Его поневоле - Дилноза Набихан

Глава 6

Громко хлопнула дверь, оставив меня наедине с роем мыслей в голове и с чувством унижения. Ощущение, будто меня разбили на множество осколков, и теперь никогда не смогу собрать себя. Никогда не представляла свой первый раз с мужчиной так. Меня чуть ли не силой взяли, а потом говорит, что сама виновата? А как я должна была сделать? Он же ясно дал понять ещё утром, что намерен трахнуть меня, даже если я не соглашусь. Как он там говорил?

«Если будешь паинькой, конечно, отпущу. Хотя, меня не волнует, согласишься ты или нет, но я все равно намерен заполучить тебя». Кажется, так он сказал.

Сколько я ещё должна терпеть к себе такое отношение? Сколько ещё он собирается унижать меня?

Встав с места, подобрала разорванное почти в клочья платье, потопала в сторону ванной комнаты, чтобы стереть с себя его следы. Особенно, хотелось хорошенько почистить зубы.

При мысли о своем рте, меня чуть не стошнило. Наверно, теперь никогда не смогу позволить себе такой вид секса.

Забравшись в кабинку душевой вместе с тем же платьем, будто оно могло мне помочь в чем-то, в чем сильно сомневаюсь, включила холодную воду. Словно тысяча игл вонзились в мою кожу, зажмурилась, когда холодная вода окатила мое тело сверху, заставив задрожать и дернуться в сторону. Но усилием воли, заставила себя стоять на месте. И когда уже не было сил терпеть, включила горячую воду и осела прямо там, обняла руками колени и всхлипнула. Непролитые слезы душили меня, в горле стоял комок, и мое тело мелко трясло от холода, потому что спина соприкасалась с холодным кафелем позади. Сколько себя ни уговаривала, что не буду больше плакать, не получилось. Прекратить истерику не получалось. Последний раз я так плакала, когда моя одноклассница Беляева обозвала меня сиротой, потому что у меня не было отца. Тогда об этом я не могла рассказать никому, даже маме, как бы мы ни были с ней близки. Не хотела ранить её душу. Теперь вот снова, но сейчас никого рядом со мной. Даже единственной подруги Дайны.

Упершись лбом в колени, закрываю глаза, пытаясь не думать ни о чем и ни о ком, и в итоге засыпаю прямо там. На полу в душевой, под горячей водой.

Почувствовала, как меня подняли, прижали к чему-то теплому — подозреваю, это был мой похититель — а после опустили на что-то мягкое. Несколько раз попыталась открыть глаза, но в итоге услышала голос мужчины:

— Тш-ш, маленькая, спи.

Кажется, в ответ я застонала, потому что не осталось сил ни говорить, ни отстраниться от мужчины. Вскоре снова заснула.

В следующий раз проснулась, потому что было очень жарко. С трудом открыв потяжелевшие веки, уставилась в темноту, пытаясь сфокусировать взгляд. В комнате стояла темнота, и сзади ко мне прижимался мужчина. Одна рука находилась у меня на обнажённой коже, и ощущения такие, словно я лежала голой. Не чувствовала на себе нижнее белье, хотя отлично помню, что в душ заходила в нем. Убедившись в отсутствии на мне предмета одежды, судорожно вдохнула воздух. Меньше всего хотела разбудить спящего мужчину. Воспоминания того, как он вгонял в мой рот свой толстый член, были ещё живы. Не знала, что на этот раз он выкинет. Поэтому попыталась не дышать громко или резко не шевельнуться. Нужно было действовать тихо и незаметно. Хотя, боюсь, в моем случае это было невозможным. Его собственнические объятия буквально душили меня, даже во сне он крепко держал меня так, что не вырваться. Даже во сне он контролировал меня, мои действия. Это было какое-то сумасшествие.

— Тебе уже легче? — замерла как мышь, боясь шевельнуться. Мне послышалось?

Но вскоре руки мужчины уверенно поднялись выше, чуть задели грудь и коснулись лба, будто проверяли наличие температуры.

— Температура ещё не спала, — и вдруг я поняла, почему мне было жарко в его объятиях. У меня банально поднялась температура! Ах, да, я же заснула на полу в душевой кабинке. И сколько я там просидела, что уже успела заболеть?

— Мамочки, — прошептала, когда его руки вновь коснулись обнаженной груди. И если в первый раз это случилось чисто случайно, то уверена, в этот раз мужчина специально сделал. По спине прошел холодок, и на всякий случай свела бедра вместе.

— Я знаю один способ, как сбить температуру, — полушепотом произнес он, и его руки оказались на животе. Каждый участок тела, где касались его руки, будто горел огнем.

— Н-не надо, пожалуйста.

— Что не надо, Нина? Обтирать твое тело, чтобы сбить температуру? — меня быстро перевернули на спину, и я не видела, но чувствовала чужое дыхание на щеках. — Так, что не надо? О чем ты подумала, Нина?

Щеки вспыхивают от его вопроса. И сейчас темнота играет в мою пользу, ведь он не видит мое лицо. Как я краснею. Это можно спихнуть на температуру, если вдруг он почует. И если стыд можно как-то скрыть, то учащенное дыхание выдает меня с потрохами.

Лед — взрослый мужчина, сразу раскусит мой обман. Как и его руки, которые гладят живот. И, о чёрт… он снова без одежды! Мы оба голые! Его вздыбленный член утыкается в мои бедра, заставляя раз за разом краснеть до корней волос.

В следующую минуту мужчина включил настольный светильник и встал с места. Прикрывая обнаженную грудь пододеяльником, привстала, упершись спиной в изголовье кровати и провожая обнаженное тело взглядом. Он даже прикрываться не стал. Это вообще нормально?

Мужчина вернулся через несколько минут, с круглым тазиком. Думаю, в него он набрал воду, чтобы обтирать меня. Боже, я собираюсь позволить ему это сделать? Правда?

— У тебя такой вид, будто собираюсь тебя казнить.

— А вы не собираетесь? — ляпнула хрипло, не подумав. — Извините, не это хотела сказать…

— А что хотела? — мужчина хмыкнул. — Мне все больше и больше начинает нравиться твой характер, — я не заметила, как он начал обтирать тело. Отвлекал мое внимание, гад!

— Давайте я сама? — даже протянула руку, чтобы он уже отдал мне тряпку. Но он никак не отреагировал, продолжая свое дело.

— Подними руки, Нина, — его лицо оказалось очень близко к моему, что я невольно дернулась назад. — Мне, конечно, нравится твоя дерзость, хотя дрожишь и противоречишь сама себе, но здоровье важнее.

— Сама! — я тоже не хотела сдаваться. Однако моего упрямства хватило только на то, чтобы в следующий момент капитулировать. Стало так обидно за себя, что хотелось плакать.

Стоило мне только поднять руки, как пододеяльник соскользнул, оголив грудь. Схватить его и вернуть назад не успела, потому что мои руки были захвачены. Подняв глаза, утонула в его. Даже забыла, что должна бояться его и ненавидеть.

— Хотя можно вылечить температуру и другим путем.

С этими словами он набросился на мои губы, грубо сминая их, и втолкнув в рот свой язык. На минуту я потеряла дар речи, широко распахнула глаза от шока, и не попыталась оттолкнуть его от себя. Все случилось так быстро, что не поняла. Даже не заметила, как оказалось лежащей, а он сверху на мне, придавив своей тяжестью.