Марко, я - твоя война! - Елена Николаева

— Угу… Фея с рогами, — бормочу я. — Где она? Эта психованная фея твоя?

— Не знаю. Сказала, возьмёт телефон в машине, и придёт обратно.

— Ха-ха-ха… — не могу сдержать неловкий смех. Меня накрывает истерическим припадком. — Придёт, как же. Ха-ха-ха! Мам, да она сожгла моё шале своими ароматизированными свечками. Смылась гадина, уже и след простыл. Где мой смартфон? — начинаю по привычке шарить ладонями по одеялу.

— Вот. Держи. Кому звонить собрался?

— Придуркам своим.

— Марк, родной, он всё-таки твой босс и товарищ.

— Ну вот пусть эти "братья-близнецы" и объяснят мне, где нашли на мою голову эту рогатую фею! Черт бы её побрал!

* * *

Не колеблясь, захожу в Инсту. В Direct выбираю абонентов и совершаю видеовызов. Осталось дождаться ответа, мать их! Высказать всё, что я о них думаю.

— Доброй ночи, Марк! — финансист первым включается в чат, присаживаясь на диван и принимая чашку кофе из рук жены.

— По какому поводу брифинг? — на связь выходит Гаур, вытирая полотенцем влажные волосы. — Мы же вроде всё обсудили полчаса назад. Марк? Что там у тебя мигает? Это что, INEM? Ты чего, старик, на больничной каталке прохлаждаешься? — настороженно всматривается в экран.

— Ну что, подпольщики хреновы, наигрались в сутенёров-шпионов? — приподнимаюсь на локте, чтобы навести камеру на руины моей недвижимости. — Давно вы её завербовали? Вы кого, блять, заслали в моё шале?! Этой психованной девице русской национальности премию «Оскар» нужно вручить за лучшую террористическую роль года!

— В смысле… кого? — не догоняют оба.

Два подкаблучника, черт бы их побрал!

— Претендентку вашу на роль хрен знает кого! С какого перепугу вы мне её прислали? Я развлечений на выходные не заказывал. Эта бешеная террористка едва не лишила меня жизни, сожгла моё шале и смылась в неизвестном направлении! Слышите?! Сожгла, блять! Моё! Шале! — делаю глубокий вдох и уточняю: — Бедствие и несчастный случай входили в оговорённый пункт вашего безумного плана? Чья идея? Ваша или может быть ваших жёнушек. М? То-то я смотрю, им неймется меня на русской женить. Ни хера! Со мной этот номер не пройдёт! — переключаю камеру и навожу на толпу, ментов и пожарников, затем снова меняю на себя.

— Ты о чем, Марк? Какая террористка? В смысле сожгла шале?

— Да где ж таких выбирают? А? — не могу унять возмущения. — Какой-то спецотряд поставляет? Из какого агенства? «Огненная Геенна»?

— Марк! Марк! Хватит, старик. Успокойся. Ты слегка не в себе. Не знаю, что там у тебя стряслось, но уверен на сто процентов, что ни я, ни Лекс, ни наши жёны к этому не прилагали руку. Давай поподробнее. Ты в порядке?

— В рубашке я родился. У тебя ключи от шале есть, Гаур.

— И что? Мне больше нечем заняться, как подсовывать тебе девку на ночь?

— Русская? Серьёзно? — недоумённый финансист бросает взгляд на свою жену, почёсывая пальцами сморщенный лоб.

— Да, вы, блять, издеваетесь, что ли? — не выдерживаю напряжённой болтовни.

В голову настойчиво лезет гребаное выражение: «Штирлиц, вы признаёте, что являетесь русским шпионом?» — «Ни в жисть! Я просто развлекаюсь!»

Вот и этих хрен поймёшь. Развлекаются или нет. Алекс до последнего не верил, что Елена и Софи не были знакомы в «день крещения» виагрой. Долго же он сопротивлялся против кармы, аж сутки! Пока не утащил девчонку в горы и, спустя десять дней, не надел ей на палец обручальное кольцо.

Балабол чертов.

— Сеньор Марко, — отключая рацию, полицейский докладывает о результатах работы пожарников. — Возгорание потушили. Огонь быстро удалось локализировать. Опишите нам подробнее ситуацию, и мы составим протокол. У кого-то есть ещё ключи от вашего шале?

— У родителей, у домработницы Филиппы. Она сегодня здесь убирала, как раз перед моим приездом готовила ужин.

— Нужно будет с ней связаться, немедленно. Девушку опишите, чтобы мы могли составить фоторобот.

— Сейчас, одну минуту, — переключаю внимание на мужиков и прощаюсь с ними.

— Как закончишь с показаниями, набери, — говорит Гаур перед тем, как отключиться.

— Давай, Марк, — прощается Алекс, — до встречи, старик.

Фоторобот, блять… — мысленно напоминаю я себе, сжимая в ладони девайс.

— Фантомас с голыми сиськами, а не фоторобот, — ворчу про себя, не зная с чего начать.

* * *

Похоже, Филиппа последняя, кто может ответить на возникающие вопросы.

Их слишком много роится в моей голове, и первый из них: «Почему не включила сигнализацию, покидая шале?» Оповещение об активации кода так и не пришло мне на телефон.

Набираю её номер.

Женщина отвечает достаточно быстро, за что я ей благодарен.

— Доброй ночи, сеньор Марко, что-то случилось? — спрашивает и, как обычно, начинает отчёт:

— Ужин я оставила на плите. Забыла вас предупредить, что в ванной комнате розетка шкварчала, та, что рядом с зеркалом. Меня сегодня едва не ударило током, когда я пыталась подключить пылесос. Искры посыпались фонтаном. Её бы заменить. Может вызовите электрика, пусть посмотрит, что там с проводкой происходит.

Сцепляю зубы, сдерживая мат во рту.

Если причина возгорания кроется в замыкании электропроводки, то дело дрянь. Но мне слабо в это верится.

Версия, в которой виновата вандалка, больше по душе.

Хотя бы потому, что нестерпимо хочется её найти и обвинить во всех смертных грехах, выплеснуть на психованную весь свой гнев, который она во мне подняла, словно придорожную пыль.

В конце концов ненормальная идиотка едва не отправила меня к праотцам!

В добавок ещё и покалечила.

Благодаря своей заботе, едва не поджарила мой зад.

Это ж надо было додуматься — выплеснуть пузырёк спирта на полотенце!

Но я тоже хорош. Признаю. Швырнул его по неосторожности в огонь. Только вывод всё равно напрашивается другой: виновата ОНА, чтоб её! И только ОНА!

И отвечать за пожар придётся тоже ей!

— Так, а что случилось? — переспрашивает Филиппа, вырывая меня из раздумий.

— Если не считать сожжённого шале, то ничего. Самая малость, — вещаю ироничным тоном. — В своём доме я встретил наглую особу, которая заверяла, что она арендовала его на время для отдыха. Ничего не хотите мне объяснить?

В трубке повисает тишина, иногда нарушаемая невнятными звуками и кваканьем: «…э», «…а», «…ээм»…

— Филиппа?! — рвётся моё терпение.

— Боже… этого не может быть… — озадаченно мямлит она. — Я не могла перепутать брелки. Я дала ей ключи от девятого номера. Тот, что у нас лучше других востребован среди клиентов. Элизабет показалась мне добропорядочной, вежливой женщиной. Заплатила всю сумму сразу. Моя внучка заболела. Пришлось скоропалительно совершить сделку и умчаться к зятю домой. Как это шале сгорело? — наконец до неё доходит главная новость дня.