Безупречная невеста, или Страшный сон проректора - Ольга Обская

Тереса решительно шагала по коридору общежития в комнату повышенного комфорта. О её намерениях легко можно было догадаться по чайнику в руках. Содержимое чайника воинственно поплёскивалось в такт шагам и было оно отнюдь не чаем, а ледяной водой.

Это безотказное оружие её собственного изобретения будет применено, чтобы разбудить обитателя пресловутой комнаты повышенного комфорта — одногруппника Вилзорта. Тереса — староста, и ни в коем случае не допустит, чтобы он проспал на лекции третий раз подряд.

Она подошла к двери и настойчиво постучала. Ответа прогнозируемо не последовало. Спит, как убитый. Что ж, придётся переходить к более кардинальным методам. Она стремительно вошла внутрь. Разве могло её остановить то, что это мужские владения? За свою бытность старостой ей не раз приходилось вторгаться по утрам к одногруппникам и поднимать их на занятия. О ней ходили слухи, что она и мёртвого разбудит. Вот и Вилзорту пощады не видать!

Внутри комнаты повышенного комфорта царил сонный полумрак. Тересе ещё ни разу не приходилось здесь бывать. Это оказалась не одна комната, а целых две. Не слишком ли роскошно для студента? Впрочем, Вилзорт был особенный студент — сын столичного магната Ольшанского. Отец сделал несколько внушительных взносов в фонд академии, вот комендант общежития и расстарался.

Дети богатых родителей часто бывают избалованными и заносчивыми. Но Вилзорт не такой. Приветливый и простой. Он Тересе нравился. Однако личные симпатии совершенно не означали, что выходки одногруппника окажутся безнаказанными. Закон один для всех! Проспал — будешь безжалостно разбужен с применением чайной спецтехники.

Дверь в одну из комнат была приоткрыта, и Тереса увидела свою жертву. Он лежал на кровати, с головой укрывшись одеялом. Они все так делают, её жертвы. До последнего цепляются за остатки сна. И где же он все ночи напролёт пропадает, что потом так беспробудно спит? С этим тоже надо будет позже разобраться.

Она подошла к кровати и энергично скомандовала:

— Вставай! — давала Вилзорту последний шанс добровольно выйти из своего бессовестно-беспробудного состояния. — До начала первой лекции двадцать минут!

Он произнёс что-то нечленораздельное и попытался ещё сильнее отгородиться от внешнего мира одеялом. Не выйдет!

Тереса решила прибегнуть к проверенному методу — стянуть одеяло с головы и в случае сопротивления пустить в ход ледяную воду из чайника. Сколько раз она подобным образом спасала своих подопечных от опозданий и неудов по поведению, которыми неизменно награждались опоздавшие. А сегодня Вилзорту грозит не только неуд. Первой парой — лекция, которую читает ректор. Тут за опоздание можно и посерьёзнее взыскание получить.

— Вставай! Тоцкий тебя убьёт! — пригрозила Тереса. — Но сначала это сделаю я!

Одним ловким движением левой руки она стянула с наглеца одеяло. Полагала, что он будет за него бороться, поэтому движение получилось экспрессивным и более амплитудным, чем рассчитывала — одеяло слетело не только с головы. Открывшаяся картина так обескуражила, что мозг не успел дать правой руке команду замереть — рука уже привела в действие чайник. Струйка холодной воды попала прямёхонько на лоб жертве. И только в это мгновение Тереса поняла, что в кровати не Вилзорт… Совершенно ни капельки не одногруппник… Кто-то постарше… Ойййй!

Тёмно-фиолетовые, почти чёрные глаза уставились на Тересу недоумённо и возмущённо, а уже в следующее мгновение чайник из её рук был выбит магией и грациозно спланировал на пол. Причём произошло это по щелчку пальцев. Приём показался знакомым — подсознание отчаянно начало давать какие-то подсказки. Но в тот момент Тереса была слишком ошарашена происходящим, чтобы разгадать посылаемые ей сигналы.

— С ума сошли?! — обладатель фиолетовых глаз отчаянно отфыркивался от стекающий со лба воды. — Вы кто?! — прорычал грозно, натягивая на себя одеяло.

Поздно. Тереса уже всё увидела. Ей ещё никогда не приходилось лицезреть практически обнажённого мужчину так близко. Да даже и издалека не приходилось. Особенно такого. Он был настолько хорошо сложен, что разбудил в Тересе странное желание изучить мужскую анатомию более детально. Вообще-то, от природы она была очень любопытна и наблюдательна, но любопытство в этот раз выбрало не самое подходящее время для того, чтобы разгореться. Ей ведь, кажется, вопрос задали?

— Я староста второй группы, — представилась она, привычным жестом поправляя очки. Она всегда их поправляла, когда что-то выбивало её из колеи.

На этот раз, правда, не "что-то", а "кто-то". Тёмные волосы — влажные после поливания из чайника, аристократические черты лица — правильные, красивые, упрямые и самоуверенные, глаза — излучающие убийственное возмущение. Тереса лихорадочно соображала, кем может оказаться не очень деликатно разбуженный ею мужчина. В голове всплывало только одно разумное объяснение. Это какой-то знакомый коменданта общежития, который здесь проездом. Вилзорта куда-то выселили, а фиолетовоглазого поселили. И всё это произошло, видимо, поздно ночью. Иначе бы Тереса была в курсе.

— Что вы тут делаете?! — продолжал рычать незнакомец. — Со своим чайником?

Сказать по правде, ему шло рычать. Очень немногие мужчины бывают симпатичны в гневе, а этот был. Рассерженный, грозный и… почти голый. Да-да, Тереса нисколько не боялась его гнева, поскольку у неё было огромное преимущество: он лежит, она стоит, он раздет, она одета. Ох, о чём она думает? Ей, вообще-то, вопрос задали.

— Мне так жаль, что ненароком вас потревожила, — возможно, кто-то другой начал бы на её месте мямлить от смятения, но Тереса говорила чётко и внятно. Даже бойко. Её врождённому самообладанию и невозмутимости мог бы каменный монолит позавидовать. Не зря её и в глаза и за глаза называли железной старостой. — Произошла ошибка. Здесь должен был быть мой одногруппник — Вилзорт. Я собиралась его разбудить, чтобы он на лекцию не опоздал…

— То есть подобные утренние "чайные" процедуры у вас в общежитии в порядке вещей?! — фиолетовоглазый грозно приподнялся на локте.

Просто леопард перед броском на жертву. Но Тереса по-прежнему его не боялась. Он мог хмурить брови сколько угодно. Брови — это сейчас его единственное доступное оружие. Выше, чем эта полулежачая поза, он всё равно не поднимется.

— Да, подобные утренние "чайные" процедуры у нас частенько, — Тереса любила прямолинейность. На все вопросы отвечала как есть. — Как я уже говорила, я староста. Моя обязанность обеспечивать дисциплину. Поэтому каждого, кто рискует опоздать на лекцию, ждёт профилактический холодный душ, — закончила она настолько воинственно, будто намекала, что окажись незнакомец её одногруппником, тоже регулярно подвергался бы чайной побудке.

Звучало, пожалуй, слегка напористо. А что делать? В любой непонятной ситуации нужно демонстрировать уверенность в собственных действиях — самая выигрышная стратегия.