Самая темная страсть - Джена Шоуолтер

Пожалуйста выслушай меня.

Пожалуйста помоги мне.

— Зачем ты это с собой делаешь Оливия? В любом случае он в конце-концов умрет.

— Лисандр.

Это произошло быстрее, чем она надеялась.

Спасибо, спасибо, и тысячу раз спасибо тебе!

Голос — который она назвала Искушением, — визжал в растройстве.

Не его.

Любого, но не его.

Я не выношу этого ублюдка.

— Тогда отвали, — отразала она, подозревая что покраснела.

Искушение явно ненавидело ее начальника, ангела, и только одно существо ненавидело ангелов — демоны.

Это Искушение было демоном.

Я вернусь.

Немного позже, детка.

Когда этот демон вернется, а она не сомневалась что он вернется, она должна сильнее защищатся.

— Оливия? — прозвучал голос Лисандра.

Она приоткрыла глаза.

Конечно же, ее наставник стоял в стороне.

Высокий, привлекательный, пульсирующий силой.

Его золотые крылья сложились за плечами, а его одежды колебались вокруг лодышек.

Он что-то спрашивал? Ах, да.

Зачем ты с собой это делаешь?

— Аэрон не может вот так умереть.

— Многие умирающие, на заслуживают того что с ними происходит.

Она, щитом своего тела, закрыла Аэрона, как и должна делать настояшая девушка.

— Тебе дали второй шанс с стовей Гарпией.

Я тоже заслуживаю второй шанс с Аэроном.

— И когда истечет это время ты будешь просить третий?

Сказал он не желая ей лгать.

— Зачем ты здесь Лисандр?

Она стиснула челюсть.

— Я здесь чтобы сказать тебе, что твоя молитва услышана.

Я здесь чтобы сказать тебе, что Аэрон будет исцелен, но в сою очередь, ты долна принести жертву, только таким образом.

Жертвоприношение.

Да, это было в порядке вещей.

Начиная с незапямятных времен, самопожертвование было чистым доказательством любви, и всегда имело достаточно власти, чтоб покалеюать божество. И Изменить мир.

— Я согласна.

То есть ты можешь сделать то зачем пришел и уйти.

Он оставался неподвижным.

— Разве тебе не интерестно, что ты потеряешь?

— Нет.

— Уверена? Ну, не важно.

Я в любом случае, расскажу тебе.

Ты потеряешь свой Голос Истины.

Другие, никогда больше не будут верить всему, что ты скажешь.

Никогда больше ты не сможешь справится с сомнениями.

Никогда больше, ты не сможешь определить когда тебе лгут.

И если ты решить вернутся на небеса и снова стать Ангелом, для чего ты и была предначертана, то твой Голос Инстины не вернется.

Ты навсегда лишишся этого.

Автоматически ее рука поднялась к горлу.

Потреять ее истину? Она потеряла бы руки как случилось с Гидеоном.

Как она сможет убедить Аэрона не сомневаться в ней, зная в душе, что она была права?

Ее взгляд метнулся к нему.

Он все еще такой бледный.

Такой изнеможденный.

— Хорошо подумай, — сказал Лисандр.

Каждый час, каждую минуту, ты выбираешь все более и более сложную дорогу.

И ты знаешь, что я вижу в конце этой дороги, независимо от того пути, который ты выберешь? Ты знаешь, что тебе ждет там? Смерть, Оливия.

Твоя смерть.

И для чего? Для того чтоб провести с ним несколько дней?

Еще несколько дней с человеком, который заключил сделку со мной.

— Ка-какую сделку?

— Я поклялся ему если он убедит тебя вернутся на небо, я буду убеждать Савет сохранить ему и его демону-спутнице жизнь.

Ее рот безмолвно открылся и закрылся.

Она была в шоке, от того что Лисандр теперь был готов боротся с Советом, после того как он отвергал ее просьбы, что в конечном случае и послужило ее падением.

Это так многое объясняет.

Секретная встреча Лисандра и Аэрона.

Почему, Аэрон не подарил ей последнее удовольствие.

Почему он хотел, заставить ее боротся, и познать суровость его жизни.

Она совсем ничего не значила для него.

Не возможно.

Как она могла, она понимала что он использовал ее в качестве разменной монеты? И все равно она восхищалась им.

Он был готов на все чтобы спасти того, кого он любит.

Чтобы спасти Легион.

Если бы только, она была этой любимой.

— Если я вернусь с тобой, ты можешь гарантировать что он будет жить? — прохрипела она.

— Я попробую.

Но это было совсем не похоже на гарантию.

— Но важно, то что он согласился, — добавил Лисандр прежде чем она смогла ответить.

— Он готов расстаться с тобой, чтоб спасти себя.

Боль в груди росла, поглащая ее, и не давая возможности вздохнуть.

— Значет ли это, что ты изменишь свое мнение об этом исцелении? — повторил вопрос Лисандр.

Надеюсь.

— Это жертва?

— Нет, — ответила она без колебаний.

Аэрон заботился о Легион больше чем о ней, да но она этого ожидала.

Но она не ожидала потерать его раньше, чем закончится отведенный им срок.

Ни смотря не на что, она не могла потерять его.

— Я по прежнему хочу заключить эту сделку.

Грусть наполнила глаза Лисандра.

— Тогда так тому и быть.

Как он произнес последнее слово, ее голосовые связки были изъяты.

На мгновение она не смогла говорить.

Немогла даже дышать, вместо звука издавалось бульканье.

Она когтями впилась себе в горло, ощушая как в ее крови бурлят огонь и лед.

— Это пройдет, — сказал Лисандр, который вдруг оказался рядом с ней и гладил ее по голове.

Это было тем, что он постоянно делал для нее, и она не согла обвинить его за то что он сделал.

Предложение поддержки.

Он всегда хотел для нее лудшего, и сейчас ничего не изменилось.

Он не плохой человек, и она постоянно напоминает ему об этом.