Черный цвет боли - Эва Хансен

От пришедшей в голову мысли я просто подскочила на кровати. Тина с Габи с испугом смотрели на меня, а Вилте забилась в угол, она пугалась каждого звука, каждого резкого движения.

– Что?!

– Ничего…

Ларс может быть на острове! В двух шагах! И бабушка там! Мысли метались, как мыши, застигнутые котом на кухне.

Нет, бабушка в Бюле, наводит порядок перед продажей дома. Свен с ней? Не знаю. А Ларс?

– Габи, когда мы плыли мимо большого пирса, ты не видела яхту?

Она просто не поняла, чего я хочу. Спросить бы Тину, но тут я пас сама, мой французский не позволял поинтересоваться пейзажем у пирса.

И все-таки я попыталась. Рисовала, чертила то на запотевшем от дыхания оконном стекле, то на полу… пока в комнату не заявилась Маргит. Увлеченные своим занятием, мы не заметили ее и даже вздрогнули, услышав насмешливый голос:

– Пытаешься понять, стояла ли у пирса яхта Ларса? Спросила бы меня. Нет, не стояла, твой Ларс в Стокгольме. Мы все рассчитали, пока он ищет тебя там, мы будем здесь.

– А потом?

– А потом тебе уже будет все равно.

– Маргит, можно один вопрос?

– Только не о том, не мучает ли меня совесть. Могу ответить без вопроса: не мучает.

– Нет, я хочу спросить о Торстейне и Инге. Они знают, что вы здесь? Или вы их уже…

– Нет, мы их не уже. Торстейн с нами, и давно, а Инга… когда ей предложили на выбор зрение или болтовню, она выбрала зрение.

– То есть? – не поняла я.

– Не так давно Инга была слепа, и, когда появилась возможность сделать операцию в обмен на молчание о том, что происходит в этом доме время от времени, она решила молчать.

– Ты хочешь сказать, что она видит?!

– Линн, Паула говорила, что ты дура, но я не верила. А зря. Ты когда-нибудь видела, чтобы Бой водил Ингу?

– Я видела ее лишь дважды.

– Дважды? Торстейн сказал, что вы приходили с Ларсом один раз. – Глаза Маргит подозрительно прищурились.

– Я приходила еще раз сама. – Мне хотелось сказать, что Торстейн не знал, но я вдруг решила отомстить мерзавцу хотя бы так. Мелкая месть тоже месть, если не можешь мстить крупно. – Не знаю, почему он вам не сказал. Я приплывала на этот же пирс на нанятом для прогулок катере. Но давай об Инге.

Маргит явно намотала на ус сказанное мной. Это хорошо, Торстейну не поздоровится.

– Зачем нужен пес-поводырь, если им не пользуются? Вернее, кому не нужен пес-поводырь?

– Я уже поняла, что Торстейн сволочь, но об Инге так думать не хочется.

– А на помощь Ларса можешь не надеяться. Он в Стокгольме, в замке никого.

– Не-ет…

– Что?!

Я чуть не ляпнула о Жаклин, вовремя успела прикусить язык, не то красавица Жаклин непременно составила бы нам компанию.

– Там привидения. Без мотора, конечно, но цепями гремят, за плечи хватают и орут как ненормальные.

Несколько мгновений Маргит смотрела на меня молча, потом вздохнула:

– Ты и правда дура. Или так умело прикидываешься?

Мне надоело разговаривать с ней. О чем?

Маргит, видно, тоже, она хлопнула дверью.

Габи тихонько поинтересовалась:

– Что она сказала?

Что я могла ответить? Вздохнула:

– Ничего хорошего, помочь нам некому.

* * *

Бывают люди, с которыми хорошо помолчать, Магнус и Софи оказались из таких.

И вдруг звонок от Бритт:

– Ларс, Линн позвонила Лукасу и сказала, что она на каком-то острове, где сказочный домик! Ларс, это же твой остров, Линн называла сказочным домик Инги, я помню!

Бритт кричала, не в силах сдержать возбуждение.

– Как она туда попала? С какого телефона звонила?

– Не знаю.

– У тебя есть телефон Лукаса?

Лукас сказал немногое:

– Сказала, что их отвезли на остров… она рассказывала, там есть сказочный домик на поляне… хозяйка слепа.

– Лукас, это чей-то гадкий розыгрыш. На этом острове мой дом…

– Это не твой дом, там есть другой, Линн когда-то рассказывала о сказочном домике на лесной поляне. А сейчас сказала, что их привезли туда.

– Бред. Это дом моих друзей…

– Да! И это был голос Линн, я не мог спутать. У Вангера телефон не отвечает, я не могу дозвониться. Надо сообщить.

– Что сообщить, Лукас? Кого «их»? Куда привезли? Ко мне домой?

Но Вангеру все же позвонил. Тот наконец взял трубку, сообщение выслушал молча, а потом огорошил своим: найден подвал, в котором содержали девушек, там труп Анны, но больше никого. Пленниц действительно увезли, куда – неизвестно. Но есть еще одна зацепка, семейная пара сообщила о странном катере, пришвартовавшемся к крошечному причалу, и о девушках-пленницах. Супруги вмешиваться не стали, чтобы и самим не попасть в беду, но в полицию позвонили тут же. Возможно, Линн среди них. Тогда это действительно остров.

– Я сейчас договорюсь о патрульном катере, пусть проверят ваш остров и тот дом.

Вангер по-прежнему не желал вмешивать в расследование Ларса, но тому уже наплевать, тем более теребил Магнус:

– С какого телефона звонила Линн?

Пришлось выяснять у Лукаса.

Магнус затарахтел по клавиатуре.

– Вот. Зарегистрирован на Кэтти Густафссон. Хм… Знаете, кто был в прошлом году приятелем Кэтти? Недолго, пару недель, но был? – Говоря это, Магнус уже снова тарахтел по клавиатуре. – Сейчас проверим, когда телефон куплен, и все станет понятно… Так и есть!

– Что, черт возьми, есть?

– Приятелем Кэтти Густафссон как раз тогда был Улоф Микаэльссон по прозвищу Белый Медведь. Никого не напоминает?

– Их с Паулой спугнули, ее труп нашли в подвале, а вот Белый Медведь пропал.

– Где же ему быть, как не в банде? С его внешностью не скроешься.

– У меня яхта у причала, я на остров.

– Стоп, я с вами!

– Магнус, опасно.

– Линн мне не чужая, столько пива вместе выпито. Жаль, я не успел нормально познакомить их с Бритт и Софи. Они хорошие девчонки.

Пока ехали, вторая хорошая девчонка позвонила еще раз:

– Ларс, Том собрал своих парней, они будут ждать тебя у яхты. Их пятеро.

– Хорошо, я позвоню, когда будут результаты.

Почему-то он не стал говорить о смерти Паулы.

– Магнус, тебе ехать не стоит, лучше оставайся у компьютера, больше пользы принесешь. Попробуй найти компьютер этого Белого Медведя.