Парижское танго - Ксавьера Холландер

– Послушай, – сказала я, – знаю, что для тебяэто все в новинку и ты немножко нервничаешь. Если ты чувствуешь, что тебе нужновремя привыкнуть, я тебя не заставляю, честно.

– Да что ты, нет, мне это нравится. Ты чистенькая, кактолько что выпавший снег, и я ничего неприятного не почувствовал. В самом деле,я хотел бы еще попробовать…

– В следующий раз. Ты меня разогреешь посильнее и тогдапопробуешь на вкус мои соки.

– Я попробую еще…

Его голова опять нырнула вниз, но я вытащила ее.

– Нет, – сказала я. – Для первого урока покадостаточно. Сейчас забирайся на кровать и я покажу тебе, что такое ласкатьголовой. Я буду указывать, как и что, поэтому не торопись и не пытайся изойти уменя во рту. Жаль будет напрасно потраченных усилий и времени.

Я стал целовать его в шею, затем перешла к соскам, которые,как и у большинства тинейджеров, были очень чувствительны. Я сосала их иощущала, как они твердеют у меня во рту.

Спускаясь с поцелуями, я добралась до члена, который вготовности ожидал меня.

Я уже готовилась взять его в рот, как вдруг остановилась. УМарти было только одно яичко.

Я поняла, что он почувствовал мое замешательство и знал егопричину.

– Ты заметила? – спросил он.

– Да.

– Ну и что ты думаешь об этом?

– Это… О'кей!

Мы затряслись в порыве безудержного смеха. Мы катались попостели в приступе неуправляемого, идиотского веселья, который, казалось,продолжался вечность и грозил нам икотой.

Я прервала смех внезапно и одним движением полностью взялаего член в рот.

От неожиданности Марти чуть не подпрыгнул до потолка. Отвосхитительной неожиданности, как он позднее признался мне, но все женеожиданности. Я делала с ним, все что знала и умела: обволакивала головкумягкой стороной языка, шершавой поверхностью водила по всей длине, а щеки работалинаподобие доильного аппарата.

Одновременно я мастурбировала себя. Я знала, что он скорокончит, и хотела, чтобы финал был хорошим.

Когда я почувствовала первые признаки наступающего у негооргазма, я позаботилась и о своем.

Как только я приняла сигнал, тут же вытащила член изо рта иуселась на него; член вошел в меня, как промасленный поршень в цилиндр,полностью и без всякой задержки, с первого раза. Глубоко. Я перехватила его какраз, когда он кончал, дала ему несколько резких толчков вверх и вниз и спермахлынула в меня, а мой собственный оргазм, как током, пронизал с ног до головы.Это было короткое, но чудесное траханье как для Марти, так и для меня, закоторым, как я надеялась, последуют еще многие.

Мы лежали на спине усталые и просто наслаждались наступившейтишиной, приходя в чувство. Молчание нарушил Марти.

– Вас, наверное, интересует это? – спросил он.

– Что?

– Ну, почему у меня одно яичко?

– Нет.

– А хотите узнать, почему?

– Только если сам захочешь рассказать.

– Примерно год тому назад одно из яичек стало расти исделалось в три раза больше нормального. Конечно, я сразу же пошел к доктору. Ябыл в ужасном состоянии. Врач сказал, что нечего волноваться, это случается, апотом яичко принимает нормальные размеры; иногда, правда, редко, оно полностьюрассасывается, исчезает. Он сказал, операция не нужна и, хотя не очень приятнопрожить всю жизнь с одним яичком, это не повлияет на потенцию и я смогу статьотцом. Так какого черта… если с одним яичком можно сделать то же самое, что стремя или четырьмя.

После этого объяснения мы опять потрахались.

Невероятно, но будучи юношей, Марти мог хорошоконтролировать себя и трахаться на протяжении нескольких часов, а именно это ибыло мне нужно. Когда эпопея кончилась, он обмяк и сказал, что выдохся.

Возможно, это было потому, что я использовала его во многихпозах. Я поступаю так с мужчинами, у которых члены, как у Марти, не оченьвелики. Мужчине с большим пенисом не нужны различные позы для полученияглубокого проникновения. Но член среднего размера должен немножко покрутиться ипоработать, если я хочу получить то, что хочу. Разнообразие поз, кроме того,дает разные виды трения. Помогает подушка под задом; хороши позы по-собачьи илиже когда мужчина стоит на коленях, а ноги женщины находятся у него на плечах.

Марти был знаком только с одной, одобренной миссионерамипозицией (для тех, кто не знает, что это такое, объясню: женщина лежит наспине, ну а дальше все понятно), и работал так, будто боролся за место вОлимпийской команде по траханью.

Когда он свалился в изнеможении, то искренне извинился.

– Слишком много, Ксавьера, – сказал он,запыхавшись. – Для парня, который трахался в жизни всего четыре раза поминуте, по типу сунул-вынул-и-пошел, это даже слишком много.

В следующие несколько недель я приложила максимум усилий,чтобы сделать мужчину из этого неоперившегося птенца.