Худший друг - МК. Милтон

Я приподнялся, и посмотрел на две фигуры, которые освещал свет от фар.

И как теперь быть? Что делать дальше?

— Не переживай, сейчас Агата расскажет ей, что махать перед лицом пистолетом в нашем случае, это признак большой любви. Слушай, когда я давал тебе совет, это скорее была шутка.

— Да заткнись ты уже.

Я поморщился вытирая с лица кровь, и проводя липкой ладонью по сухой траве. Странно, очень странно, что ее телефон вообще ловил здесь. Да и когда она успела? Маленькая девочка, которая всю жизнь самостоятельно боролась со своими проблемами, а я, вместо того чтобы избавить ее от этого, подкинул ей новых.

Лис отлично умел манипулировать людьми, я и сам несколько лет не замечал того, что творилось у меня под носом. Но было ли осознание этого, той причиной которая позволила бы мне простить ей все? Ей, а потом себе.

— Давай мы пока возьмём ее к себе, — Макс похлопал меня по плечу, — так уж вышло, что мой дом пристанище для обиженных и обездоленных.

— Она потом со мной не заговорит, — я выдохнул, чувствуя себя куском мяса который протыкают и вертят над грилем.

Собака на сене — вот что было идеальным фразеологизмом. Я не хотел отпускать ее, не хотел прощать, не хотел переставать любить. А ещё, я не хотел подойти к ней, увидеть тот же страх, с которым она смотрела на меня несколько минут назад.

— Слушай, давай так, — Максим сжал мое плечо, намекая на то, что лучше не спорить, — мы поедем к тебе, выпьем. Или даже не так. Набухаемся в хламину. Ты мне все расскажешь, если захочешь. А нет, и хер с ним. Можно пострелять в бутылки. Ты же хотел пострелять, да?

Я просто кивнул, потому что очень надеялся, что он решит за меня не только как провести нынешнюю ночь, а и дальнейшую жизнь. Потому что я уже ничего не понимал. Раньше бы я выстрелил в предателя, не колеблясь.

Не дрогнув. Не моргнув.

— Агата, — Летов позвал девчонку, которая что-то сказала Мире, прежде, чем оставить ее.

— Мы сейчас поедем с Митей к нему. Отдохнем.

— А Митенька устал? — она с возмущением фыркнула, — бедный. А в полицию он перед этим не хочет заехать?

Она пнула меня по лодыжке, а я послал ей уничтожающий взгляд.

— Пистолет все еще у меня, — предупредил ее я.

— В задницу можешь его себе засунуть, урод. Ключи в машине? — она перевела взгляд на Летова.

— Да, поедете за нами, еще не хватало заблудиться здесь.

Я видел как Макс поднялся, и последовал его примеру. Он притянул к себе Агату, но она лишь поморщилась, посоветовав ему целовать своего визажиста. Я только сейчас заметил, что тоже хорошо его отделал.

— Учти, Митя, мы не ее спасли, — прошипела она, тыча в мою грудь острым ноготком. — Может быть, хотя бы сейчас до тебя дойдёт, что всякие действия имеют последствия.

Я хотел ответить ей, что меньше всего меня интересуют нравоучения малолеток, но почувствовал такую усталость, от которой мне стало лень даже шевелить языком. Я стоял и смотрел как Мира садится в машину моего друга, как Агата возмущенно хлопает дверью, а Макс что-то недовольно бурчит себе под нос, сжимая моё плечо.

Летов сел за руль, а я откинул свою голову на сидение, глядя как в зеркальце отображается пара фар, которые следуют за нами. Я понимал, что стоит нам выехать на дорогу, наши пути разойдутся. Мы просто разъедемся в разные стороны.

Хотел бы я чтобы они разошлись навсегда? Сейчас я не мог ответить себе на этот вопрос.

Мое бессмертие окончилась в тот день, когда я встретил ее.

Она знала где лежит игла. Она достала ее и переломила напополам. Теперь моя жизнь зависела от нее.

Казнить нельзя помиловать.

А где поставить запятую, решать только ей.