Холодная - Инна Инфинити

— Кристина, у меня просто нет слов...

— Иди мой руки и будем есть.

Это все-таки оказалась утка, фаршированная яблоками и черносливом. В мисках греческий салат, цезарь и какой-то с рукколой, которая сейчас в моде во всех московских ресторанах.

И да, Кристина офигенно вкусно готовит. Вот никогда бы не подумал.

— Кристина, ты вышла за пределы моего понимания, — сказал я, потянувшись за добавкой.

— Почему? Ты же знал, что я умею готовить.

— Ну, одно дело уметь, а другое дело — готовить ТАК вкусно.

— Правда? — Она смущенно улыбнулась, — Вкусно?

— Очень!

— Максим, я старалась для тебя...

От этих слов по всему телу разлилось приятное тепло. Кристина старалась для меня...

Я придвинулся к ней поближе и крепко обнял.

— Моя нежная девочка, — прошептал на ухо, — самая любимая. Кристина, ты шедевр.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив со мной.

— Я счастлив. Очень.

Кристина нашла мои губы и прильнула к ним в крепком поцелуе. Пустила в мой рот язык и стала мягком играть. Вкуснейший ужин тут же был забыт, потому что я подхватил девушку на руки и понёс наверх. По дороге домой я предусмотрительно заехал в аптеку за презевативами.

В этот раз в постели инициатива была преимущественно у Кристины, что меня удивило и порадовало одновременно. Она настояла на позе сверху, а я совсем не возражал. Так открывался прекрасный вид на ее тело. Такое красивое и такое любимое.

— Кристина, я все время тебя хочу, — сказал ей тихо, когда мы уже закончили и просто лежали на кровати.

— Я заметила, — она засмеялась.

Я больше ничего ей не сказал, потому что в голову, словно змея, залезла ядовитая мысль о скором отъезде Кристины и отравила все приятное, что сейчас было в моем сознании.

Как же я буду без нее, когда она уедет?

Кристина поднялась на кровати.

— Ты куда?

— В душ и надо прибрать на кухне. Максим, давай начинай собирать вещи. Завтра рано вставать и выезжать. Я оставила тебе место в своём чемодане, забери из моей комнаты.

— Хорошо.

«Я оставила тебе место в своём чемодане» — это, конечно, очень громко сказано. Он полностью набит Кристиниными вещами. Я насчитал восемь пар обуви!

— Кристина, зачем ты берёшь столько туфель? — спросил я, когда она вернулась в мою комнату.

— Носить.

Сама безмятежность.

— Восемь пар на десять дней??

— Ну, просто если я что-то не возьму, мне потом это обязательно понадобится. У меня так всегда. Поэтому пускай лучше будет лишним, чем недостающим.

Я закатил глаза. Кое-как впихнул в ее чемодан запасные джинсы и пару шорт, несколько футболок и пар обуви. Больше не поместилось. Чемодан застегнулся с очень большим трудом.

Но мне нравилось узнавать Кристину все больше и больше. Другую ее сторону, ту, что в обычной жизни. Мне понравилось выбирать с ней, где жить, решать, на сколько дней ехать. И даже понравилось впихивать свои немногие вещи в ее доверху набитый чемодан.

Почти всю дорогу до дома отдыха Кристина в машине спала. Мы снова поздно уснули, вымотанные друг другом и нашей любовью.

Домик в лесу оказался даже еще лучше, чем на фотографиях. Внутри пахло деревом и уютом. Панорамные окна гостиной первого этажа смотрели на сосны. Через эти же окна открывался выход на веранду. Я сразу заказал у менеджера завтраки, обеды и ужины на двоих в дом. Скосил глаза на Кристину и поймал ее благодарный взгляд.

Разобрав вещи, мы сразу же отправились на прогулку по лесу, затем вышли к реке. Повсюду красиво пели птицы, людей на удивление было мало. Тишина, лесной и речной воздух, Кристина рядом — кажется, я вывел формулу своего персонального счастья.

Мы решили отправиться в наш лагерь на следующий же день. Дорога до него заняла 15 минут. И то, что мы увидели, просто повергло нас в шок.

Лагеря больше не было. Стояло старое заброшенное здание, поломанные качели с облезлой краской, на асфальте валялось множество осколков от стекла. У Кристины потекли по щекам слезы.

— Максим, ну почему его забросили?

Я привлёк ее к себе.

— Видимо, оказался больше не нужен. — Мы мгновение помолчали, а потом я решил немного отвлечь ее от грустных мыслей. — На этом дворе я первый раз тебя увидел. Ты сидела одна на лавочке, у тебя был за спиной маленький розовый рюкзак. Я хотел к тебе подойти, но меня опередили какие-то девочки, который позвали тебя играть в прятки.

Она удивленно подняла на меня голову.

— А разве не на пирсе ты меня первый раз увидел?

— Нет, на пирс я поднялся специально к тебе, чтобы познакомиться. Я две недели на тебя смотрел и все ждал, когда же ты останешься одна, чтобы я мог к тебе подойти.

— А почему не подходил, когда я была с кем-то?

— Не знаю, стеснялся.

Мы замолчали. Так и стояли в обнимку, смотря на заброшенное здание, которое сыграло в нашей с Кристиной жизни ключевую роль.

— Я люблю тебя, мой герой, — тихо сказала она через какое-то время.

— И я тебя.

Я взял Кристину за руку и повёл к машине. Теперь мы хотели найти пирс. Это было нелегко, потому что от лагеря до реки нас возили на автобусах, дорога занимала минут 15. Путь ни я, ни Кристина, естественно, не помнили. Но, в принципе, тут к реке ведёт всего одна более-менее заасфальтированная дорога. По ней мы и поехали. Мы нашли пирс почти сразу. Тоже заброшенный и заросший травой. Некогда благоустроенный песочный пляж почти полностью был в мусоре.

Мы поднялись на пирс и осмотрелись. Тогда он казался таким большим, сейчас же — совсем маленьким. Я подошёл к краю и посмотрел в воду. На удивление она была очень чистой. Даже было видно маленьких рыбок.

Я снял с себя футболку и шорты, сбросил обувь.

— Максим, что ты делаешь?! — Воскликнула Кристина.

— Собираюсь прыгнуть.

И не дожидаясь ее ответа, я нырнул вниз головой. Всплыл на поверхность и крикнул Кристине.

— Давай ко мне! Вода офигенная.

Она стояла у края с широко раскрытыми глазами.

— Нет, у меня до сих пор страх перед этим местом.

— Кристина, прыгай! Или ты по-прежнему не умеешь плавать? — Я хитро прищурился.

— Умею! И уже давно.

— Тогда давай ко мне!

Она мгновение посомневалась, но все же стала снимать с себя одежду. Оставшись в одном купальнике, подошла к краю, еще раз со страхом посмотрела на воду, но в итоге крепко зажмурив глаза и закрыв нос, все же прыгнула бомбочкой. Всплыла на поверхность, сделала громкий вдох, но все еще оставалось с закрытыми глазами.