Отпустить не смогу - Ирина Снегирева

Лилиана,10 лет

– Лилиана, дорогая, ступай к девочкам. Видишь, для тебя оставлено место с розовым бантом? – Отец, барон Эдварда Кларенс, слегка подтолкнул меня в спину. – Надеюсь, праздник удастся.

– И вам с мамой хорошего вечера! – тут же весело отозвалась я. И, сдерживаясь, чтобы не скакать вприпрыжку, направилась к столу.

Сегодня мы с родителями приглашены на приём к герцогу Генри Норфолку по поводу рождения младшего сына. Мои близкие проследовали в большой просторный зал, чтобы там вручить подарки и продолжить празднование за общим столом. А детям была отведена большая гостиная, в которой, кроме поедания угощения и чаепития, мы могли играть друг с другом.

– Лили, иди скорее! – воскликнула Анжелика. Она много раз приезжала к нам со своими родителями. Так что я уже могла назвать её своей подругой. Хотя, признаться, почти всех детей, сидящих за столом, я знала. И ни с кем не ссорилась. Да и когда?

Я направилась к указанному стулу, уже позабыв про то, что должна идти размеренно, а не бежать.

– Какое у твоей мамы красивое платье!– заметила Лика. – Когда я вырасту, мой муж мне купит такое же!

– А ты хочешь замуж? – удивилась я и даже застыла с салфеткой в руках.

Хотя подруга была старше, но я не видела смысла в муже. Зачем? Папа есть, мама тоже. И пусть у меня не мать, а мачеха, но она точно хорошая. Других детей в нашей семье не было. Может быть, поэтому меня все любили и баловали. Несколько лет назад осторожно спускаясь по чёрной лестнице, которая была отведена для прислуги, я случайно услышала, как горничные восхищались заботой обо мне баронессы Селены. И что не каждая мать о своём дите печётся, как эта добрая женщина. Не до конца осознав сказанное прислугой, я присела на ступеньку и вытянула шею. Слышно было плохо. Всё ещё не зная, как отреагировать, я застыла и забыла о предосторожности. Не знаю, когда за моей спиной появилась экономка, но женщина тоже оказалась не глухой. Именно она поставила в известность папу о том, что я была свидетельницей важного разговора. А вечером отец рассказал историю, в которую я долго не могла поверить. Даже сейчас считаю её каким-то сном или даже сказкой. Оказалось, что моя родная мама умерла почти сразу после родов от какой-то болезни. Отец женился на Селене, а я была слишком мала и привязалась к этой женщине. Может быть, поэтому папа всё откладывал признание. Но это неважно. Потому что уже на другой день мы съездили в наше загородное поместье, навестили семейный склеп. И вот там, как оказалась, вечным сном уснула моя мама.

– Все этого хотят! – авторитетно заметила Анжелика. – А ещё, чтобы не скупился на разные платья и украшения. Понимаешь?

Я кивнула соглашаясь. Конечно, если муж станет покупать платья и украшения, тогда пускай будет. И чтобы не ругал меня за то, что люблю скакать верхом. После той открывшейся правды папа привёз мне пони, на котором я ездила несколько лет. Но уже очень скоро у меня будет лошадка или конь. Да! Пожалуй, пусть муж мне и их тоже подарит. Ведь ехать в карете это одно, а сидя на спине стройного высокого животного – другое.

Насытились мы быстро. И уже вскоре играли в фанты, катали по полу большой надувной мяч, по очереди вспоминая селения нашего герцогства. А после Лика, на которой сегодня было надето великолепное белое платье, предложила играть в свадьбу. Себя она видела исключительно в роли невесты, а женихом стал очень красивый мальчик, чьё имя я всё время забывала. Кто-то согласился стать свитой, гостями, а я… Честно говоря, моё платье было не хуже. И даже лучше! А ещё туфельки, тоже белые… Вот только жениха для меня не нашлось. И вдруг стало так обидно! Сама не знаю почему, но захотелось шмыгнуть носом. Настроение играть пропало. Не желая ставить себя в неудобное положение, я незаметно вышла в раскрытые двери, ведущие в дивный сад герцогини. О розах Норфолка мама Селена упоминала много раз. Я решила, что уж лучше пойду, посмотрю на них, чем на задранный нос Анжелики.

На улице пока ещё было светло. Но уже кое-где горели факелы, а также магические фонарики. Я порадовалась, не заметив никого поблизости. И обойдя розовые кусты, устремилась по дорожке к небольшому фонтану. Подошла, присела на мраморный край и коснулась рукой воды. С досадой подумала, что лучше бы сейчас оказаться в поместье, искупаться. С местной ребятнёй я всегда ладила. И в следующий раз, когда мы поедем туда, то обязательно найду себе жениха. Или лучше двух! Сойдёт сын конюха или кузнеца. В этот момент из гостиной донёсся возглас Анжелики, а после раздался голос того красивого мальчика и всеобщий смех. Стало ещё обиднее, словно это они надо мной там потешались.

Слезу, скатившуюся по щеке и упавшую в фонтан, я даже не заметила. А вот проходивший мимо сын герцога Рейн Норфолк и его друг сын графа Аларик Дайсен почему-то разглядели.

– Это кто у нас тут слёзы льёт?

Я повернулась на голос и сжала губы, чтобы не сказать какую-нибудь колкость. Аларик сиял как начищенный медный таз. Я давно его знала. Дайсены владеют землёй по соседству с нашей. Кроме поместья, у нас есть большой дом в городе.

– Погоди, – отмахнулся Рейн Норфолк и присел неподалёку от меня на край фонтана. – Как тебя зовут, девочка?

– Лилиана Кларенс, лорд,– ответила я и выпрямилась, постаравшись принять приличный вид. Вот если бы тут не было герцогского сына, то Аларику я могла ответить иначе. Только с этим Норфолком мы вообще не были знакомы, не то что запросто разговаривать.

– Дайсен! Это же твои соседи! – воскликнул Рейн. – Так чего же ты, Лилиана, сырость разводишь? Или обидел кто? – Брови молодого лорда сошлись на переносице.

– Никто, – я поджала губы. Ну разве им расскажешь, что хочу понарошку мужа и свиту? Вдруг не поймут.

– Ладно тебе, Лили, не темни, – Аларик присел передо мной на корточки и заглянул в глаза. – Ну, кто обидел? Там весело, а ты тут одна. Признавайся!

Я вздохнула. И чего привязался? Хотя Дайсен неплохой и даже весёлый, но сейчас эти расспросы мне не нравились.

– Хорошо! – Норфолк хлопнул себя по колену. – Сейчас мы пойдём и накажем обидчика. Наверняка кто-нибудь видел!

– Не надо наказывать. Никто не виноват. – Я проглотила комок в горле. Вот подстава! Этак надо мной все смеяться будут.

– А чего ревела? – Аларик продолжил с интересом рассматривать меня, – ну же, Лили? Рейн не шутит. И мы сейчас пойдём и реально заставим обидчика просить у тебя прощения. Что там произошло? Ты же знаешь, что я учусь магии. Поэтому всё равно дознаюсь.

Вздохнула. И не глядя на присутствующих, призналась.

– Там играют. В свадьбу.

– И что? – не понял Рейн.

– А мне жениха не хватило, – прошептала я и закусила губу. От прошлой обиды, а заодно оттого, что не удалось скрыть это перед двумя взрослыми по моим понятиям мальчиками. Да какое там, они уже почти мужчины! Аларику 14 лет, а Норфолку, как я слышала сегодня от папы, 15.