Писательница для оборотня - Ева Мирова

— Пузикова! Ты что, читаешь на работе?! — возмутился шеф, бросив зоркий взгляд на книгу, опрометчиво оставленную мной на краю стола.

— Нет. Просто искала зарядку для телефона в сумке и выложила. Забыла убрать.

Я потянулась было рукой за своей драгоценностью, но коснулась лишь столешницы. Хитрый начальник оказался проворнее и увёл роман у меня из-под носа.

— Патрисия Голд. Мой страстный оборотень, — прочитал Максим Егорович, демонстративно закатывая глаза.

Шеф так скривился, словно ему под нос сунули тухлую рыбу, которую он и в свежем-то виде терпеть не мог. У меня даже мелькнула мысль, что мне могли вернуть книгу, но увы и ах! Аристов оказался тем ещё любителем городского фэнтези.

— Можно книгу? Максим Егорович, я гарантирую, что буду читать её дома.

— Когда это? На ночь у тебя другие планы, — хмыкнув, отозвался он, скользя похотливым взглядом по пуговкам моей блузки.

— Тогда почитаю вечером, пока ко мне ехать будем, — нашлась я с ответом.

Вечер у меня был свободен, и минут сорок в дороге точно нашлось бы.

— Вот потом и отдам, а ты пока работой займись. Что там с кадастром? — спросил Максим, вернув непроницаемое лицо строгого начальства и засунув мою книгу подмышку.

— Я всё заказала вчера, но это небыстро. Обещают в течении семи рабочих дней.

— Ладно, тогда Буткевичу позвони и переназначь нашу встречу на… — Он взял со стола календарь и отсчитал взглядом семь рабочих дней. — На тринадцатое. После трёх.

— На это число у вас встреча с «Астрой».

— Тогда на четырнадцатое. Там нет цветочных?

— Нет, свободный день.

— Вот и отлично. Пойду просвещусь, чем это мои работники в свободное от работы время развлекаются. — Шеф улыбнулся, заставив меня слегка порозоветь.

Я надеялась, что он потеряет интерес к роману после первых трёх страниц, ведь на них Патрисия Голд вела себя прилично, а вот дальше… Дальше оставалось надеяться лишь на сознательность Аристова.

«Может, даже и читать не станет. Зачем вообще взял книгу? Лишь бы насолить!» — размышляла я и, продолжая на него злиться, открыла папку с актами приёмок. Быстро вникнув в работу, успела многое сделать, прежде чем из кабинета вылетел озверевший шеф. Вид у него был неадекватный, а в руке он сжимал мою книгу с закладкой где-то на середине.

«Что за чёрт?»— мельком подумала я, на секунду было решив, что причиной его внезапного бешенства стала именно последняя.

— Что-то случилось, Максим Егорович? — заставила себя пробормотать.

— Пузикова! Найди мне… — на полуслове Максим Егорович запнулся и тут же дал отмашку. — Хотя ладно. Сам найду. Меня на сегодня нет! Домой сама доберёшься!

И, словно ужаленный в зад шмелём, он скрылся. Даже пятками сверкнуть не успел.

Здравая мысль, посетившая меня на секунду, быстро улетучилась. Перспектива побыть в отсутствии начальства затуманила мои мозги. Когда Макса не было — работалось слаще всего. Никто не дёргал мелкими поручениями, не отвлекал внешностью Аполлона, и я могла спокойно доделать работу. К пяти часам вечера всё, что от меня требовалось, было сделано, поэтому оставалось лишь позвонить Буткевичу и перенести его встречу с шефом.

Едва я набрала номер с рабочего телефона, как мне позвонила тётя. Как правило, я всегда отвечала на её звонки, но на этот раз не захотела отвлекаться. 

«Лучше домой вернусь пораньше и перезвоню ей», — приняла решение, отключив у своего мобильного звук и дожидаясь ответа от Буткевича.

После выматывающей монотонной работы и трудного пути до дома без машины Макса, я ввалилась к себе, как куль картошки. Хотелось только одного: лечь на кровать и поваляться с полчасика, залипнув в Инстаграме. Впрочем, стоило мне выполнить первую часть своего плана и приступить ко второй, как я увидела на экране телефона сорок семь пропущенных от тёти. Заволновавшись, я трясущимися руками стала перезванивать, бегом возвращаясь в прихожую, чтобы обуться и помчаться к ней.

«Что-то случилось!» — в ужасе понимала про себя, считая каждый гудок.  

— Танька! Куда меня впутала?! Поганка ты! — заверещала мне в ухо родственница, едва только ответив на звонок.

— Что случилось? — У меня было лишь одна здравое предположение о том, что с налогами что-то не сошлось, хотя я и сто раз всё перепроверяла.

— Какой-то хрен вломился ко мне в квартиру и чуть книжонкой твоей не зашиб! Ты куда вляпалась, чучундра?! — разгневано визжала тётя, буквально оглушая меня.

«Какой-то хрен, книжонка моя…» — мысленно повторила я и, осев на тумбочку, сложила два плюс два и получила ответ. Ещё не самый верный, но наиболее возможный из того, что имелось. Это был Максим!

— Что? И что ты ему сказала?

— А что я ему могла сказать? Не боись, не выдала я тебя, родная кровь всё-таки. Сказала, что псих-бригаду вызову! Мы с тобой так не договаривались, милая моя! Ты попросила помочь, я тебе помогла по-родственному и что? Что же, теперь из-за твоего романчика ко мне все полоумные слетятся? Откуда у него мой адрес вообще?!

— Тётя, ты не волнуйся! Всё решу! — пообещала я, отключив телефон.

По-хорошему мне требовалось позвонить Максиму и как-то ненавязчиво узнать, что там с книгой, но было чертовски страшно.

«Что за чёрт?!» — в очередной раз задумалась я, абсолютно ничего не понимая.