В лапах зверя - Мария Зайцева

__________________________________

Мм-м-м... Поворотик, да?

Пока выдыхаем, заглядываем вот сюда: https:// /shrt/lo2v Тут сегодня скидочка 35% и совершенно бомбический мужик. Только-только арты туда подобавляла! Горячо до невозможности! И скидка! Что еще для счастья надо?

Глава 82

Ни… хрена себе, сказал я себе…

Я до такой степени не ожидаю подобного поворота событий, что даже толком не могу среагировать.

Только ощущаю, как крепче сжимается на моем плече ладонь Савы, то ли утешая, то ли предостерегая, чтоб не дергалась.

А я и не планирую.

В голове пустота.

Сурен… Не мой отец? Реально?

— Вот как? — кажется, Сим-Сим вообще не удивлен, голос, по крайней мере, очень спокойный. — А чья?

— Понятия не имею, от кого ее мамаша нагуляла, — голос Сурена равнодушный и усталый, — я только пару часов назад выяснил. В лаборатории неправильно расшифровали результат, оказывается… Твари. Никто работать не умеет…

Боже…

Это реально так, значит…

Меня внезапно начинает потрясывать. И мир, мой и без того не особо устойчивый мир, рушится.

Как же так?

Я толком не успела привыкнуть к тому, что у меня отец есть, как его у меня не стало! Опять!

Горячие пальцы неожиданно утешающе проходятся по щеке.

— Тихо, тихо… — прижавшись губами к моему уху, шепчет Сава, про которого я, признаться, забыла уже, настолько неожиданную новость услышала.

Как ни странно, присутствие постороннего парня не дает полностью расстроиться. Я сразу вспоминаю, где мы, и думаю, что надо бы выйти, рассекретиться. И в глаза хочется посмотреть Сурену. Интересно, когда он собирался сказать мне?

— Так что ты промахнулся, Сим-Сим, я за нее ни копейки не дам.

— Мне похуй на твои деньги, Сурен, — голос Сандра, очень похожий сейчас и тембром, и интонациями, на голос его отца, морозит пальцы. — То, что она — не твоя дочь, даже лучше. Для меня. Нет необходимости терпеть тебя в качестве родни. Ты — хуевый тесть, чтоб ты знал. И человек тоже хуевый.

— Вот как? — хрипло смеется Сурен, — а раньше ты другое говорил.

— Правила приличия сдерживали. А сейчас нихрена не сдерживает. По баблу — решайте сами, мне похер, — слышу, как отодвигается стул, и Сандр встает, — ты мне отличный подарок сейчас сделал, Сурен. Моя женщина теперь только моя. И я не собираюсь больше оглядываться на всяких старых пердунов.

— Твой сын охуел, — констатирует Сурен, и в голосе его нет злости или желания прибить Сандра за эти слова, только удовлетворение, — Сим-Сим — ты вообще его не воспитывал, что ли?

— Закрой уже рот, Сурен, — вздыхает Сим-Сим, — забирай, к хуям, этот завод. И сваливай уже, наконец, в свою нору. И суток не прошло, как ты приехал, а уже до печенок заебал. Тупой ты кретин. А сына моего не трогай, а то не посмотрю на наши прошлые отношения и зубы тебе в глотку вобью. Как тридцать лет назад. Помнишь?

Молчание в кабинете нарушается только размеренными шагами Сандра, спокойно идущего к выходу.

Открывается дверь, мы с Савой замираем, даже, кажется, сердца не стучат! У меня, прямо на разворошенное дурной новостью состояние накладывается еще и паничка: куда он? А если ко мне? А меня там нет! А я тут… Ой…

На месте удерживает теперь только тяжелая ладонь Савы, словно ощутившего мои метания и лишь крепче притиснувшего к себе. Так, что дыхание перекрылось полностью!

— Сиди… — хрипит он напряженно.

Да чего сидеть-то? Сандр сейчас…

— Блять… — раздается голос Сурена, — стой, засранец горячий… Весь в тебя, Сим-Сим. Прямо вот смотрю сейчас и радуюсь… Что у меня дочь. Был бы сын, на меня похожий, я бы его прибил.

— Я тебя сейчас самого прибью, кретин старый! — рычит Сим-Сим, и я удивленно понимаю, что терпения в нем, выдержки привычной холодной, вообще не осталось ни на грамм! Столько ярости, столько злобы в голосе! — Проверить решил? Тупой кусок старого дерьма!

— Ну, блять! — досадует Сурен, — а чего делать было? Очень ты, сука, удачно сынишку своего к моей девочке пристроил!

Я слышу, как в наступившем молчании закрывается уже открывшаяся было дверь, слышу шаги Сандра, тяжелые, напряженные… А затем короткий звук, с каким обычно мясо отбивают! И грохот свалившегося на ковер тела!

Вздрагиваю, дергаюсь, пытаясь вырваться из стальных рук Савы и побежать в кабинет, но меня никто не выпускает.

В кабинете становится шумно: матерится Сурен, злобно смеется Сим-Сим, очень громко молчит Сандр…

А меня за руку волокут по лестнице вверх.

Каким образом мы умудрились в такой короткий срок вывалиться из сейфовой комнаты и пролететь через гостиную, вообще непонятно!

Прихожу в себя уже в комнате, сидящей на кровати.

Тут же вскакиваю, но Сава, сидящий передо мной на корточках и держащий за плечи, моментально роняет обратно.

— Сиди, — шипит он, — ты чего?

— Он… Он его убьет! — я трясусь, пот по спине течет от ужаса. И глаза, наверно, настолько безумные, что Сава, выдохнув, аккуратно закрывает мне рот. И, подумав, еще и по талии перехватывает, обездвиживая.

У этого гада очень длинные и очень сильные руки, и я бьюсь рыбкой в его объятьях, умирая от страха. За Сандра. Которого, сто процентов, сейчас пристрелят. Не Сурен, так дядя Сережа. Где он, кстати? Надеюсь, где-то далеко…

— Тихо, блять, не сходи с ума, — уверенно и спокойно говорит Сава, — ну ты чего? Братишка не настолько ебанутый. Может, еще раз по роже засветит старому пердуну… И за дело, я считаю. Надо же, пиздануть такое…

Я мычу, пытаясь сказать, что я за Сандра боюсь! Только за него!

Но Сава это тоже понимает и добавляет:

— Не-е-е… Твой папаша тоже не ебанутый… Я надеюсь…

О-о-о…

— Тихо! — Сава прислушивается к чему-то, а затем валит меня на кровать, принимается укутывать одеялом, бормоча, — так, сюда идут. Спи! Не шевелись, поняла? Спи!

Я послушно замираю под одеялом, зажмуриваюсь, слыша, как Сава вылетает на балкон, и как к комнате приближаются тяжелые шаги нескольких человек.

— Она спит, — тихо и холодно говорит Сандр.

— Посмотрим… — недовольно отвечает отец, — пусти, блять. Дожил, к ребенку собственному по пропуску должен ходить.

— Рот закрой, родитель, — коротко отрезает Сандр.

Дверь открывается, я замираю.

Пару секунд не дышу,