Любовь, которой не было - Ая Кучер

Они меня узнали.

Эта мысль бьёт в голове, не отпуская. Сейчас? Когда предлагали работу, уже знали? Зачем тогда брали на работу? Почему не сказали раньше? А на пляже…?

У меня вопросов слишком много. Обдумывать больше, чем в состоянии мой мозг. Особенно сейчас, когда Алекс не отходит. Стоит так близко, практически впечатывает своё тело в моё. И легко может заметить мурашки на коже.

– Раньше я была другой, - единственное, что приходит в голову. Правда ведь. Я изменилась, они тоже. Время никого не жалеет. – Может отойдёшь?

– Если это предложение, то… Мне и так хорошо.

– Мы вроде делали снэпы. Для них я должна быть одна на фото.

– Потом обрежут, принцесса.

– Алекс…

– Значит помнишь моё имя? Приятно.

Он играет со мной, а я правил не знаю. Тело быстрее реагирует, жаром внизу. Мужчина наклоняется медленно, возвышается. И я не могу отвести взгляда. Только слежу, как прорисовываются ямочки на щеках. Как кончиком языка скользит по губам.

Алекс ничего не делает и от этого ещё хуже. Себя совсем неправильной ощущаю. Мы виделись всего раз, вечность назад. У них нет права себя так вести. У меня нет причин так реагировать. Но при этом мужчина нагло укладывает ладони на голые плечи, а я превращаюсь в глину. Лепи что хочешь, только не переставай касаться.

– Сэм, ничего не скажешь? – пытаюсь обратиться к тому, кто всегда спокойнее себя вел. В тот Новый год Сэм был милым и учтивым, не приставал, не давил почти. – Если мы закончили с фото, то мне пора.

– Опять норовишь сбежать, красотка?

– Меня зовут Юнна. Юн-на. Если сложной запомнить, могу бейджик носить. Не красотка, не принцесса, не ещё какое-то шаблонное уменьшительно-ласкательное. Юнна.

– Прости, но принцесса тебе подходит больше.

– Да хоть Валькирия из рода Одина. У меня есть имя. Я же не зову вас… Как-то по-другому.

– А ты назови, принцесс, может мы и не будем против.

– Ты невозможен.

Я вырываюсь из чужих рук, направляясь к платью. Спасаюсь бегством. Мой любимый способ избегать проблем и неловкости. Что утром первого января сбежала, не желая разговаривать после ничего не значащего секса, что сейчас.

Поворачиваюсь спиной к мужчинам, одеваясь. Между лопаток чувствую их взгляд, но мне всё равно. По крайне мере, я так себя убеждаю. Они видели меня голой, а я лучше стала. Небольшие растяжки на груди не в счёт, да и скрыты за лифчиком. Ненавистная складка на животе ушла, ноги стали тоньше. И задница подкачалась, благодаря непрерывным тренировкам.

После Нового года и ночи с парнями я была уверена, что начну жизнь с чистого листа. Новый город, новая работа, новое всё. Не представляла насколько. Полгода пришлось пропустить тренировок из-за наставлений врача. Тридцать первого июля в мою жизнь ворвался Марк, действительно меня всё. Начала тренироваться с удвоенной силой, превращая маленькую съемную квартиру в личный тренажерный зал.

Но именно Марк не давал опустить руки. Я обессилено падала в кровать, не зная, как совмещать три работы. Мой танцевальный класс с трудом оплачивал коммуналку и таблетки. Приходилось днём работать в маркетинговой компании, спасибо Мире за вакансию. По вечерам работала в службе доставки. И когда думала, что всё – вернусь домой, под крыло матери. Проще будет, пускай дальше рассказывает как нужно жить и контролирует. Именно тогда Марк смотрел на меня, улыбался слегка и дарил силы делать что-то дальше.  

Не устраивал истерик, что я вечно пропадаю. Не обижался, когда на завтрак были хлопья, потому что не успевала ничего. Удивительно легко было и спокойно. И напоминало, ради чего я стараюсь.

Отчим и Мира предлагали поддержку, готовы были безвозмездно давать деньги. Но я не хотела. Мать была уверена, что я сломаюсь. А я только закалялась сильнее с каждым днём.

– Значит в семь?

– Что? – пропустила всё, что мне говорил Алекс. – О чём вы?

– Ужин в семь, оставь адрес, мы заедем за тобой.

– Какой ужин?

– Исключительно деловой, конечно же.

– Зачем?

Ужинать с ними последнее, что мне нужно сейчас. Где ужин, там и бутылочка вина. И игры, которые обожают эти мужчины. И воспоминания, и приглушенные разговоры.

Я люблю мечтать о большем, поэтому фантазия уже рисует, как может закончиться этот «деловой» ужин. Слишком хорошо помню, как потрясающе умеют уговаривать мужчины. И от этих мыслей не могу нормально справиться с замком на платье.

– Ты же взрослая девочка, Юн-на, - Алекс произносит моё имя с хрипотцой, растягивая. Ловит язычок молнии и легко застёгивает. Но не спешит убрать руки с моей талии. – Должна понимать, что некоторую работу получают не за красивые глазки. Хотя они у тебя, безусловно, очень красивые.

Слова мужчины обжигают. В первую секунду – в прямом смысле. Он снова рядом, снова нависает. Горячее дыхание проходится по коже. После – от самих слов становится дурно. Смысла, который вкладывает мужчина в них. У меня богатое воображение, но не столько.

Подбородок дрожит от гнева. Они же… Они решили, что я прыгну к ним в кровать из-за работы и гонорара? Я и сама хороша, конечно. Красуюсь тут в одном белье. Да и у них был повод считать меня легкодоступной. Какая ещё девушка позволит втянуть себя в тройничек с незнакомыми мужчинами?