Золотая драконица Империи - Василиса Прекрасная

– Дитя моё, в твоих руках судьба всего мира.

– Да н-е-е. Не хочу.

Точно помню день, когда всё изменилось.

Я, Милика Энмор, была счастливым ребёнком. До одиннадцати лет точно. У меня были (они в общем-то и сейчас есть) любящие родители и два старших брата. Брайан и Кевин обожали свою сестричку. Как и родители, что души во мне не чаяли. Конечно были и минусы. Например, меня постоянно оберегали и охраняли. Нельзя было носиться, как братья, по поместью с другими деревенскими ребятами. Нельзя было даже общаться ни с кем, кроме семьи и пары слуг. Для мамы – я была её золотым чудом. Для отца – золотым огоньком. А для братьев – мелкой проказницей.

Говоря по правде, братьям я спуску не давала. Шпионила, подкладывала вонючие бомбочки, мухлевала и обыгрывала их в карты, подшучивала над их влюблённостями. Но стоит отметить, что делала это всегда проказливо, и не желая никому вреда. А стоило кому-то из них заболеть, прошмыгивала к ним в комнату, забиралась в постель и утешающе гладила по голове, напевая колыбельные. От чего им всегда становилось легче. Что проделать, если у меня такой проказливый характер? Уж такая, какая есть. Шкодливая Мили.

Но в одиннадцать лет всё изменилось. В тот день меня позвал к себе в кабинет отец. Сначала я подумала, что где-то мои шалости спалили. Может отец догадался, что неделю назад убежала из дома, чтобы подглядеть за свиданием Брайана? Брайану уже исполнилось семнадцать, и он учился в Академии Тёмных Искусств. Только-только окончил первый курс и приехал домой на каникулы. А тут Рози – его первая любовь. В общем, та ещё выдалась ночка, так как в основном они ругались. Да нет. Вряд ли из-за этого. Отец бы тогда вызвал сразу, а не стал тянуть. Это явно как-то связано с днём рождением. Может какой-то сюрприз? Моё сердце наполнилось предвкушением.

В кабинете отца, куда зашла, затаив дыхание, уже сидел какой-то мужчина. В то время я не очень разбиралась в том, сколько кому лет на вид. Но этот показался мне глубоким старцем. С начинающейся сединой по бокам и с удивительно добрыми карими глазами. Это насторожило. Я редко видела кого-то, кроме своей семьи. В поместье, где росла, было всего пять слуг и те были скорее членами семьи, чем слугами. Все они работали ещё в те времена, когда отец был подростком. Вместо предвкушения стала нарастать какая-то смутная тревога.

– А… Мили, огонёчек мой, проходи, – отец встал и подошёл ко мне. Провёл меня к креслу и усадил. – Дитя моё, у меня к тебе серьёзный разговор. Но для начала познакомься. Это мой старый друг – Фидель Мистрано. Называй его профессор Мистрано.

– Добрый день, профессор Мистрано, – довольно-таки настороженно проговорила я, вопросительно посмотрев на папу.

Но герцог Энмор на меня больше не смотрел. Он сел обратно в кресло и стал сосредоточенно просматривать какие-то бумаги на столе. Мне захотелось возмутиться от такого поведения. И это разговор?!

Правда в присутствии отца свой характер не демонстрировала, так что молчала.

– Милика – вкрадчивым голосом заговорил профессор (профессор чего вообще?). – Я хочу поговорить о… твоей судьбе.

Мне стало как-то совсем нехорошо. Мне же всего одиннадцать! Они же не собираются отдать меня замуж за Мистрано? Или принести в жертву дракону? В этот момент у меня в голове сложилась картинка, где меня привязывают к алтарю, и тут вылезает какая-то облезлая ящерица с явным намерением меня сожрать. Я проглотила смешок и подумала про себя: «Вот уж дудки». Буду сопротивляться. Возможно придётся убежать из дома. И вот моя бурная фантазия уже нарисовала, как я, бедовая дочь герцога Энмора, с небольшой котомкой бреду по дороге в поисках крова и пищи. И тут на меня нападают разбойники… ууу.