Тирамису - Ксения Черногорская

Я обдумываю всё это в поднимающемся лифте и с ужасом представляю себе картину, где Артур отказывается со мной работать, а Марина Петровна вынуждена доложить об этом генеральному. Собственно говоря, на этом моя карьера в этой компании закончится, а если и не закончится - мне в любом случае очень нескоро доверят руководить проектом такого масштаба.

Если же я доведу этот проект до ума и заказчик останется доволен - передо мной откроются все двери, включая должность креативного директора в нашей дочерней компании. А я очень, очень этого хочу.

Марина Петровна звонит мне, когда я вместе со Львом Борисовичем занимаюсь эскизами наружной рекламы для известной московской школы танцев. Я выхожу в коридор и отвечаю на входящий вызов.

- Я что-то не пойму, Николаева, ты чего это мне не звонишь после встречи с заказчиком? У тебя всё хорошо?

- Вы про "Тирамису"?

- Ты дурочку-то не валяй. Разумеется.

- Всё хорошо, Марина Петровна, я просто заработалась. Танцы, кетчуп...

- Плевать на танцы и кетчуп. Что с "Тирамису"? Я могу на тебя оставить этот проект или нет? Ты сдашь его заказчику через шесть дней?

Я тихонько сглатываю, потому что в горле у меня как-то суховато. Водички бы сейчас попить...

- Николаева, что за пауза? Сдашь или нет?

- Он забраковал эскизы. Хочет "ню" с пирожными. Целевая аудитория - влюблённые пары, концепция - соблазн. Мало секса, говорит, в моих пирожных. Я уже отзвонилась фотографам, там всё окей.

- А где не окей? - подозрительно спрашивает моя начальница.

Голос суровее обычного, а мне и без этого страшно с ней обсуждать ультиматум заказчика. Особенно с учётом этого звонка ей во время переговоров. Она-то согласилась. В отличие от меня. Ну и как бы её ответ мне очевиден.

- Мы в ряде вопросов ещё не пришли к единому мнению, но в ближайшие сутки точно всё решится. Я с ним на связи и вам обязательно отзвонюсь, как только мы с Артуром придём к общему знаменателю. Вы не волнуйтесь, Марина Петровна, у меня всё под контролем, - зачем-то добавляю я и тут же мысленно жалею об этой фразе, потому что понимаю, что ею только усугубляю своё и без того непростое положение.

Мой ответ удовлетворяет Марину Петровну. По крайней мере она перестаёт фамильничать.

- Хорошо, Оксана, - отвечает она. - Держи меня, пожалуйста, в курсе. Если что-то будет не получаться с ним, сообщи сразу, я попробую тогда сама по удалёнке решить этот вопрос. Но вообще я очень на тебя надеюсь. Не подведи. Отнесись к этому проекту, как к реально очень ответственному заданию. Практически ко вступлению в должность. Или приёму на более самостоятельную и гораздо лучше оплачиваемую работу. Помнишь, да, что хорошие деньги платят за бОльшую ответственность, а не за другой труд?

- Помню, Марина Петровна.

- Ну так вот давай, дерзай. Я, между прочим, Константину Григорьевичу, фактически навязала эту твою самостоятельность. Он-то хотел перенести этот проект до моего возвращения, а у заказчика - сроки. И поскольку не получалось согласовать - Константин Григорьевич собирался отказаться и потерять хорошие деньги. Но я убедила его в том, что ты справишься. Так ему и сказала: "Оксана не подведёт"! Так что ты уж не подведи. Я за тебя поручилась.

Слыша это, я вообще хочу провалиться под землю и желательно, чтобы связь с моей начальницей при этом прервалась примерно на сутки. Дурдом полный. Она ещё и настояла на моей самостоятельности в разговоре с генеральным. Ну, полный дурдом...

Мы прощаемся и я понимаю, что у меня пылают уши. Ситуация в которой я оказалась для меня вообще в новиночку. Более того, ещё утром сегодняшнего дня я подобного даже предположить не могла.

Возвращаюсь к нашему маркетологу, но сосредоточиться на эскизах не могу, потому что бьёт мандраж и хочется пить. Набираю воду из кулера в пластиковый стаканчик и жадно пью.

- Лев Борисыч, - прикладывая руку к груди, говорю я. - Я буквально на пять минуточек отлучусь и сразу вернусь.

Просто, чтобы побыть одной, едва не бегу в туалет,  где после недолгих размышлений набираю Артуру в Вотсапе сообщение:

"Доброго дня, Артур! Подскажите, пожалуйста, в случае моего согласия, могу ли я расчитывать на то, что моего лица не будет видно на фотографии?"

Я даже поволноваться в ожидании ответа не успеваю - галочки сразу же окрашиваются синим и я вижу надпись о том, что собеседник печатает.

"разумеется"

"Спасибо" - пишу я и более-менее успокоившись, выхожу из туалета. В мыслях меж тем сумбур, потому что одновременно с работой, которую надо делать прямо сейчас, я решаю задачу по презентации оригинального ультиматума заказчика моему молодому человеку.