённой коже. Я упивалась знакомыми ощущениями, силясь запомнить каждую деталь, даже самую незначительную… Казалось, на кончиках пальцев оставались электрические разряды от прикосновений, и мне безумно хотелось только одного — чтобы это миг не кончался никогда.

Никогда…

Большие и тёплые ладони гладили тело сквозь тонкую материю ткани. Отвечая взаимностью, я ласкала нежную кожу, мечтая о том, чтобы он заполнил меня целиком и полностью, без остатка. Все происходящее походило на безумный сон, но даже если это и так, то пусть я усну навечно. В этих руках…

Мы были похожи на двух влюблённых подростков: гормоны кипели, а мы не отдавали отчёта тому, что делали, уйдя с головой в омут страсти. Меня обуревали сотни разных эмоций и чувств: мне хотелось плакать от счастья, что вновь находилась в желанных объятиях, и кричать от отчаяния, что вскоре нам придётся расстаться. Эта встреча изначально была предрешена…

Я смотрела в лицо Марка, стараясь запомнить выражение глаз, правильно очерченный контур чувственных губ… Запомнить все эти ощущения, чтобы потом было что вспоминать… Марк завёл мои руки высоко над головой, снова прижав к холодной поверхности стены. Губы распухли от поцелуев, а мне всё было мало, мне хотелось большего. Я сгорала от желания, а сердце, безумно отбивавшее свой ритм, вот-вот готово было вырваться из груди и упасть к его ногам.

— Марк… — это имя стало единственным дорогим звуком среди всех существующих.

Земля дрогнула под ногами, и я почувствовала, как падаю вниз, когда его руки сжали бедра, а затем оказались в моих трусиках. Он провёл пальцами по складочкам, тем самым сорвав с губ несдержанный стон. Мне стало ровным счётом всё равно, услышит нас кто-нибудь или нет. Я любила этого человека и желала близости с ним, а всё остальное в этот миг не имело никакого значения.

Марк задрал подол платья и посадил на свои бёдра. Ощутив твёрдый член у входа, я подалась вперёд. Марк толчком ринулся мне навстречу, и я, почувствовав его внутри, поняла, что в жизни нет и никогда не будет никого важнее этого человека.

Когда бы он ни пришёл, что бы он ни сказал, и как бы ни обидел, я всегда буду его любить. Я всегда найду в себе сил, чтобы простить его и принять любым. Несмотря ни на что. Я лучше проживу век одна, если его не будет рядом или до конца жизни буду радоваться тем малым крохам его присутствия в ней, чем проживу и создам семью с нелюбимым человеком.

Чувства переполняли меня через край. Слёзы, навернулись на глаза от переизбытка эмоций. Как же я была наивна, рисуя в воображении жизнь без его присутствия в ней, без этих рук и близости, без любимого запаха… Я не спускала глаз с любимого лица, намереваясь уловить каждую эмоцию, чтобы сохранить всё в памяти и жить этими мгновениями, какую бы мучительную боль ни пришлось пережить от последующей разлуки.

Время остановилось сейчас…

Мне было так хорошо рядом с ним, в его объятиях. что на короткий промежуток времени я представила, что мы по-прежнему вместе. И не было никакого расставания. Разве могли расстаться люди, так безумно желавшие друг друга?

Разве могли меня обманывать эти глаза? Марк был зависим от меня так же, как и я от него. Пик удовольствия настиг нас одновременно. Оказавшись в водовороте чувств, я совершенно не отдавала отчёта действиям, словам и желаниям.

Как много времени прошло с нашего исчезновения из ресторана? Десять минут, полчаса, целый вечер? Мы смотрели друг другу в глаза, не говоря ни слова. Всё и так было понятно. Эта близость была нам необходима обоим, но это не значило, что всё теперь будет как прежде. Да мне и не нужно было никаких слов. Я и так всё знала без них Нежность, с которой Марк смотрел на меня, была красноречивее любых слов и рвала душу на части…

Набравшись сил и мужества, я слабо оттолкнула Марка. Поправив бельё и платье, я гордо выпрямила спину. На смену эйфории вернулось чувство тоски и неуверенности. Мне хотелось, чтобы Марк обнял и заверил, что никогда меня не оставит… мне не хотелось отдавать его другой женщине. От одной мысли, что Марк и она…