(Не)строго бизнес - Алекс Джиллиан

– Это она, – без тени сомнения говорю я. Опускаю стекло и закуриваю, откидываясь затылком на подголовник. Через пять минут Клайд подтверждает мои слова и возвращает телефон. Какое-то время мы молчим. Едкий дым царапает горло, наполняя легкие медленным ядом. Легче не становится. Мне пиздец, как хуево.

– Мы успеем, Эйд, – твердо произносит присмиревший Клайд. Я рассеяно киваю, сглатывая горький комок желчи, застрявший в горле. Я ни хрена в этом не уверен. Панический страх рвет на части грудную клетку, заставляя судорожно сжимать кулаки, потому что я впервые за долгие годы не знаю, чем закончится этот проклятый день и какие потери мне принесет.

Эмилия

Не знаю, сколько проходит времени, пока вся жизнь проносится у меня перед глазами, а Уэбстер выводит круги вокруг меня и без конца курит, отравляя меня никотином. Кажется, целая вечность осталась за плечами, прежде чем Серов подает свой предательский голос:

– Готово, – подводит черту ожидания Стас.

– Пол, проверь работу, – приказывает Уэбстер своему верному пажу и оруженосцу.

– Все чисто. Файлы уничтожены. Папки не открываются, – оценивает Баррет, нажимая несколько клавиш на ноутбуке. – Мы избавили тебя от ошейника, Джен. Теперь твой ход.

– Гоните мне мои деньги, и я отсюда сваливаю, – на блестящем английском чеканит Стас.

Мне даже смотреть на Серова противно. Сколько ему заплатили? Даже интересно, черт бы его подрал.

– С тобой приятно сотрудничать, – Пол протягивает Стасу две пачки упакованных купюр, и озвучивает ответ на мой вопрос: – Двадцать тысяч наличными.

Серов, не смущаясь, начинает пересчитывать деньги. Черт возьми, жизнь человека, на его взгляд стоит двадцать тысяч долларов?!

– Эмилия, мне очень нужны были деньги. Извини меня. Прощай, – сухо бросает Стас и поворачивается ко мне спиной, направляясь к выходу. Задыхаясь от бессильной злости, испепеляю Серова взглядом, все еще не в силах поверить в то, что это он оказался бумерангом в моем безобидном плане. Черт возьми, ну неужели я хотела многого, чего-то ужасного? Я просто хотела вернуть Львовичу компанию, а себе свободу. Мой план был максимально логичен, а обернулся необратимыми последствиями…

Мою мысль обрывает оглушительный выстрел, и в следующую секунду я слышу сдавленный вопль Серова, рухнувшего на бетонный грязный пол. Скрючившись, парень стонет от боли и отключается. Лужа крови разрастается вокруг его тела с бешеной скоростью, а я просто не успеваю обрабатывать происходящее. Тошнота сковывает желудок и горло, и я борюсь с рвотным позывом, поднимая воспаленный взгляд на Баррета с огнестрельным оружием в руке.

Нет, я в это не верю…не верю, что только что увидела это, что с такой легкостью, жестокостью, бессердечностью и в два счета уничтожают человека. Пусть оступившегося, пусть продавшегося, но я не желала Серову смерти… Никто не должен умирать вот так. В грязи. Из-за стодолларовых бумажек.

– Упс, – приложив ладонь к красногубому рту, хихикает Уэбстер, с нескрываемым одобрением глядя на Пола. – Неужели он рассчитывал на то, что мы не избавимся от свидетеля?

– А ещё программист. Где были его тупые мозги? – гнусно хрюкает Баррет, с удовлетворением пряча пистолет во внутреннем кармане пиджака.

– Что же мне с тобой делать, красотка? – игнорируя вопрос Баррета, Джен приближается ко мне вплотную, поддевая острым ноготком подбородок. Меня всю передергивает. – Как бы отомстить тебе за то, что соблазнила моего Адри? Я жуткая собственница, Эм. Я в обиде за то, что ты обскакала только моего Адри, – притворно ласковым голоском воркует Уэбстер. Раньше я видела безумных только в кино, а теперь наблюдаю воочию…нездоровый, маниакальный блеск в глазах Уэбстер подписывает мне смертный и мучительный приговор, а её голос обладает способностью проникать в сознание в форме острозубых щупальцев, лишающих способности трезво мыслить.

Не нужно быть психиатром, чтобы понять: у неё крыша поехала, причем давно. От этого ещё противнее кажется связь Адриана с этой полоумной дамочкой, но сейчас…я уже ни в чем его не виню. Может быть, уже для всего слишком поздно.

Невольно в глубинах сознания промелькнула всего одна мысль, обращенная к Адриану: «Чтобы ни случилось сегодня, ты будешь знать, что я тебя любила…как хорошо, что я сказала об этом. Пока была возможность. Вопреки, неправильно, сложно, не без обид и предательств, …но я любила тебя, Адриан».

– Делай, что хочешь. Я не боюсь тебя, Джен. Что бы ты ни сделала сегодня, ты будешь наказана. Тюрьмой или мучительной смертью, – яростно выплевываю я, не в силах сдержать в себе угрозы и эмоции. Да, я играю с огнем, но и молчать не могу.

– Какой милый и нежный голосок. Ничего, я немного подрежу твои связки, – мурлыкает Уэбстер, проводя ногтем по моей глотке. – Пол! – она резко разворачивается и плавной походкой от бедра, подходит к Баррету, который все это время стоит по стойке смирно, как верный пес, выполняющий данную ему команду.

– Да.

– Не хочешь, отполировать гланды этой детке? Руки у неё связаны. Всё, как ты любишь, – вжимаю голову в плечи, когда понимаю, что имеет в виду сука. Черт возьми, нет! Нет, только не это. Я не позволю…Господи, пожалуйста. Сделай так, чтобы Сергей Львович, как можно скорее нашел меня. Я не выдержу, не смогу, я не знаю, как вынесу подобное…

С отстраненным ужасом, я наблюдаю отвратительную сцену: Уэбстер резко расстегивает молнию на брюках Баррета, достает его вялый половой орган и своей холеной рукой, начинает методично и со знанием дела приводить его в боевую готовность, но далеко не для себя. Меня выворачивает наизнанку прямо в лужу с бензином, веки сгорают от непролитых слез.

– Ты уверена, Джен? – спрашивает Баррет.

– Я знаю, Пол. Ты хочешь её. Ты же пытался однажды поиметь её, правда? Не вышло…зато представляешь, как будет сладко взять эту крошку сейчас. Как приятно взять то, чем когда-то обладал Батлер, что отнял у тебя все… – Уэбстер науськивает Пола на меня, как бешеного пса, и я с ужасом понимаю, что его член уже давно готов к активным действиям.

– О да. Ты знаешь, что сказать, чтобы пробудить в мужчине желание, Джен… – хрипит Баррет, когда Уэбстер отпускает его и взглядом провозглашает команду «фас!». Я вся напрягаюсь, не зная, как в такой ситуации противостоять неминуемой участи.

– Займись нашей крошкой, а я пока верну Батлеру должок. Милая Эмилия, чтобы ты понимала степень своей наивности, – Джен обращает на меня отталкивающий взгляд. – Грязные секреты Батлера все это время находились у меня. Но я не могла использовать компромат против него, не могла предать огласке, не могла принудить Адриана сотрудничать со мной. А знаешь почему? Пока этот хитрый сукин сын трахал мои мозги и все, что находится ниже, его ищейки усердно искали информацию против меня. И нашли, малышка. Но ты меня выручила и помогла снова выровнять наши с Адри позиции. Поэтому я искренне считаю, что ты заслужила напоследок немного удовольствия, пока я исполняю свое давнее желание – превращаю вымышленную жизнь Адриана Батлера и его империю в пепел, – воркующим голоском озвучивает свои действия Джен. – Ему будет приятно узнать, что ты приложила к этому руку, детка № 13. Пол, я хочу, чтобы сучка охрипла от воплей, – блондинка широко улыбается своему подельнику.