Страсть Зверя Пустыни - Леона Хард

- Эй, безумная, что за странный мужчина приходил к тебе?

К дьяволу тебя, старуха. Я не посчитала нужнымповернутьсяк ее камере, ибо хватит разговоров. Уже наговорилась. Накричалась за последнюю ночь в казематах, настолько, что осипла. Мое горло драло со страшной силы.

Примерно в обед я расслышала очередные шаги по подвалу, но, потеряв веру во что-то хорошее, просто сидела всё в той же позе, разглядывая пол. Первым делом замаячило белое платье и на этот раздражающий в темноте цвет я повернулась.Удивить сильнее вряд ли возможно. Подобного человека сложно представить в мрачных казематах.Кларав красивомбелом платье, с кучей драгоценностей на шее и запястьях, с элегантной прической. Всё это настолько выбивалось из общей атмосферы уныния и серости камер, что казалось вымыслом. Плодом помутневшегося рассудка.

Клара зашла в камеру крайне аккуратно, придерживая платье, чтобы не запачкать. Первые секунды она простос ужасом рассматривала обстановку, но надо отдать должное, вскоре собралась с силами и улыбнулась. Правда криво и совсем не искренне, но и этого достаточно.Даже нашла сил запачкать свое платье и присесть рядом со мной на соломку.

Как удивительно, что шейх направил ее ко мне.

- Моя хорошая... не представляю, какие слова уместны в подобной ситуации. Что должно было случиться,чтобы ты впалав ТАКУЮ немилость? Все нормальные пары ссорятся:женщиныполучают кнутом по попе, а мужчины тарелкой по голове. А у вас всё доведено до катастрофических масштабов.

Совершенно верно. У нас один получает мечом в сердце, а другой посажен в казематы и гниет с крысами.

- Я все-таки не понимаю, что его ТАК разозлило. Ты должна была, наверное, ему изменить, чтобы заслужить ЭТО?Но ты не такая, поэтому я ни дьявола не понимаю происходящие события.

Клара ударила посамомубольномуместо. Ей удалось, не сделав ровным счетом ничего, вернуть меня сюда обратно. На грязнуюсоломку. Вдревнююкамеру. Изображать эмоции радости довольно сложно.Мышцы лицазастыли и долго сопротивлялись попытке улыбнуться, но я это сделала для подруги, изобразив как мне весело.

- Ты угадала!

Должно быть мое лицовыглядело безумным.Другой причины не найти , отчего же онатак странно посмотрела на меня. Словно не узнавалаи ужасалась увиденному.

- Я на его глазах почти трахнулась сего родным братом! Онстоял и наблюдал, как мы ласкаем друг друга. К тому же,долгое время я обманывала егои клялась, что между мной и Яриномничего не было. В завершении удара,оказывается Яриниспытывал ко мне мужской интерес. Достаточнопричин, чтобы посадить женувклетку?

Она долго не отвечала. Поедала меня настороженным, хлестким взглядом, в котором читалось отвращение.Клара отстранилась,отсела подальше, очевидно не одобряяпоступки и испытываяразочарование. Ведь я всегда была показателем чести и достоинства. Много раззащищала Клару в детстве и спасала от опрометчивых поступков, а если не удавалось переубедить избалованную принцессу, то смягчала последствияее выходок. Даже в том последнем случае с Бонифацием я смягчила ее поступок и уговорила его не убивать Клару, поэтому сейчас она не знала, как правильно поступить.Мне не хотелось, чтобы еще один человек испытал разочарование во мне. Наоборот, я страстно жаждала, чтобы хоть один человек поверили понял причины моих поступков.

- Все не так ужасно, как кажется. Тиль напоила меня странными таблетками, я думала, что нахожусь с Артуром в наших покоях. А врала, потому что побояласьрассказать о прошлом с Ярином. Понимала, что он не поймет и оссудит. Но разве эти пустяки важны для шейха, ведь удар пришел по его необъятной гордыне. Видимо, гордость для шейхаважнее, чем я. Доконца своих дней он останется в первую очередь шейхом, который без сожаления наказывает оступившихся, а уж потом на втором месте будем мужем (мужиной).

Теплая дружеская ладошка обхватила мою руку и крепко пожала, переливая свое тело:

- Потерпи немного. Я уверена, что он тоже скучает. Пусть эта мысль греет твое сердце. Как бы не пострадала его необъятная гордость, в разлуке чувства крепнут. А если не укрепятся за это долгое время, а утихнут, значит, за такие вещине следуетбороться.

Я в ответ пожала ее ладонь. Крепко-крепко. Как когда-то в детстве, когда мы жили бок о бок на тринадцатой земле.

- А я большене хочу его прощения. Я из кожи вон лезла, чтобы добиться его прощения, но увы.

Клара всегда вставала на сторону Артура. И только сегодня объяснила причину подобного поведения. Она не может забыть, что мужчина, которому изменила и который из-за этого уничтожил целую тринадцатую землю, по одной лишь просьбе отродья сохранил ей жизнь, а теперь и вовсе пригласилна свадьбу и позволил дружить настолько ужасной особе со своейженой.

Клара постаралась донести до меня очередную мысль об Артуре, но больше я отказалась слушать и вернуласьк молчаливому состоянию каменного изваяния, устало привалившегося головой к стене. Поэтому разговор об Артуре она с пониманием закрыла, ноотвлекла рассказамипро своего мужа и подробностях похищений. В последнюю нашу вылазку в деревню Клара обещала разузнатьу мужа информацию относительно исчезновений девушек.

Будучи в состоянии постоянный раздумий я плохо слушала бесконечный треп подруги. За разговорзафиксировала всего пару важных мыслей.Ее муж на распросы о похищениях велел не забиватькрасивую головку глупыми мыслями, посколькупо его мнениюсуществуют правители, которые обязаны заниматься данными вопросами, а не простые смертные. Но упрямая Клара в тайне от негосегодня намеревалась встретиться с трактирщиком, которогомы допрашивали.

- Не лезь к трактирщику. Ты не сможешь себя защитить. Это мое любопытство, и ты не должна рисковать.

- Лилечка, мне тоже стало любопытно разобраться в этом деле. К тому же, ты не одна у нас юркая ихитрющая лиса, - обиженно буркнула Клара.

- Не лезь! - повторила, но подруга,улыбнувшись, бойко поднялась с соломки и послала мне воздушный поцелуй.

Я еще несколько раз повторила просьбу не вмешиваться, но это не действовало. Клара весьма воодушевленно покинула меня с обещанием зайти завтра в гости.

***

За своими переживаниями я не сильно следила засостоянием здоровья.Краем сознания этой ночью отмечала странную ноющую боль между ног. В течение дня онапостепенно усиливалась и иногда вырывала меня из состояния полного молчания.И только к вечеру следующего дня я почувствовала, что штаныи солома подо мной влажные. Слишком не комфортное, грязное ощущение меня разбудило.Явпервые за день поднялась, чтобы посмотреть на себя и на штаны. Всё оказалось в крови. Штаны прилипли к ягодицам, солома окрасилась. Кровь? Но такая сильная? Обычно женские дни начинались плавно и только ко второму дню набирали мощь, а сейчас сразу и столькоиболипрежде не чувствовалось.

Этот случай окончательно привел меня в чувство, послетого отрешенного состояния, возникшегоот встречи с Артуром. Мозг заработал, мысли наполнились тревогой, ибо боль довольно сильная. Просто я не замечала ее, а сейчас, когда очнулась, то ощутила в полной мере.