Только на одну ночь - Джина Шэй

А спортивные леггинсы и стройные ноги Сапфиры явно относились друг к дружке с обожанием. Потому что зрелище было прекрасное. Эд аж завис на мгновение, пытаясь вспомнить, зачем он сюда вообще приперся и в чем собственно состоял его план. Задницу и грудь девушка спрятала где-то под спортивной же, очень широкой футболкой. И это было хорошо, потому что так зависать на отцовскую любовницу, которую вообще-то терпеть не можешь — не особо статусно. Не донашивать же за отцом… Сабу. Вот еще. В конце концов, в Москве достаточно саб, хоть каждую сессию меняй.

— Если ты искал анальных приключений, мой мальчик, ты зашел не по тому адресу. Мои страпоны я об тебя марать не буду, — ехидной улыбкой расцвела язва. Вот кстати самый главный её недостаток — слишком длинный язык. Наверное, поэтому с Домами до отца у неё не срасталось.

— А что, много страпонов в твоем распоряжении имеется? — Эд поднял брови. Говорил максимально мирно и вообще демонстрируя тоном расположение. Сейчас нужно было вызвать диссонанс с самим собой, чтобы дать почву для подозрения, что тогда он прикидывался.

— Все что есть — все не про твою анальную честь, — фыркнула Сапфира, скрещивая руки на груди.

— Почти стихи вышли, — хмыкнул Эд.

— Каким ветром, товарищ мудак? — снисходительно поинтересовалась Сапфира, и Эд с раздражением отметил, что смотрит она на него как на червяка, пачкающего её лакированные лодочки. — Ты думал, что я тут рыдаю, заламываю руки и мечтаю все исправить?

— Пригласи войти для начала. А там поговорим, — терпеливо произнес Эд, пытаясь проигнорировать выпад.

Сапфира подняла краешек губ, и ни капли дружелюбнее выражение её лица не стало.

— Может, тебя и в спальню сразу проводить? — скучающе поинтересовалась она. — Серьезно, сладкий, брал бы ты свои яйца в правую руку, пока есть что брать, и катился бы ты отсюда к той дуре, которая приняла от тебя ошейник. И командуй тоже ею.

— У меня нет постоянной сабы, — буркнул Эд. Хрен его знает почему. Это вообще было не её дело. У него не было времени на все это. И желания не было связываться с кем-то на регулярной основе. Нельзя было превращать какую-то одну сабу в привычку. А то можно же и контроль потерять, как потерял отец. Может, еще и жениться на сабе? Нет, никаких привычек. Не смешивать собственные увлечения и личную жизнь.

Но насмешливый взгляд Сапфиры и эта её высокомерная улыбочка серьезно выбивали Эда из колеи. Какого хрена она так на него смотрит?

— Ну да, — Сапфира вздохнула. — Иного я и не ждала. Никто с тобой серьезно не свяжется. Ты же одноразовый. От тебя этим за километр несет.

— А ты, похоже, разбираешься? — огрызнулся Эд.

Что за дурная баба вообще? Рядом с ней Эд себя ни разу не чувствовал ни Домом, ни взрослым состоявшимся мужчиной в принципе.

— Одноразовых мальчиков я видела немало, — Сапфира дернула узким плечиком, будто отталкивая собеседника от себя. — Одноразовых Домов — тоже. Вас много — модников, без пороха, которые не могут произвести впечатления без игрушек. Но меня такие не интересуют.

Она будто взяла за цель довести Эда до белого каления. С какого хрена она судила, даже толком его не зная? Ладно, детка, подожди. Через пару недель сама будешь жалеть, что сейчас так себя вела. Сама наденешь ошейник. И вот тогда-то Эд с тебя и спросит. За каждое слово.

— Меняю посылку от Козыря на чашку кофе. — Переругиваться можно было безумно долго, но пора бы уже начать атаку с неожиданного фланга.

О да.

Ну, наконец-то маневр удался с нужной эффективностью.

Язвительная усмешка на губах Сапфиры подзавяла. Она испытующе уставилась на Эда. Опустила взгляд на коробку в его руках.

— Объясняйся, — медленно произнесла она. — Ты от него? От Алекса?

Как она это сказала… Одним тоном выделила “Него”, будто с большой буквы, будто говорила действительно о самом важном человеке своей жизни. Где-то внутри Эду вдруг даже стало завидно. Хотел бы он, чтобы хоть одна женщина в его жизни придавала ему столько значения. Хотя… Ну чего это стоит? Изображать можно все что угодно. Если Сапфира предполагает, что отец еще может к ней вернуться, она будет прикидываться невинной овцой, лишь бы её Доминанту о ней передали только самое лучшее. Нет никаких гарантий, что она тут прямо ждала отца и ничего себе не позволяла. Да что там гарантии, Эду в это и верилось-то с трудом.