Пленница миллиардера - Лика Трой

Как же заводит, сучка, не помню такого стояка со школы.

Подхватываю ее, на диване места мало. Малыха вообще, веса нет.

Укладываю ее на спину, прижимаю к кровати. Не отрываясь от рта, стягиваю до конца штаны, отбрасываю в сторону.

Она начинает трепыхаться, как бабочка. Уже не вырвешься, расслабься, киса.

Пальцы утопают во влаге, когда я проникаю ей между ног. Девчонка пытается сжать ноги, но бессмысленно. Она нещадно течет, и сама этого пугается.

Скольжу по клитору, постепенно наращивая скорость.

Ее дыхание учащается, она жадно ловит воздух, и я отрываюсь от ее рта, переключаюсь на сосок.

Мне по-кайфу с ней играть. Нравится ломать. Заставлять делать выбор между аморальным и желанным. Поддаться страсти или сохранить гордость. Хочу, чтоб желание захлестнуло так, чтобы и сомнений не осталось. Поэтому я не беру ее силой. Пусть сама попросит. Униженно, скромно, покорно, стесняясь. И вот тогда я ей засажу.

Предвкушение затягивается, но оно того стоит. Я кайфую. Думаю, она мне еще долго не наскучит. А потом я опробую на ней весь свой инструментарий, уже не интересуясь ее желанием.

Хочется вцепиться ей в сосок зубами, но я сдерживаюсь, лишь всасываю его, играюсь языком.

Она выгибается дугой, стонет, руками мне в волосы вцепляется.

- Не надо, не надо, пожалуйста…

Останавливаюсь. Сверху ложусь, между ног бедрами скольжу. Членом упираюсь в мокрую дырочку. Смотрю в распахнувшиеся глаза:

- Ты же хочешь этого. Тебе нравится.

Она закусывает губу, в глазах борьба.

Требую:

- Скажи это.

Членом сильней давлю, головка уже у самого входа замерла. Лбом упираюсь в лоб, в горячие губы ей негромко говорю:

- Ты боишься быть шлюхой. Боишься своих желаний. Боишься, что уважать себя перестанешь. Постыдным это считаешь. Да?

- Да, - выдыхает она едва слышно.

- Боишься собак. Боишься меня. Боишься за отца, - перечисляю безжалостно, а рукой грудь ласкаю.

- Д-да…

- Значит ты трусиха? – сжимаю сосок двумя пальцами.

Стон.

- Но ты пробралась ко мне ночью. Сожгла сейф.

Пауза.

- Значит ты храбрая?

Двигаю тазом так, чтобы член скользил по клитору, но не входил внутрь.

- А-а-ах..

- Ты хотела приключений, - лизнув ее нижнюю губу, я слегка прикусываю и отпускаю. - Вот они с тобой и приключились.

Она выгибается подо мной, обмякает в руках, ерзает бедрами, глаза становятся блуждающими. Членом чувствую, как пульсирует ее влагалище, щедро выпуская теплую жидкость.

- Разреши себе. Отпусти страх. Ты хочешь, и это нормально.

Грудь вздымается под моей ладонью, я еле сдерживаюсь чтоб в нее не ворваться, стискиваю сосок до болезненного вскрика, сжимаю, кручу, распаляясь до предела.

- Признайся, что хочешь. Ну? Давай.

- Я…

- Говори.

- …хочу…

Я доволен.

- Вот и умничка.

Она ничего не успевает сообразить, как я приподнимаюсь, переворачиваю ее на живот, подхватываю под бедра. Вцепляется в подушку руками, вжимается в нее лицом, подавляя влажный всхлип предвкушения.

С хлюпающим звуком проникаю внутрь на длину головки. Хочу одним толчком пронзить, порвать преграду, но осталось последнее:

- Сама.

И она не выдерживает, послушно насаживается, с протяжным, глубоким стоном отдается мне. Врагу своего отца.

Камера в углу все записывает.