Недоступный - Лина Мур

– Дженна… прости… я не знал… только о тебе вспомнил, – хрипит он.

– Всё в порядке, дорогой мой. Всё хорошо. Тебе помогут, я всё оплатила. Я заберу тебя к себе, и мы что-то придумаем. Не переживай, ладно? Спи. Я приеду к тебе завтра и привезу еду или что-то ещё, узнаю у твоего врача. Спи, Эдди. Набирайся сил. – Наклоняясь к нему, целую в лоб, и он послушно закрывает глаза.

Провожу ладонью по его пораненной щеке и сглатываю горький ком. Бедный мальчик. Он просто на нуле. Вот до чего его довёл собственный брат. Ужасно. Так ужасно и больно. Я нахожусь в каком-то странном состоянии. В голове не укладывается, как мужчина, улыбающийся мне ещё несколько дней назад, умеющий согреть одним лишь взглядом, превратился в бесчувственного монстра. Почему? Из-за меня? Из-за моего отца? Кто стал виновником таких резких изменений, произошедших в Кенте?

Осматривая палату, в которой жутко воняет лекарствами, ощущаю очередной приступ паники. Я не могу поверить… не могу… это всё, что сейчас крутится в голове. Замечаю, что у палаты останавливается врач и, сообщая что-то медсестре, входит к нам.

– Как это случилось? Надеюсь, что после решения всех финансовых вопросов, я могу получить объяснения и узнать чёткую картину последствий аварии, – с неприязнью шепчу я.

– Мисс Ноар, вы должны понимать, что мы просто выполняем свою работу и чётко следуем законам. Мы так же, как и вы, волнуемся за каждого нашего больного и…

– Да-да, простите, я… это нервы. Всё слишком сложно, но ответьте, как это случилось? Полиция уже дала свои заключения по поводу аварии? Эдди грозит тюрьма или что-то в этом духе? – Судорожно вздыхаю, пытаясь перебороть свои ощущения. Конечно, этот мужчина не виноват в состоянии Эдди, но кого я могу винить сейчас? Только его. Мне нужно кого-то винить. Просто нужно, иначе я буду винить себя, что не досмотрела за ним, не предугадала и не защитила.

– Всё, что мы знаем, так это то, что мистер Мёрфи работал в фирме «Шкафы для вас» и доставлял заказ в один из районов города. Он не справился с управлением, заснув, и его грузовик перевернулся, вылетев на обочину. Кроме мистера Мёрфи, больше никто не пострадал, и автовладельцы, ставшие свидетелями аварии, сразу же позвонили на 911. Его успели вытащить до того, как грузовик взорвался. Из-за того, что мистера Мёрфи вытаскивали и перемещали, у него произошло смещение сломанных костей, и ему пришлось делать довольно серьёзную операцию, последствия которой сложно предугадать. Вероятно, он будет хромать. Это в лучшем случае. А также ему нужна физиотерапия и специальное лечение каждые три месяца. Сотрясение не тяжёлой степени. Сломанная ранее ключица не была повреждена, но нам пришлось снять гипс и осмотреть её. Мы наложили новый. Пока состояние мистера Мёрфи стабильно, но ему требуется отдых. Причина, по которой произошла авария, это анемия, вызванная сильным истощением и понижением уровня гемоглобина в крови. Мы запросили его данные у другой клиники, в которой мистер Мёрфи уже получал лечение. У него врождённая анемия, и ему приходилось делать специальные капельницы и уколы каждые полгода. Нехватка еды и физическое истощение привели к критическому понижению уровня гемоглобина. Это и стало причиной, по которой он уснул. Точнее, он попросту потерял сознание. В данный момент мы повышаем уровень его гемоглобина, и ему потребуется вся ваша забота и внимание в ближайшее время. Этой ночью здесь будет дежурить одна из медсестёр, чтобы проверять его состояние.

Закрываю рот рукой из-за шока от услышанного и качаю головой.

– То есть… Эдди, он был болен? – шепчу я.

– Анемия – это не болезнь, а лишь одна из форм генетического отклонения, которое, в принципе, не доставляет неудобств, если за ним наблюдать. Вероятно, мистер Мёрфи пренебрегал этим в последнее время. Вы не знаете, мисс Ноар, не состоит ли мистер Мёрфи в родстве с владельцем компании «Шкафы для вас» Кентом Мёрфи?

Дёргаюсь от его имени и кривлюсь.

– Нет. Это просто совпадение. Однофамильцы. Нет… нет, Кент Мёрфи никакой ему не родственник, – с отвращением выплёвываю я. Разве я не права? Права. Ни один нормальный человек не допустит подобного, зная, что его брат болен, и с ним нельзя так обращаться.

– Хорошо. Вы его родственница? – уточняет врач.

– Я его хороший друг. Можно сказать, Эдди мне, как брат.

– Тогда я советую вам, мисс Ноар, подать в суд на компанию «Шкафы для вас». Иначе вы не получите никакой компенсации.

– Мы обдумаем данный вопрос, когда Эдди сможет нормально мыслить. Спасибо. Я могу ещё побыть здесь?

– Да, конечно. Если ночью что-то пойдёт не так, то мы вам сообщим. – С этими словами он выходит из палаты, оставляя меня рядом с пищащими аппаратами и капельницами вокруг Эдди.

Опускаюсь в кресло и сжимаю руками волосы, смотря на Эдди. Какой ужас. Других слов подобрать не могу. Как можно было заставлять голодать, вынуждая не спать, и физически пахать «на износ» родного брата, которому и так сложно было жить. За всеми улыбками, смехом и желанием сделать мир лучше, этот парень переживал тяжёлые времена, но до последнего верил в то, что любовь может изменить всё. Такие люди – золото в современном мире. Их надо ценить. Их любить надо. Им надо помогать нести в этот мир лучшее, а не грязь, злость и унижения. Люди, подобные Эдди, вымирают, потому что изначально рождены слабыми, но сердца у них огромные и добрые.

Дверь снова открывается, и я быстро стираю слёзы, чтобы медсестра их не видела.

– Он пока не просыпался, и раствор в капельнице ещё не закончился. Я вас позову. Дайте мне ещё десять минут, – тихо произношу, поднимаясь из кресла и поправляя юбку.

Но медсестра не двигается, и это странно. Она не говорит ничего, а просто стоит в дверях. Недоумённо поворачиваю голову в её сторону, и сердце стискивает в невыносимо болезненных объятиях холода, когда мои глаза встречаются с ледяными кристаллами глаз вошедшего в палату человека. Моментально ярость, обида, чудовищная боль вспыхивают внутри меня, и я сжимаю кулаки.

– Пошёл вон отсюда, Кент Мёрфи, – шиплю я, подходя к койке Эдди, и встаю между ними.

– Это мой брат, и я имею право находиться здесь. На самом деле я имею больше прав, чем ты, Дженна Ноар, – с ненавистью выплёвывает Кент. Не верю. Он стоит напротив меня, весь такой богатый и красивый. У него немного отросли волосы, лицо снова гладко выбрито, а мне нравилась та мягкая щетина, щекочущая шею. И этого человека я словно не знала никогда. Он чужой. Не мой. Как будто, надев дорогой костюм, Кент превратился в расчётливую сволочь, лишённую сердца.

– Ошибаешься, он тебе не брат. Ты пытался его убить, а это явно не семейные отношения. И по твоей вине он чуть не умер. Как ты мог, Кент? В кого ты превратился, раз растерял всю человечность в каких-то сраных бумажках? – зло шепчу я. Он делает шаг ко мне, а я намерена драться, если потребуется.

– Не твоего ума дело. Мне вызвать охрану, чтобы тебя вывели отсюда, или ты хочешь поживиться на случившемся с Эдди, продав всю информацию журналистам? – прищуриваясь, он так гадко обвиняет меня в невозможной глупости.