Только твоя - Саманта Аллен

Но уже через секунду Дэниел Хьюз заставил меня пожалеть о своём поступке и омыть его горькими слезами.

— Значит, не хочешь по-хорошему?

Дэниел Хьюз отёр мой плевок краем футболки, его пресс обнажился — прокачанные, доведённые до совершенства, точёные кубики и косые мышцы живота.

— Ты сама напросилась на воспитательную порку! — рыкнул мужчина.

В два счёта он избавил меня от простыни, словно я не держалась за неё изо всех сил.

— На колени!

— Ни за что! — крикнула, едва не срывая голос.

Дэниел Хьюз смерил меня гневным взглядом. Он был полон решимости довести обещанное дело до конца. Схватился за край простыни и оторвал от неё длинный лоскут.

— У тебя есть пара секунд, чтобы встать на колени и попросить прощения. — Голос мучителя был полон ледяного спокойствия. Он стоял так, что перекрывал путь к единственному отходу — к двери. — Встань на колени, Лоррейн Вуд, извинись и признай меня своим… хозяином!

— Аппетиты у тебя огромные, твоё ублюдское эго безразмерно! Надеюсь, оно лопнет! — взвизгнула я, бросаясь на балкон.

Попытка провалилась. Мужчина настиг меня и скрутил запястья за спиной. Перехватил их лоскутом, оторванным от простыни. Он связал меня! Толкнул к кровати, нажав на какую-то точку под коленями так, что ноги подломились. Я рухнула на ковёр, как подкошенная. Дэниел Хьюз поставил меня на колени, как и обещал. Краем глаза я заметила, что он подобрал отброшенную плётку.

— Итак, Лоррейн… — Сильные пальцы впились в мои волосы на затылке. Он вдавил меня лицом в покрывало и пинком расставил бёдра шире. — Тебе очень повезло, что ты оказалась в моих руках. В противном случае тебя бы уже выставили на аукцион. Целочек любят покупать и вытворять с ними разное… — Дэниел говорил медленно, растягивая слова. Водил хвостиками плётки по спине, покрытой испариной. — Вместо этого ты оказалась в руках мужчины, готового превратить твою жизнь в сказку… — склонился над ухом, лизнул мочку и стал посасывать её. — В сказку, Лорри.

— Ты не сказочный принц и не добрый парень. Ты… Ты… Синяя Борода! Чудовище! Ненавижу тебя всей душой. Плюнула бы тебе в лицо ещё раз! — сдавленно высказалась.

Отчасти я понимала, что испытываю терпение мужчины, не привыкшего, чтобы ему отказывали. Дэниел Хьюз — не из тех, кто будет терпеть капризные выходки. Он любит доминировать и подавлять. Любит власть. Я чувствовала каждой клеточкой тела, что мучитель смаковал моё унижение.

— Я твой Хозяин. Поняла? Скажи «да, Хозяин». И я не стану тебя пороть, — пообещал Дэниел, погладив мою попку. Я упрямо мотнула головой. — Да, Хозяин, — подсказал Дэниел Хьюз.

— Ни за что! Ты не услышишь этого. Ты просто извращенец и моральный кретин! Плюю на тебя и на твои деньги!

— Ты сама этого захотела! — рыкнул мужчина, схватившись пальцами за мою ягодицу. — Я давал тебе шанс. Вспомни об этом, когда будешь проклинать меня.

Я задёргалась, пытаясь вырваться. Но Дэниел нажал на поясницу локтем и размахнулся. Тишину рассёк свист плётки. Через мгновение мою попку обожгло хлёстким ударом. Слёзы брызнули из глаз.

— Один, — ровным голосом сказал Дэниел.

Ещё удар.

— Два!

Снова ударил.

— Три.

Потом положил ладонь на горевшую после ударов кожу.

— Тебе девятнадцать, Лорри. Твоё сегодняшнее наказание — девятнадцать ударов. В следующий раз твоя ноющая задница подскажет тебе, что нужно держать язык за зубами и уважать язык силы.

— Это единственный язык, на котором ты можешь разговаривать! — всхлипнув, прорыдала я. — Другие способы недоступны монстрам, вроде тебя!

Дэниел рыкнул и показал, что первые три удара были сделаны даже не в четверть силы. Он прижал меня к кровати и принялся шлепать. Свист плётки и звуки ударов стояли в ушах. Эхом раздавался спокойный голос Дэниела Хьюза, отсчитывающего удары плёткой. Он делал это холодно и спокойно — как фармацевт, отмеряющий порцию лекарства. Я не ощущала в нем ни капли человеческого тепла, ни животной ярости. Дэниел Хьюз стал карающей дланью, бесчувственным роботом. Удары сыпались один за другим. Весь мир превратился в обжигающую воронку боли. Нежная кожа на попке горела от ударов. Меня никогда не наказывали силой. Я была оскорблена до глубины души. Слёзы обиды и боли душили горло. Тело сотрясалось от спазмов. Каждое слово, каждый счёт были как пощёчина. Дэниел Хьюз бил не только мою попку, он бил меня прямо в душу, уничтожал все светлые и хорошие чувства. Его доминирующее поведение и повадки рабовладельца показывали, что в мире имеют значение только деньги и власть.

Больше ничего…

Богатый человек может растоптать, унизить, оскорбить и подвергнуть пытке наказанием.

— …Девятнадцать, — прохрипел Дэниел.

Я уже не понимала, где я нахожусь, устала вырываться и лежала безразличной куклой. Моя задница горела так, словно её не только отшлёпали, но и натёрли перцем чили. Дэниел погладил меня по ней. Я зашипела от боли.

— Красивая, но непокорная. Я буду выбивать из тебя дурь, Лорри, — склонился над ухом. — Выбивать и вытрахивать. Или то и другое. Я буду трахать и шлёпать тебя. Ты будешь извиваться, насаживаться на мой член и изнывать от желания. Будешь просить, умолять меня…

Я хотела послать его куда подальше, но едва смогла разомкнуть искусанные до крови губы. Но тут же плотно сомкнула их. Урод не дождётся ни одной мольбы о пощаде. Не уверена, что смогу сидеть, хочется орать в голос от боли — душевной и физической, но только не при нём.

— Да, Хозяин. Ты должна сказать это… — Я закусила губу. Дэниел выпрямился, но тут же пережал горло пальцами: — Скажи мне — да, Хозяин. — Я отрицательно качнула головой, роняя слёзы. Покрывало было уже намокло от них. — Сучка! Упрямая, дерзкая сучка! — рыкнул мужчина. Он сдавил пальцами мою шею так, что стало нечем дышать. Я дёрнула запястья — бесполезно. Только поранила нежную кожу. — Тебе страшно? Обычно в такие моменты человек становится покладистым. Но только не ты… — прохрипел мужчина. Я услышала характерный звук расстёгиваемой ширинки. Боже, нет! Только не это! Дэниел провёл пальцами по моей промежности. — Я превращу тебя в покладистую, мягкую, как шёлк, и послушную малышку…

Чёрта с два я стану такой, как ты хочешь! Тебе ни за что не удастся сломить меня. Я не буду безропотной, текущей самкой…

— Никогда! — просипела из последних сил.

Перед глазами кругами пошли чёрные пятна.

— Говори! — рыкнул мужчина мне в затылок. Его дыхание обожгло кожу головы — такое же тягучее, одержимое и страстное. — Не хочешь? — Дэниел поглаживал меня между ног. Я попыталась собрать волю в кулак и не отзываться на его прикосновения. — Я всё равно трахну тебя…

Я застыла от ужаса. Много раз мечтала о «первом разе», обсуждала его с девчонками и мечтала, что это будет незабываемо. Кристиан подготовился и устроил небольшой романтический вечер. Свечи, ароматические палочки, немного вина… Но мечты остались мечтами. Потому что сзади меня тяжело дышит взрослый, опытный и дьявольски опасный мужчина. Он старше меня на шестнадцать лет и сильно возбуждён. Поясницей я почувствовала его член. Он скользнул ниже и потёрся им о складочки. Потом внезапно поднялся и ткнулся между ягодиц. Я хотела сдержать эмоции, но завопила от ужаса. Неужели он изнасилует меня в попку?