Счастье по рецепту - Nata Zzika

- Р-р-р!!!

Людмилу согнуло, практически, распластав по полу.

Ни брат, ни Верховный вступиться и не попытались.

- Ты, точно,  умом скорбная, - покачал головой молчавший до этого Владимир. – Мне сказали, зверь полукровки тебя чуть из шкуры не вытряхнул, и продолжаешь что-то о полноценности и неполноценности рассуждать! Лучше, покайся и проси прощения, дура!

Людмила вспомнила ужас, который испытала, пообщавшись с волчицей Валерии, и проглотила рвущиеся с языка возражения.

Ну, её, на фиг! Откуда у полукровки такая волчица – пусть альфы разбираются. Для неё она, всё равно, полукровка, то есть – не достойная внимания настоящих оборотней. Но брат прав, лучше она изобразит раскаянье, главное, скорее убраться отсюда. Потом она придумает, как отомстить всем, кто её унизил и отверг!

- Простите, я больше не буду, - буркнула волчица.

Волки переглянулись и дружно фыркнули.

- Ты признаешь, что похитила ребёнка и сдала его в собачий приют? – повторил вопрос Верховный.

- Но я…

- Ты признаешь?

- Да. Но я не собиралась оставлять щенка там навсегда! Через полтора месяца он вернулся бы к матери!

- Через полтора месяца???!!! – взревел Дёмин, взвившись свечкой, на его плечах, синхронно среагировав, повисли незнакомый волк и Денис.

- Тише, Кирилл, всё позади. Луна обделила суку мозгами.

- Она её и сердцем обделила, какой-то огрызок ей вместо сердца всучила. Червивый огрызок, - рыкнул, садясь обратно, Дёмин. – Отдайте мне её, и я избавлю мир от этой твари!

- Я – самка! – испуганно пискнула волчица. – Волки не причиняют зло самкам!

- Ага. А самки не покушаются на щенков! Но всегда может случиться исключение, верно? – Кирилл алчно блеснул глазами. – Мой волк с огромным удовольствием посмотрит, как выглядят твои кишки.

- Стоп, - прекратил разговоры Верховный. – Итак, мы имеем самку, преступление которой тянет на пожизненное изгнание и лишение второй ипостаси.

- Нет! – теперь Людмила испугалась не на шутку. Запереть волчицу и навсегда выгнать в человеческое общество! Ей поставят метку, каждый оборотень в любом уголке мира, встретив её, будет знать, что она – изгой. Никто ей руки не подаст, не поможет, да с ней даже разговаривать никто не будет! Кажется, к ней пришел песец. Полный песец. Даже, можно сказать, шарообразный.

- Есть альтернатива, - невозмутимо продолжил альфа. – В Восточной Сибири, далеко в тайге живут родичи беты клана Григорьева. Отшельники, придерживающиеся древнего уклада жизни.  Демид съездит домой, поговорит с родней и если они согласятся принять тебя на три года, то можешь считать, что тебе крупно повезло.

- Нет! Я не хочу, я не поеду, вы не заставите меня! – взвизгнула женщина, с ужасом представив, что её ожидает.

- У тебя небольшой выбор, - Верховный был серьёзен, как никогда. – Решай – навсегда лишиться зверя и стать изгоем или три года провести в тайге, во всем слушаясь альфу отшельников. Учти, минимум год тебе и в тайге придется провести без второй ипостаси, а если станешь своевольничать и закатывать концерты отшельникам, то всегда можно вернуться к первому варианту.

Людмила лихорадочно соображала.

Сначала ей показалось, что её пугают. Да, блин, у них получилось! Она чуть не обделалась, услышав, какое ей назначили наказание.  Но потом пришло в голову, что лишение зверя и изгнание – это навсегда и необратимо, а из тайги она через три года вернется. Может и раньше, если умно себя повести. Что эти отшельники видели? Наверняка, их самки – серые и неинтересные, на их фоне она станет блистать! Большого труда охмурить  какого-либо из таёжных дикарей не будет. Да, надо выбирать тайгу и добровольно туда ехать. Максимум через месяц она будет вертеть отшельниками, как хочет.

- Я согласна, - прошептала волчица, - согласна уехать к отшельникам на три года. Жить там, слушаться, искупить этим свою вину.

- Хорошо. Значит, ждём ответа отшельников. Дём, я постараюсь подобрать вам оптимальный вариант поездки, чтобы не терять времени,  - Верховный кивнул крайнему слева волку, тот несколько наклонил голову в знак, что услышал. – А ты, - Людмиле, - пока просидишь взаперти. Иначе волки до тебя доберутся, посылать к отшельникам будет нечего.

- Опять в кладовку?! Там нет ни окна, ни туалета с ванной, ни кровати! Вместо еды мне бросили пакет Педигри! – поспешила возмутиться женщина.

- Педигри? – выгнул бровь Верховный.

- Да! – Людмила злорадно подумала, что сейчас кому-то прилетит! А нечего издеваться над беззащитной волчицей!

- Да они тебя балуют! По мне – ты только на Чаппи можешь рассчитывать. И то – с закончившимся сроком годности, - фыркнул альфа, волки подавились смешками, а Людмила  задохнулась от возмущения.

- Поживешь в доме, который занимаешь в посёлке, - подал голос Матвей. – Взаперти, охрану поставим. Туалет там есть, душ – тоже, а без прогулок обойдешься. И проси Луну, чтобы отшельники согласились тебя принять.

- Они могут отказаться? – Людмила не понимала.

- Разумеется. Кому нужна никчёмная самка? Принуждать мы никого не собираемся.

- Если они откажутся? – Люда чувствовала, что ответ ей не понравится.

- Первый вариант, и это не обсуждается, - отрезал Верховный. – Все, уберите это, глаза б мои её не видели. Матвей, твои знают, что с ней делать, куда везти?

Григорьев кивнул:

- Все готово, все предупреждены. Возьмите несколько самцов, а то  волки и, особенно, волчицы, хотят сами рассчитаться с похитительницей. Там весь клан собрался.

Людмила поёжилась – если самки разозлились, то от неё и клочка шерсти не соберешь, раздерут на молекулы…

Два волка из незнакомых, подошли к волчице, подхватили её под руки и вывели из комнаты.

В посёлок преступницу доставили быстро, в темпе втолкнули самку в дом, и двери за ней заперлись.

Опустошенная, Людмила обошла комнаты – на окнах появилась сетка – прямо, настоящая тюрьма!

Ладно, она попозже решит, как ей лучше себя вести, а сейчас ей необходимы душ и еда.

Как только самка вышла из комнаты, Верховный перевёл взгляд на Владимира.

- Любить – не значит, потакать всем капризам, - бросил он Ускову. – Полагаю, мне придется посетить твой клан и своими глазами посмотреть, как у вас идут дела. Не дай, Луна, воспитание молодёжи следует по тому же сценарию, по которому ты вырастил сестру!

Владимир опустил плечи, нахохлился, звучно скрипнул зубами:

- У меня никого, кроме Люды, нет. Разве её вина, что ни один волк не способен её оценить? Ей семью надо, детишек, вот и не будет приключений искать.

- Не её вина – твоя, - припечатал Волков. – Всегда проще дать, что просит, чтобы щенок отвязался, чем объяснить ему, почему исполнение его прихоти невозможно. Кстати, ты сам, отчего до сих пор не в паре?