Служба доставки госпожи попаданки - Дара Хаард

Дара Хаард

Служба доставки госпожи попаданки

Глава 1

Его губы были сладкими, с пряным ягодным вкусом и еле заметной ноткой дыма. Я даже дышать перестала, ноги сразу стали ватными, слабыми, по телу мелкими змеями предвкушения поползла приятная нега, отключая и без того перегруженный тревогами разум.

— Ты еще считаешь, что можешь противостоять мне, Рита? — жесткий взгляд изумрудных глаз привел в чувство и заставил меня отшатнуться от мужчины.

— Да как ты смеешь?! — я все еще задыхалась от желания, которое не отпускало разнеженное тело. — Не смей прикасаться ко мне!

Звонкая оплеуха обожгла щеку Даймона Октаголда. Но ему было все равно на боль и на мои бессмысленные трепыхания. Его губы сжались в тонкую линию, а его тело еще сильнее прижало меня к стене оледеневшего здания. В этот момент он был и страшен и красив одновременно, кровь драконов и демонов делала его притягательным и опасным для женщин.

А для меня этот полукровка был опасен вдвойне, ведь решил, что ему нужно то, что принадлежит мне. Терпением Даймон не отличался, а состраданием не обладал. О нем говорили, как о жестком, беспринципном и ужасном Октаголде, на которого, как оказалось, у меня странная слабость.

— Не играй со мной, девочка! Я сказал, что питомники будут моими, значит, будут моими, даже если мне придется жениться на такой пустышке, как ты!

— Отпусти меня, — я задыхалась от его объятий, мне не хватало воздуха. — Ты ведешь себя, как дикарь! Я не стану твоей женой, даже если мне придется есть снег вместо хлеба и запивать его талой водой. Неужели благородному Октаголду уже не нужны сильные сыновья? Я же пустышка, не смогу родить сильных магов.

Его губы скривились в усмешке, а кончики пальцев прошлись по моей щеке и коснулись губ: легко, почти незаметно. Я замерла, понимая, что не могу противостоять его животному магнетизму и в который раз терплю поражение, забываясь от его прикосновений, его жаркого тела, страсти с привкусом горького дыма и алкоголя. Наверное, все дело в том, что полукровка попросту пьян! Другой причины тискать меня в этом забытом богами месте я не видела.

— Тише, девочка, открой свои голубые глазки и прими наконец решение, Сарита, правильное решение, моя ледяная девочка. Ты согласишься продать мне питомники отца, а я, в свою очередь, буду рад помочь тебе перебраться вниз. Поверь, так будет лучше для всех вас, Сарита.

— Даймон! — окликнул мужской голос моего мучителя. — Нам пора, друг.

— Сейчас, Амильен, еще пару минут, и я приду, — не отпуская меня, сказал Даймон. Потом дождался, когда стихнут шаги его друга, такого же высокомерного сноба, как и он, и опять пронзил меня изумрудным взглядом. — Я даю тебе два месяца, Сарита Куар, всего два месяца, чтобы решить, как ты отдашь мне питомники виверн. Либо самостоятельно, по закону, либо мне придется действовать через твою матушку, и жениться на тебе. Но поверь, если ты выберешь второй способ, тебе не понравится. Я — не самый лучший претендент на прекрасное замужество.

Я старалась дышать глубже, чтобы просто по-глупому не потерять сознание. Его огненная магия лишала меня сил. Проклятие, как же меня бесят это слабое тело и этот дурацкий мир!

Даймонд отпустил меня, и, не оборачиваясь, ушел. Ему было все равно, что я могу попасть в руки к местным грабителям. У него не возникло мысли сопроводить слабую девушку до места и помочь…

И нужно было этому кузену Лееру заказать лекарства для матушки именно тут! Я отряхнула короткую курточку и поправила сбившуюся набок шапку с меховой опушкой. Хоть одна радость от нового тела — оно не боится морозов. Если для других зима — неприятное время года, то для Сариты Куар это время ее ледяного дара. И пусть магии было мало, она все равно не давала мне замерзнуть даже в самые трескучие морозы.

А теперь можно познакомиться и узнать, как я докатилась до жизни такой. На самом деле, меня зовут Маргарита Куравлева и я — попаданка.

В своем мире я только окончила педагогический институт и мечтала отдохнуть в деревне у бабули, подальше от пыльного города с его вечно спешащими жителями, когда неожиданно оказалась тут. В больном теле Сариты Куар. Девушка провалилась под лед, когда каталась на озере с подружками. Слабенький дар помог ей не умереть сразу, и, разломав лед, выбраться из холодной воды, но на этом все. Жар, который за этим последовал, унес жизнь Сариты Куар, а в ее теле, однажды утром, открыла глаза я.

Это был шок. Заснуть у себя дома и проснуться тут — что может быть страшнее? У меня было слабое сердце, может, поэтому меня раздражал город, слишком быстро там все менялось, а мне хотелось покоя. И подозреваю, что я просто умерла во сне, а провидение перенесло меня сюда. Больше никаких мыслей у меня по этому поводу не было. Зачем? Почему? На эти вопросы я не знала ответа.

Сарита была единственной дочерью аристократа, у которого из всего богатства когда-то великого рода остался один остров, плывущий в небесной сини, и питомник виверн, которых он продавал таким же жителям летающих островов.

Ох, как же я тупила в первые дни, путалась, в голове мешанина из моих и Саритиных воспоминаний! Если бы не было их, я, наверное, сошла бы с ума. Хотя неизвестно, может и сошла.

Но воспоминания Сариты помогли мне узнать, кто мои родители, кто моя подруга и также помнить, что тут я учусь в академии магии. И по причине болезни пропустила целый учебный год.

А еще смириться со второй жизнью и даже иногда радоваться, мне помогла магия. Да, тут была магия, самая настоящая, с красивой визуальной составляющей. Только обидно, что у Сариты дар был слабенький, из-за чего ее никто не воспринимал всерьез: ни парни, ни подружки, ни даже родная мать...

Из-за снежного дара Сарита казалась бледной молью, с белой кожей, белыми волосами, и только глаза, синие, как предгрозовое небо, насыщенные, с серебристыми звездочками, кружащими мелкие смерчи внутри радужки, притягивали к себе взгляды.

Я вздохнула и, собравшись с силами, потопала к домику ведьмы.

В первый год в новом мире было неплохо. Я выздоравливала, общалась с родителями, что для меня внове. Воспитывала меня тетя, родители погибли еще когда я была маленькой. Но я благодарна тете, она никогда