Смиритесь, мисс Чарльз - Екатерина Орлова

– Тони! Нам нужно два кофе и список всех проектов! ― крикнула она, повернув голову, а я скривилась от громкого звука.

– Пять минут, дамы! ― отозвался он.

– Вы можете вот так не кричать? ― попросила я.

Аманда фыркнула.

– А как еще нам было поговорить?

Я не стала отвечать на ее риторический вопрос и снова погрузилась в работу. Аманда сходила в свой кабинет, взяла планшет и устроилась на прежнем месте, а уже через пять минут на мой стол лег список текущих проектов и Тони поставил две чашки кофе. Аманда наклонилась вперед и мы сосредоточились на работе, решая, как распределить проекты таким образом, чтобы никого из клиентов не ущемить.

К шести вечера офис опустел. Аманда еще в четыре уехала на встречу, а Тони покинул рабочее место ровно в шесть, я же осталась в своем кабинете набрасывать идеи для проекта «Бит и Стэнли». Записала на листке, зачеркнула, подумала, переписала, перенесла в компьютер, повторила. И так десятки раз, пока у меня не появился набросок проекта, который хотя бы отдаленно напоминал то, что я видела перед глазами.

Я обожаю свою работу. В первую очередь за то, что она не дает мне заплесневеть мозгами. Они постоянно работают, двадцать четыре на семь. Даже когда сплю, я думаю. У меня в подсознании рождаются образы, сочетаются цвета, появляются слоганы, которые складываются из звуков и букв, кружат в воздухе в ожидании того, пока их упорядочат, сложив в предложения. А потом эти предложения будут цепляться за ваше подсознание, надоедая и напоминая. В голове будут прокручиваться дурацкие песенки, проноситься перед глазами люди в идиотских костюмах и с такими же лицами, а каждое из слов, которое вы увидите на экране, услышите по радио, прочитаете в газете, журнале или рекламном ролике, зацепятся за вас и не будут покидать еще долгое время. Вы думаете, кто это выдумывает? Маркетологи, специалисты по рекламе, те, кто творят магию слов и картинок так, чтобы она как можно дольше не отпускала вас.

Вы когда-нибудь замечали, как неосознанно мычите под нос песенку из рекламы, делая что-нибудь по дому? Или как в первую очередь обращаете внимание на те товары на полках магазинов, которые мелькают в рекламе. Думаете, они лучше по качеству, чем не раскрученные бренды? Чушь собачья. Такие же точно, а то и хуже иногда. Но что? Производитель не разрекламированных поскупился на рекламу, а потому теряет львиную долю своих покупателей просто потому что не вложился в раскрутку продукта. И такие товары не спасает иногда даже их кричаще яркая упаковка. Потому что рядом стоит его конкурент, имя которого у всех на устах. Реклама. Реклама. Реклама. Мы ее ненавидим и обожаем, потому что она рассказывает о новых продуктах. Из рекламы мы узнаем о новинках в различных сферах: от стирального порошка до эргономичной мебели и домов на колесах. И все это продают не производители товаров и не магазины. Это продают маркетологи. Именно за наше время и умения продать нам платят.

Однажды я общалась с парнем, который заказал у нас рекламу своей юридической фирмы, занимающейся бракоразводными процессами. Так вот Эд думал, что мне хватит пару дней, чтобы подготовить для него проект. Каково же было его удивление, когда я попросилась поприсутствовать на паре его заседаний в судах, на переговорах с клиентами, а потом еще взяла две недели на составление проекта. Сначала он возмущался и я предложила ему сделать для него проект за ожидаемые пару дней за ту же цену. Мне было, мягко говоря, непросто. Я перфекционист по натуре и не могу отдавать заказчикам сырые проекты. Но, как сказал Эд: “Dura lex, sed lex” (прим.: Закон суров, но это закон). А закон каждого, кто работает с людьми, гласит: клиент всегда прав. Так что я за два дня подготовила проект. Это стоило мне нескольких часов сна, легкого головокружения и впервые испытанной ненависти к своей работе, но я это сделала. Представила проект клиенту. Он сказал:

– Ну вот видите, Анна, можете, когда хотите.

В ответ тогда я только покивала. А потом спросила, не хочет ли он узнать, какой проект я бы подготовила, согласись он на мои условия. Он захотел. Ему стало интересно. Прелесть юристов в том, что они, как и маркетологи, сходят с ума от соревнований. Они как будто с молоком матери впитали жажду постоянного противостояния с кем-нибудь. Так что подбить Эда на мою авантюру было несложно. Мы с ним заключили пари: если ему понравится больше проект, который я представлю через две недели, то он оплачивает оба. А если не понравится, тогда оставляет себе только первый, а я довольствуюсь приобретенными впечатлениями от судебных дел и угощаю Эда ужином.

А потом начались две недели сумасшествия. Я даже усомнилась в том, ту ли я профессию выбрала. Эд в суде был просто великолепен, профессионал от макушки темных волос и до носков идеально начищенных туфель. Он выигрывал дела буквально по щелчку пальцев, так легко оперировал терминами и статьями из законов, что я едва поспевала следить за ходом его мыслей. Мое восхищение его легким ведение дела в суде было усилено во стократ, когда я увидела, как тяжело всей его команде дается поиск информации, которая может помочь в суде. Я видела, какие напряженные мозговые штурмы они проводили в конференц-залах. Какие горы документов перебирали, чтобы только докопаться до истины. Это был потрясающий опыт, вдохновляющий. Я возвращалась домой из офиса юридической фирмы и садилась за свою работу. Без конца и края сводила записи, которые делала в течение дня, крутила фразы, слагая из них цепляющие слоганы, подбирала цвета и делала наброски. Я ложилась спать далеко за полночь, а максимум в шесть утра была снова на ногах.

Проект для Эда был завершен через полторы недели из-за моего безудержного энтузиазма. Мы встретились за ужином в ресторане. Эд, усаживаясь напротив, сказал:

– Ну что ж, Анна, давай посмотрим, кто оплатит сегодняшний ужин.

Оплачивал он. Ужин и оба проекта. Он назвал мою работу магией, которую мы с Эм творим ежедневно. Полагаю, это была самая лучшая похвала нашему профессионализму. Моя работа и правда это своего рода волшебство, заставляющее людей зачастую покупать ненужные им товары. И делают они это, потом проклиная себя за то, что добровольно закусили крючок, даже не подозревая, что его забросила я.

И все в моей работе прекрасно, кроме некоторых раздражающих конкурентов. Таких, как Донован. Теперь он бесил меня еще сильнее, потому что я все чаще и чаще думала о нем. Поначалу я лишь хотела посмотреть на то, как он воплощает свое мастерство. Но теперь мне стало интересно: как он двигается при этом и двигается ли вообще, какое у него выражение лица. Как он злится и радуется новой идее. Я просто сходила с ума, потому что меня теперь привлекала не моя работа как таковая, а мое сотрудничество с Николасом ― самым раздражающим и сексуальным маркетологом из всех, кого я знаю. Ах, да, а еще бесило, что игрушка, которую подарила Эм, громко жужжит, мешая мне представлять себе… не игрушку. Черт, я всего за два предложения смогла упомянуть Донована и мою секс-игрушку. Я положила руки на стол и, спрятав горящее лицо в ладонях, громко застонала.

– Надеюсь, у тебя там никого нет под столом? ― услышала я низкий бас и резко подняла голову. В дверях моего кабинета стоял сам виновник моего стона и держал два пакета с едой на вынос в одной руке, а во второй ― кожаную сумку с ноутбуком.